Чтение онлайн

Я нажал кнопку «Удалить». Поднял стакан и осушил его одним глотком.

Повернувшись, прошёл в спальню и открыл шкаф, чтобы собрать сумку с чистой одеждой. Мой рейс обратно в Пуэрто-Вальярта должен был вылететь в пять утра. Закончив сборы, я налил себе ещё один напиток и устроился на полу, прислонившись к оконной раме.

Медленно потягивая виски, я смотрел на город, как делал это каждую ночь. Думал о том, как прошёл обмен у проституток. Думал, не сидят ли они сейчас под кайфом, окружённые иглами — счастливые и наконец довольные.

Наконец я достал из кармана фотографию. Обтрепанные края, порванный угол. Я всмотрелся в светлые волосы, большие карие глаза и улыбку, способную осветить всю комнату.

Саманта Грин.

Я подумал о своей матери. У неё была такая же улыбка. Вздохнув, я снова прислонился головой к оконной раме.

Когда всё это закончится?

Скоро.

Скоро, пообещал я себе.

Скоро.

8

СЭМ

Солнце подвело меня тем утром.

Густой слой облаков затянул небо за окном бункера, скрывая даже слабый утренний свет. В подвале было темно, тягостно — и при этом жарко, будто в раскалённой печи.

Мне до жути не хватало солнца. Оно было последней крошечной частью нормальной жизни — напоминанием о мире, который существовал по ту сторону моего плена.

Брюнетку вернули где-то глубокой ночью. Запертая в клетке, она с тех пор так и не шелохнулась — наверняка ещё под действием наркотиков, которыми её накачали.

Запах кофе просачивался через ржавые вентиляционные решётки. Я закрыла глаза и вдохнула глубже, на секунду переносясь на свой кожаный диван под старым, рваным пледом.

Казалось бы, после нескольких недель без кофеина тяга должна бы утихнуть.

Но нет.

Каждое утро — каждое без исключения — мои похитители варили кофе. Иногда аромат был таким густым, что казалось, будто они ставят кофейник прямо на решётки в полу, просто чтобы поиздеваться над нами. Глупая мысль… но от одного запаха у меня сводило рот, и уже через пару секунд внутри разгорался знакомый укол тоски.

Кофе. Боже, как же я по нему скучала. По самому ритуалу. По дивану, по пледу, по своей собаке. По ощущению надежды, которое приходило вместе с первым глотком нового дня.

Сегодня будет хороший день, — твердила я себе каждое утро, когда кофеин начинал действовать. И, чёрт возьми, старалась сделать этот день хорошим. Напоминала себе, как мне повезло иметь работу, которую я люблю; старенькую, но надёжную машину; учеников, которые были для меня всем. Маму, которая значила ещё больше.

Проклятый кофе. В то утро я бы убила за чашку.

Наверху стали шуметь сильнее. Торопливые, возбужденные голоса — слишком оживлённые для этого времени суток. Что-то происходило, я ощущала это кожей.

Я напряглась, вслушиваясь — точнее чувствуя, — эту непривычную суматоху наверху.

Уставившись в потолок, я гадала, что там за суета. Что за глухие удары, команды, выкрикиваемые на испанском.

И тут дверь подвала распахнулась.

Капитан с грохотом спустился по ступенькам, в своей привычной армейской форме и чёрных ботинках. За ним — один подчинённый. Потом ещё один. И ещё.

Предчувствие беды усилилось до почти осязаемого. Я бросила взгляд на брюнетку — она всё ещё спала — и снова на мужчин.

В комнате будто что-то щёлкнуло. Воздух стал плотнее. Я поняла: это был страх. И не только мой.

Капитан отдал распоряжения, указывая на разные места. Охранники метались по комнате, проверяя всё подряд, перешёптываясь. Я снова уловила имя.

Ардри.

Имя, которое я уже слышала. И слово, знакомое с детства — из старой сказки. «Верховный король».

Дверь снова открылась.

Вошла чёрная фигура — сплошная тень. Высокий, массивный силуэт, подсвеченный сзади коридорным светом. Чёрные волосы, чёрный костюм, чёрные блестящие туфли, стоившие, наверное, дороже моей машины. Лицо скрыто тенью, но почему-то одно только его присутствие заставило меня вздрогнуть.

Стук. Шаг. Стук. Ещё один. Даже звук его каблуков по бетону был пугающим.

Охранники выстроились в ряд, распрямившись, как солдаты перед президентом.

Я не понимала — кто этот человек, если они трясутся перед ним как мальчишки перед ремнём?

Один из охранников угрожающе глянул на меня, и я поспешно опустила взгляд. Уже жалела, что не рискнула посмотреть на лицо того, кто заставил капитана вытянуться по стойке «смирно». Очевидно, этот человек был кем-то очень важным.

Король. Ардри. Я была уверена, что раньше его не видела. Кто он?

Капитан и охранники окружили его, обменялись рукопожатиями, формальными фразами. Я снова услышала — Ардри.

А затем он заговорил. Голос низкий, глубокий, режущий, как лезвие по стеклу. Он говорил по-испански, но в каждом слове слышался ярко выраженный ирландский акцент.

У меня холодок пробежал по животу.

Охранники слушали его с высочайшим вниманием. Я — тоже, пытаясь уловить хоть смысл происходящего.

Взгляд мужчины в чёрном обратился к брюнетке. Она очнулась и дрожала, прижавшись к стенке клетки. Похоже, капитан докладывал о новой рабыне.

А затем его внимание переключилось на меня. Я почувствовала это, ещё до того как он сделал шаг в мою сторону. Сердце забилось в горле, когда король пересёк комнату, а остальные потянулись за ним.

И тут до меня донёсся запах. Свежий. Чистый. Цитрусовый. Счастливый — как моё детство. От одного его вдоха я на мгновение вернулась в прошлое. Вернулась к свободе.

Этот аромат пробудил во мне что-то глубоко спрятанное.

Свободу.

Вдруг тишину разорвали крики. Два голоса — два отчаянных вопля, всё ближе к двери.

У меня по спине побежали мурашки. Что, чёрт возьми, происходит?

Капитан что-то сказал королю. Ответа не последовало.

Охранники отвернулись. Я подняла взгляд из-под ресниц — осторожно, чтобы не заметили.

По полу тащили двоих. Я не видела лиц, только обувь: белые Converse с розовыми подошвами — и чёрно-красные баскетбольные кроссовки.