Её звали Шайнара. Тень
Шрифт:
– Всё прошло. Я уже хорошо себя чувствую.
Женщины помогли Шайнаре подняться и, заботливо придерживая, повели наружу.
– Вот видишь, - сказала Шайнаре переводчица, - это сама Великая Снежная Мать прикоснулась к тебе. Не переживай. У вас с мужем теперь всё будет хорошо…
Шайнара кивнула и на мгновенье даже почувствовала вину перед этой доброй наивной северянкой.
На улице всю процессию с охающими женщинами и чужестранкой во главе уже встречала целая толпа. Здесь были представители всех кланов. Мужчины, женщины и даже дети – все северяне выжидающе смотрели на Шайнару.
Девушка заметила в толпе Анока и Рудена. А потом перед ней внезапно возник Карлем.
– Чего хотят эти люди? – спросила у него Шайнара.
– Ну, как чего? Ты же побывала у Великой Снежной Матери. Она благословила тебя. И теперь мы, как муж и жена, должны воспользоваться этим благословением и закрепить его на брачном ложе. Так уж здесь принято…
И не успела девушка ничего ответить, как Карлем поднял её на руки и под одобрительный гул северян понёс в новый шатёр, разбитый неподалёку по приказу вождей специально для Карлема и Шайнары.
Там уже жарко пылал огонь. А немного тепла было сейчас, как нельзя, кстати. После посещения Ледяного Храма Шайнара немного замёрзла. Над огнём висел котелок с местным горячим напитком.
Также в шатре стояли двое саней, которые обычно используются северными охотниками, чтобы вывозить дичь. Но сейчас сани были укрыты шкурами и представляли собой широкий и удобный лежак. Вот на этот лежак Карлем и опустил девушку.
Почувствовав под собой опору, Шайнара первым делом достала из-под одежды заветную книгу и протянула её ученику Хранителя. Тот быстро убрал её в свою торбу, валяющуюся здесь же неподалёку.
– Я знал, что ты справишься, - сказал Карлем, присаживаясь на сани возле девушки.
– И что теперь?
– Теперь мы должны пробыть здесь до утра, чтобы уважить северный народ и Великую Снежную Мать. А утром отправимся в обратный путь.
Карлем снял с Шайнары меховые сапоги и поставил их ближе к огню обсушиться. А потом налил девушке в деревянную кружку напиток из котла.
Она пила медленно, растягивая и смакуя обжигающие ощущения в горле и желудке. Здесь, в Нордмаре по ночам было так холодно, что ей начинало казаться, что она сама уже состоит изо льда, и этот божественный напиток сейчас просто возвращал её к жизни.
Шайнара рассказала Карлему, как ей удалось подменить Книгу Времён, а потом поведала о яйцах стальной птицы, увиденных ею в Ледяном Храме. Но Карлем не проявил особого интереса к её рассказу. Казалось, всё это время он думал о чём-то своём, то и дело как-то странно поглядывая на девушку.
– Что ж, - сказала Шайнара, откладывая в сторону чашу и укрываясь своим меховым плащом, - если сегодня ночью мне не надо проверять посты, значит, я, наконец-то, смогу хорошенько выспаться.
Девушка повернулась на бок, чтобы видеть огонь, а Карлем тем временем снял с себя и накинул на неё сверху ещё один меховой плащ. Потом он разулся и быстро залез под оба плаща сам, прижавшись к Шайнаре всем телом.
– Так будет теплее, - пояснил он, положив руку ей на талию.
Девушка поёжилась, устраиваясь поудобнее. Какое-то время она ещё смотрела на огонь. Но потом веки её начали тяжелеть, и она уже почти закрыла глаза, как вдруг почувствовала, что ладонь Карлема сменила привычное положение и медленно поползла с её талии вверх.
– Что ты делаешь? – спросила Шайнара сонно, разворачиваясь к нему.
Лицо Карлема было так близко. Его дыханье… И этот взгляд…
Сон мгновенно покинул девушку. Она вскочила, как ошпаренная, и отпрыгнула от ложа. Карлем даже растерялся на секунду. Он поднялся и сделал шаг навстречу девушке.
– Я… - начал он.
– Не подходи ко мне!
– Я не хотел тебя обидеть, Шая… Я думал… Мне казалось… Ты тоже этого хочешь…
– Чего я хочу?!
– …меня…
В воздухе воцарилось молчание. Шайнара во все глаза смотрела на Карлема, и под этим взглядом он начинал чувствовать себя, как уж на сковородке.
– Я ошибся… - забормотал он.
– Я понял… Прости… Тебя отталкивает моё телосложение… Как же я ненавижу этот горб!
– Нет! – воскликнула вдруг Шайнара и, подойдя к Карлему, обняла его, - меня не отталкивает твой горб, Карлем. Никогда не думай так! Просто… Ты для меня, как старший брат, понимаешь? Ты заменил мне Берда, когда он был мне так нужен…
– Берда? Брат? – Карлем отстранился, - как БРАТ?! И ты совсем ничего ко мне больше не чувствуешь?
– Я ни к кому ничего больше не чувствую. И, наверно, никогда уже не почувствую…
Она снова села на сани и, помолчав, продолжала:
– С того дня, как Дарг надругался над моим телом, я не могу желать мужчину… Я думала, что со временем это пройдёт… Но не прошло.
– Задир же казнил Дарга, причём медленно и мучительно, как тот того и заслуживал.
Шайнара грустно улыбнулась:
– Да. И я думала, мне станет от этого легче. Но не стало…
Карлем присел перед Шайнарой на корточки и взял её руки в свои. Она не стала убирать их. Он долго смотрел ей в глаза, держал за руки и молчал.
– Шая, я давно хотел тебе сказать, - наконец произнёс он.
– Ты для меня значишь больше, чем все члены Ордена, вместе взятые…
– Тихо, Карлем. Не надо, - перебила девушка.
– Это неподобающая речь для Хранителя.
Карлем опустил голову и горько усмехнулся.
– Тогда что же мне ещё остаётся делать, коли моя жена отвергает меня? – перевёл он разговор в шутку. – К тому же, я пока ещё не давал клятву Хранителя...
В ту ночь Карлем вновь возлежал с Шайнарой под одним плащом и, обнимал её, согревая от холода и прогоняя ночные кошмары. В его объятиях девушка уснула крепким и спокойным сном. Он же так и не сомкнул глаз. Всю ночь Карлем вдыхал аромат её волос, слушал дыхание, и какая-то вязкая тоска опутывала его сердце и не отпускала до самого утра.