Чтение онлайн

Несмотря на то, что музыка уже играет, ни одна пара не решается танцевать. Я чувствую на себе вопросительный взгляд Дмитрия, киваю ему, и мы торопимся в центр зала. Мы оказываемся единственной парой на паркете.

Дмитрий протягивает руку. Мои пальцы опускаются в его ладонь, мы становимся в стартовую позицию.

Его правая рука ложится на мою лопатку, чуть выше линии платья. Она тёплая и крепкая, но при этом движения уверенные, без лишнего напора. Я кладу свою левую руку на его плечо, пальцы слегка касаются его рубашки. Мы чуть склоняемся вперёд в традиционной для танго позе, а мы смыкаем ладони и поднимаем их вверх, формируя элегантную линию.

Музыка диктует резкий старт. Дмитрий делает шаг вперёд, я синхронно с ним — шаг назад. Его движения точны, выверены. Увлечённое ритмом, моё тело само воспроизводит все движения: пятка касается пола, стопа плавно перекатывается на носок. Каждая фигура танца — это не просто элемент, это сюжет, расказанный телами.

Внезапный переход. Дмитрий делает шаг вперёд, я обхожу его с поворотом. Чувствую теплую ладонь на спине — он слегка усиливает давление, направляя меня. Встречаюсь взглядом со своим партнёром и вижу в них неподдельное удовольствие от танца. Наши тела движутся в полной гармонии, каждая пауза, каждый чёткий шаг выверен, словно мы репетировали часами.

Мы не танцуем, мы рассказываем историю любви и страсти между мужчиной и женщиной. Танго захватывает меня всё больше, но мои мысли совсем не о том, с кем мы сейчас отдаёмся танцу.

Музыка становится ещё более напряжённой, ритм ускоряется. Мы переходим в серию острых шагов — шаг вперёд, шаг назад, перекрёстное движение. Дмитрий делает резкий поворот, и я откидываюсь глубоко назад, доверившись его поддержке.

Финальная часть танца — энергичная и страстная. Мы танцуем последнюю связку с эффектным поворотом. Я едва успеваю вдохнуть прямо перед заключительным аккордом — замираю в глубоком прогибе, сильная рука поддерживает меня за поясницу, острый взляд замер на моем лице.

Совершенно неожиданно в следующую же секунду раздаются оглушительные аплодисменты. Оглушённая, я выпрямляюсь, постепенно восстанавливая фокус на окружающих. Дмитрий отпускает меня и чуть кланяется, а я едва удерживаюсь на ногах от эмоций.

— Это было великолепно, — говорит Дмитрий, поправляя бабочку. Его голос слегка хрипит, дыхание сбито. — Спасибо за эмоции, Ника.

Сейчас я как будто ощущаю с его стороны больше, чем просто интерес. Но сложно точно понять, особенно когда впечатления и возбуждение от танца ещё не схлынули. Возможно, это просто совместное острое переживание.

— И вам спасибо, я получила настоящее удовольствие. — Искренне его благодарю.

Я возвращаюсь за свой столик, чувствую небольшую слабость в ногах и лёгкое головокружение. Жадно выпиваю стакан воды, облокачиваюсь на спинку стула и прикрыв глаза. Физически кожей ощущаю взгляд, который жжёт меня через весь зал. Открываю глаза, точно зная, кто это. Александр, не пытаясь даже скрываться, буравит меня взглядом через стол, в глазах — буря. Челюсть напряжена, бокал с виски в его руке, кажется, лопнет от давления пальцев. Замечаю, что рядом с ним почти полностью пустая бутылка.

Я чувствую себя не очень комфортно. Вдобавок мне жарко после танца, атмосфера в зале становится тяжелее, и я решаю выйти на воздух, чтобы немного проветриться.

Я выхожу на веранду, обнимая себя руками. Ночной воздух прохладный, обдувает кожу, смешиваясь с тонким ароматом цветов, доносящимся со стороны сада. Голова слегка кружится — не от алкоголя, а от эмоций и адреналина. Я как будто выплеснула все свои страхи, сомнения и страдания через танец. Вспоминаю тяжёлый взгляд Александра. Очень хочется объяснить его ревностью, но сложно представить, что сдержанный и всегда спокойный Алекс может ревновать. Ревновать меня. В груди снова тихо ноет, хотя я уже привыкла — любые мысли о нём после нашей ссоры действуют на меня именно так, отдавая ноющей болью в груди.

Едва я успеваю облокотиться на перила, как слышу шаги. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто это. Его присутствие я чувствую кожей, словно от него потоками идёт жар. Он подходит ко мне ближе, и меня окутывает запах дорогого алкоголя и его древесного парфюма. «С нотами абсента», — вспоминаю я, разворачиваясь к нему лицом. Алекс стоит на расстоянии пары шагов, высокий, напряжённый, продолжая держать бокал виски в руке. Его глаза сверкают голубыми ледяными искрами.

Похоже, что под воздействием виски он отпустил контроль, и теперь излучает чистую, мужскую энергию хищника, в максимальной концентрации. Я плохо отношусь к выпившим мужчинам, но Александр в таком состоянии кажется мне ещё притягательнее. Мне тяжело оставаться спокойной, хочется просто сделать шаг, прижаться к его широкой груди и закрыть глаза, вдыхая его запах. Но я справляюсь с собой, выпрямляю спину, холодно улыбаюсь и первая начинаю разговор.

— Как тебе вечер? — мне удаётся поддерживать видимость спокойствия.

— Великолепно, — звучит, как издёвка.

Он делает глоток из бокала. Я заворожённо наблюдаю, как двигается его горло при глотке, как одна тёмная капля проливается на ворот безупречной рубашки, а ещё одна остаётся на его красиво очерченной нижней губе.

— Даже не знаю, что мне больше нравится, — продолжает он. То, что сегодня ты избегала меня с самого начала ужина, или то, как стремительно развивалось ваше знакомство с новым директором по маркетингу.

Мои брови удивлённо ползут вверх — настолько неожиданно услышать от него претензии, и, практически, признание в ревности! Я вздёргиваю подбородок, возмущение захлёстывает меня.

— Во-первых, я тебя не избегала. По крайней мере, специально. На ужине много людей, ничего удивительного в том, что мы не пересеклись раньше. — говорю и понимаю, что мои слова звучат, как оправдание. — А во-вторых, каким образом тебя могут касаться мои знакомства?

— Никаким, конечно. — Его голос становится ещё ниже. Он делает шаг ко мне, и я ощущаю, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. — Ведь так?

— Именно так, — я стараюсь звучать холодно, но голос всё равно предательски дрожит. — Ты сам сказал, что не будешь вмешиваться в мою жизнь. Так почему ты сейчас читаешь мне лекции?

— Я никогда не говорил, что мне безразлична, Ника, — он делает ещё один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. — Ты могла заметить, что я сдержанный человек, но я совершенно однозначно дал тебе понять, как я к тебе отношусь.

Его слова обжигают меня. Память подбрасывает моменты из нашего общего прошлого — взгляды, касания, жар поцелуев, та ночь, когда казалось, что весь мир сузился до нас двоих. Я чувствую, как кровь поднимается выше и стучит в висках. Пальцы начинают дрожать, и я ещё крепче вцепляюсь в перила по бокам, чтобы не показать, насколько сильно его слова бередят мои незажившие раны. Зачем он мне всё это говорит сейчас, после своей поездки в Швейцарию? — мысль о Виктории ядом отравляет мою кровь, и злость закипает в венах.

— Я заметила, что ты человек, который контролирует свои эмоции. И я сама не смогла сдержаться, всё происходило так стремительно! Я не понимала, считаешь ли ты это отношениями, и насколько это всё серьёзно для тебя, — мой голос срывается.

Я перевожу дыхание, обнимаю себя замёрзшими руками и закрываюсь от него, от его давящей ауры. Продолжаю сбивчиво:

— Ты наверняка понимал, что то, что между нами происходило, — я смотрю на него в упор, — угроза моей карьере. Я растерялась. Я не знала, что делать. Для тебя это мог быть просто эпизод, а для меня ставки были слишком высоки — на кону было всё то, чего я добивалась годами, — я перевожу дыхание, перед тем, как продолжить. — Я виновата. Меня долго мучило то, как прошёл наш разговор. Возможно, не сознательно, но я надеялась хотя бы на какой-то шаг с твоей стороны. А ты просто исчез. Самоустранился.