Чтение онлайн

Руки Дикаря сжимаются вокруг меня, словно он может удержать меня от полного распада своей силой.

— Туда, куда пошел бы любой другой студент, мисс Аквинат, — выпаливает Лайл, подходя ко мне. — В комнату Сабрины и Ракель или в комнату Стейси.

Я стою там, уставившись на него, тело застыло, кости вибрируют. Он на самом деле вышвыривает меня отсюда.

Вычеркивает меня из своей жизни. Навсегда.

Это жжет, как раскаленный штырь, вонзенный в грудь. Но я не согнусь перед ним. Я отказываюсь.

— Значит, это все? — спрашиваю я, тяжело дыша из-за надвигающейся бури, которая вот-вот сотрет мое тело.

Он смотрит на меня сверху вниз, жестко, повелительно, непоколебимо.

— Это все, что может быть.

Я рычу на него, обнажая зубы:

— Ты лживый мудак, Лайл Пардалия.

Он широкими шагами выходит из квартиры, оставляя после себя только холод, способный соперничать с холодом Косы. Даже тепло, исходящее от Дикаря, едва ли может смягчить этот ледяной ожог.

Глава 69

Аурелия

Обхватив себя руками, я поднимаюсь по лестнице на потайной этаж в общежитии анимусов под пристальными взглядами Юджина и Дикаря, который держит мою спортивную сумку.

Я планировала выполнить свое обещание, данное Дикарю, и проводить выходные в его общежитии, но из-за разных обстоятельств у нас так и не появилось такой возможности. Это и так слишком долго откладывалось. Люди уже начали задаваться вопросом, где я была в те дни, когда у меня были гипс и я жила в квартире Лайла. Последнее, чего бы мне хотелось, — это чтобы люди начали подозревать, что ко мне относятся по-особенному.

Я высказала свою точку зрения в зале суда в тот день, когда мне переломали кости, и, кажется, это обеспечило мне некоторое уважение среди анимусов. Уважение или страх перед моим нестабильным психическим состоянием. Одно из двух.

А после того разговора с Лайлом я определенно не чувствую никакой стабильности, но мне пора стиснуть зубы и, наконец, переночевать в логове Дикаря в одной комнате с Косой и Ксандером.

— Все будет хорошо, щенок, — слышу я голос Ракель в голове. — Просто расслабься. С Минни все в порядке. Сначала она стеснялась Йети, но, думаю, вид их брачных меток сделал их счастливыми. Она плакала, а он ее обнимал. Это было прекрасно. Сейчас он ее кормит. Мистер Пардалия позаботился об этом.

— Жаль, что меня не было рядом, чтобы поддержать ее.

Ракель на мгновение замолкает.

— Теперь у нее есть пара. Нам будет не хватать ее в нашем общежитии, но она там, где и должна быть… и ты тоже. Со своими сужеными, Лия.

Ракель права. Бдядь, она действительно права.

— Но мы просто хотели уточнить, — мысленный голос Ракель становится неуверенным. — Ты ведь случайно не наложила и на нас магию Костеплета, правда? Эту штуку с брачной меткой?

— Нет. — Быстро отвечаю я. — Я проверила, как только поняла.

Наступает тишина, а затем:

— Сабрина говорит, что не знает, обижаться ей или радоваться.

Я фыркаю.

— Теперь вы все в безопасности от меня.

— Береги себя, Лия. Скоро увидимся.

Мы прерываем нашу мысленную связь, когда я захожу в гостиную скрытых апартаментов моих суженых. Ну и что, что Лайл выгнал меня из своего гнезда? У меня все равно есть второе.

Я уже бывала здесь, когда пробралась к ним, чтобы отомстить Дикарю за то, что он украл мое нижнее белье, но теперь это место кажется совсем другим. Меня охватывает легкая грусть, и на мгновение мне хочется стащить обратно свои трусики из тумбочки Лайла.

Но я не могу. Моя анима ноет, и я просто… не могу. Забирать эту маленькую часть себя из его квартиры кажется таким неправильным, и моя анима горячо соглашается.

Косы и Ксандера, к счастью, нет, когда мы входим, и Дикарь с энтузиазмом показывает нам с Генри окрестности. Мой верный комочек голубого пуха немедленно покидает меня, чтобы подробно все осмотреть, а Юджин устраивается на своем обычном месте на тумбочке Дикаря.

Я пытаюсь сосредоточиться на своей новой жизни вдали от общежития анима. Здесь есть главная гостиная с диванами, обеденным столом и сервантом для алкоголя. Есть несколько смежных комнат. Первая — это огромная спальня с тремя кроватями, во второй стоит гигантский телевизор и игровая приставка PlayStation, а последняя — запертая комната, которую Дикарь не открывает. Мой волк ведет меня в спальню и кладет мою спортивную сумку на кровать посередине. На свою кровать. Он ухмыляется и показывает мне шкафы, выделенные каждому из них, а затем ведет меня в ванную.

Она огромная и роскошная, выложена блестящей черной плиткой, с богато украшенной золотой отделкой и двумя люстрами, все достойно поместья дракона.

Здесь есть огромная душевая кабина с тремя сверкающими золотыми насадками, а все необходимые средства для душа расположены в нише в кафельной стене. Напротив находятся три раковины под широким зеркалом в позолоченной раме с изображением парящих драконов.

Дикарь объясняет, что Ксандер поручил школьной магии внести коррективы для них троих, и, если он захочет, мы можем сделать четвертый набор всего. Но я качаю головой, потому что не думаю, что Ксандер оценит, если я вмешаюсь и все изменю, ведь я ужасная принцесса-змея.

Но то, что находится по другую сторону душевой, заставляет меня слегка приоткрыть рот. Там есть спа… нет, бассейн, вероятно, будет более подходящим словом. Он встроен в пол и легко может вместить десять человек, и сейчас наполнен дымящейся водой, которая выглядит божественно. Вокруг расположены черные краны в виде драконьих голов, готовых изрыгнуть воду из пастей.

— Я знаю, — гордо говорит Дикарь. — Где бы мы ни находились, у нас должно быть что-то подобное. Косе это нужно, потому что он всегда должен быть рядом с водой, иначе с ним будет сложно иметь дело, а Ксандеру нужно, чтобы выпустить пар, потому что… — Дикарь потирает затылок и ухмыляется мне. — Ну, с ним тоже становится сложно иметь дело.

Я подхожу к нему ближе и провожу пальцем по твердой груди, на которой в кои-то веки надета футболка.

— Значит ли это, что ты единственный, с кем легко иметь дело?

Он смеется и накрывает мою руку своей.

— Нет. Я все равно буду доставать тебя все время, пока ты здесь.

Остаток дня мы проводим, свернувшись калачиком на диване перед телевизором, поедая благословенную пиццу, доставленную Эрни, одним из больших охранников-медведей, работающих на Косу. Он улыбается, когда Дикарь представляет меня, и кланяется в ответ на мою протянутую руку.