Чтение онлайн

Придворные разразились аплодисментами, приветствуя остроумное замечание короля, а оглушенная Камилла уставилась на подходившего к ней Филиппа с тем выражением, с каким ягненок смотрит на волка.

Он остановился совсем близко от нее и без единого слова галантно протянул руку, хотя в глазах его она прочла вызов. Сознавая, что опять оказалась в центре всеобщего внимания, Камилла пыталась обрести хладнокровие. Неужели она позволит всем этим придворным злобно судачить о себе? Стараясь избежать горящего взора шевалье, она робко вложила пальцы в его ладонь. Филипп двинулся к центру зала, и девушка вдруг затрепетала. Он взглянул на нее с недоумением, а она пробормотала еле слышно:

— Боюсь, я не слишком сильна в менуэте!

— Вы хотите сказать, что не умеете танцевать?

— Да нет же, умею… Но не очень хорошо!

Молодой человек обреченно вздохнул. Конечно, такое должно было произойти именно с ним! Придется открывать бал с неопытной девицей, которая выставит его на посмешище!

Камилла угадала, о чем он думает.

— Это ваша вина, — сказала она.

— Моя?

— Да. Если бы вы не заставляли меня проводить столько времени в казарме, я бы чаще занималась со своим учителем танцев.

На сей раз шевалье усмехнулся — положительно у этой хвастунишки немыслимый апломб!

— Повторяйте все мои движения, — произнес он, встав в первую позицию.

Танец начался. Филипп руководил девушкой, ведя ее твердой рукой. Камилла, которая поначалу держалась скованно и немного робела, быстро приспособилась к манере своего кавалера, и жесты ее обрели непринужденность.

Целиком отдавшись музыке и подчиняясь безмолвным указаниям партнера, она танцевала с непревзойденными изяществом и легкостью. Это была изумительная пара, и зрители затаили дыхание в восторженном удивлении. Они воплощали собой юность и красоту, а менуэт в их исполнении мог служить образцом совершенства.

Камилла чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Впервые они с Филиппом стали не врагами, а союзниками — пусть даже по такому незначительному поводу. Смятение девушки исчезло напрочь, и она блаженно улыбалась, опьяненная звуками дивной музыки, а также легкими прикосновениями горячих рук дворянина.

Со своей стороны шевалье невольно поддался очарованию этого воздушного создания. Он смотрел на склоненную голову в облаке золотистых волос, на точеные бархатные плечи, на декольте, подчеркивающее прелесть груди, — и упивался этой красотой, хотя одновременно приходил в негодование от того, что и другим позволено любоваться ею. Филиппу хотелось, чтобы девушка принадлежала только ему, и он с радостью ввел бы при дворе обычаи варваров, которые прятали своих женщин от глаз людских, чтобы никто не смел даже и взглянуть на них. Вместе с тем он понимал, какая опасность таится во взоре Камиллы — перед этими чарами трудно устоять и святому!

Музыка умолкла. Камиллу мгновенно окружила толпа молодых придворных — каждый умолял о высокой чести танцевать с ней следующий танец. Однако Филипп, не желая уступать ее никому, решительно повлек девушку к барону де Бассампьеру якобы затем, чтобы препоручить надежному покровителю.

— Возвращаю вам вашу прелестную племянницу, сударь, — произнес он с поклоном. — Шевалье Филипп д’Амбремон, ваш покорный слуга…

Он отошел, и к нему тут же устремились прелестные молодые женщины, жаждущие обольстить красавца-офицера.

— Д’Амбремон? — задумчиво промолвил старый дворянин. — Мне кажется, когда-то я знавал человека с таким именем… — Затем он повернулся к Камилле со словами: — Пойдемте, дитя мое, мне нужно вам кое-что показать.

Покинув бальную залу, барон отвел девушку в столовую, где король изредка угощал самых близких себе людей, и показал на большую картину, занимавшую почти всю стену:

— Это должно вас заинтересовать.

При виде изображенной на полотне молодой пары Камилла побледнела и обратила вопрошающий взгляд на старого опекуна.

— Да, это они, — ответил тот просто.

Девушка с жадностью разглядывала мужчину и женщину. Оба были очень молоды, возможно, моложе ее самой, и роскошно одеты по моде начала века. Они держались за руки, и непринужденная искренность этого жеста контрастировала с богатством окружающей обстановки. У мужчины были длинные темные кудри и светло-голубые глаза. Камилла узнала его, поскольку уже видела на портрете, показанном ей королем, — это был ее отец!

Молодая женщина с очень светлыми волосами, необыкновенно изящная выглядела трогательно-хрупкой, почти беззащитной. Лицо у нее было кроткое и безмятежное. Взглянув на нее, Камилла поняла, почему Виктор-Амедей и граф де Ферриньи ни на секунду не усомнились в ее происхождении — она была вылитой копией изображенной на картине женщины, своей матери!

Принцесса надолго застыла перед портретом родителей, не отрывая от них глаз и погрузившись в глубокие раздумья. Наконец барон де Бассампьер мягко взял ее за руку.

— Нам следует вернуться, — сказал он, — иначе ваше отсутствие заметят. Теперь вы знаете, где висит картина, и сможете любоваться ею, сколько захотите.

Камилла ничего не ответила. Она пошла вслед за бароном, слишком взволнованная, чтобы поблагодарить его. Когда они вошли в бальную залу, звуки музыки и гул разговоров оглушили ее, и она внезапно ощутила желание оказаться как можно дальше отсюда — перенестись на двадцать лет назад, в другую эпоху. Она рассеянно смотрела на сновавших вокруг лакеев, которые разносили прохладительные напитки и вино, зажигали канделябры в преддверии наступающей темноты и задергивали бархатные занавески на окнах.

В ушах ее вдруг прозвучал тихий голос, приглашавший на танец, и холодная рука обхватила запястье. Камилла машинально последовала за своим новым кавалером, ибо сейчас была не в силах отказаться. Имя этого человека было ей незнакомо, да и лицо его она видела впервые. Она совершала все необходимые движения механически, даже не сознавая, что танцует. Внезапно странный жест партнера вывел ее из задумчивого оцепенения — сначала она подумала, что это произошло случайно, но все повторилось, и никаких сомнений не осталось.

— Послушайте, сударь, — пролепетала Камилла, впервые подняв глаза на своего кавалера, — перестаньте щипать меня!

Бледный, худой мужчина с безгубым ртом и бегающим взглядом насмешливо оскалился в ответ:

— Вы смутились? Но ведь вам это наверняка нравится! Я сразу разгадал вас. Женщина-солдат! Как необычно и как соблазнительно!

— Быть может, однако…

— Вам нужен именно такой человек, как я. Вы сможете повелевать мною безраздельно, и я покорюсь вам с превеликим наслаждением. Все эти тупые вояки ничего не смыслят в женщинах. Давайте прогуляемся по саду… Я буду вашим рабом навеки!

— Да вы с ума сошли! Я не желаю вас слушать! — в негодовании воскликнула девушка, донельзя изумленная странными речами партнера.

На секунду у нее появилось искушение бросить его посреди залы, но она сдержалась — не следовало нарываться на скандал из-за такой малости. Она заметила, что Филипп украдкой следит за ней с лукавой усмешкой — нет, нельзя терять хладнокровия в подобный момент.

Желая скорее закончить танец, Камилла оступилась и подвернула щиколотку. Чуть не вскрикнув от боли, она мстительно вонзила острый каблук в ногу своего кавалера. К ее смятению, тот почти задохнулся от счастья: