Чтение онлайн

— У нас много забот. Нужно строить дома, ковать оружие, шить одежду. Пускай этим занимаются более слабые. Среди нас больше нет земледельцев, кузнецов, портных, теперь мы все — воины, и мы должны готовиться к новым битвам, — не отвлекаясь от своего браслета, проговорила спокойно Ламиона.

— Но там же рабы, вы убиваете их! — возмутился Алориил.

— Ничего страшно, если они умрут. Мои воины приведут новых — люди быстро плодятся. Они всё равно ведут краткое и бессмысленное существование, тратя свое время на жестокость и убийство кого угодно, даже себе подобных. Какой смысл жалеть этих вонючих и отвратительных существ? А так, мы направляем их жестокость в полезное русло, позволяя своей работой искупить вину перед нашим народом. Это услуга, за которую они должны быть благодарны.

— Кто вас изменил? Вы же эльфы — самый светлый, просвещенный народ Эфирии.

Правда, таковыми себя считали эльфы, но не все остальные расы поддерживали эти мысли.

— Никто! Только воля моего народа и их королевы!

Эти слова Ламионы вызвали шепот среди послов, которые стояли позади Алориила.

— Эльфы никогда не держали рабов, не пытали побежденных. Вы изменили всем нашим устоям, нашим принципам, а теперь объявляете себя королевой? — Алориил хотел остановиться, догадываясь о возможных последствиях, но уже не мог. — Кто вам дал такое право? У нас никогда не было королей — только власть Совета! Нет, вы не спасители, но изменники и предатели!

Ламиона, не выдержав напора Алориила, прекратив игру со своими драгоценностями, вскочила с кресла. Ее маска безмятежности сменилась на гнев. Вокруг зрачков стала пульсировать красная радужная оболочка.

— Предатели? А скажите мне, посол, когда у молодой эльфийки убивают любимого, когда выселяют из родного дома, а после приходят к ней в новый дом и сжигают его, а ее пытают ради забавы, чтобы после отрезать уши ради пары золотых — это не предательство бездействующего Совета?

В этот момент Алориил обратил внимание на уши Ламионы, думая, что она говорит о своих страданиях, но уши ее были прекрасны, одеты в красивые украшения. Тогда он подумал, что это собирательный образ того, что довелось испытать следующим за ней эльфам.

— Я знаю, что, сидя в защищенных городах, Совет и многие другие не знали, что происходит на окраинах, но поверьте: мы все хотим мира и процветания нашей расе, — Алориил говорил искренне, как бы успокаивая Ламиону, и только Ивриум возмущенно шептал:

— Не может быть никакой королевы… Это абсурд… Власть всегда принадлежала Совету…

Укротив свой пыл, Ламиона присела, смотря в сторону от стоящих перед ней послов, указала на лист, лежащий на столе. Одна из ее стражниц взяла его и силой всунула в руки Алориила.

— Что это? — спросил он.

— Это мой указ. Отныне я и последовавшие за мной эльфы никак не зависим от вас и являемся самостоятельным королевством. Мы обещаем не нападать на ваши земли, но ограничивать себя в расширении своих земель в других направлениях не собираемся. Мы больше не будем зваться эльфами, теперь мы — илитиири, “смотрящие в ночь” (возможен и другой перевод самоназвания дроу, например, “укрытые ночью” или “эльфы, живущие в ночи”), и отвергаем все культурное и историческое наследие, а также пантеон эльфийских богов. Мы готовы принять к себе любых эльфов, которые хотят быть свободными от тирании Совета. Передайте это своим покровителям, — заявила королева илитиирий.

Эльфы, отвергающие своих богов и культуру, наносили самое чудовищное оскорбление, которое только могли причинить эльфы своей расе. Один из этого десятка пришедших послов был белым магом — так называли магов света, которые могли не только лечить и защищать своей энергией других, но и атаковать, используя силу света, — не выдержав шквала этой ереси, которая обрушилась на них, маг хлопком ладони произвел мощную вспышку света, которая ослепила воительниц, стоящих вокруг. Для обращенных эльфов, хорошо видевших в темноте, это ослепление производило усиленный эффект. Когда стражницы Ламионы попытались атаковать белого мага, он создал щит, закрывшись от атаки, о который разбились копья.

Разгневанная этой дерзкой выходкой Ламиона, которую тоже зацепила слепящая вспышка, метнула мощный энергетический шар в мага, но промахнулась из-за временного ослепления и поразила Ивриума, советника из правящего Совета эльфов. Этого удара ему хватило, чтобы распрощаться с жизнью в мгновение ока. Маг бросился ему на помощь, но было уже поздно: после такого удара его уже нельзя было исцелить. Мага, как и других, схватили подоспевшие воины, слепота понемногу проходила.

Алориил пытался вырваться, выкрикивая проклятия на бывших сородичей.

— Вы слишком далеко зашли! Это был один из пяти советников! — рявкнул Алориил.

В первый миг, когда Ламиона посмотрела на советника, убитого ей, то сама испугалась своего поступка, ведь она лишила жизни одного из своей расы, к тому же, это был не просто эльф. Взяв себя в руки, Ламиона приказала выпроводить гостей, и теперь в ее голове засели страшные мысли о том, что это действие безнаказанно не пройдет, но она уже не могла свернуть с выбранного пути — на нее смотрели другие илитиирии. Ей нужен был чей-то мудрый совет, но не было никого, кто бы мог ей его дать.

Ее мысли прервала одна из стражниц по имени Тсабара:

— Королева, почему вы их отпустили? Они теперь поведут войска против нас. Мы должны первыми атаковать и взять власть в столице.

Ламиона хотела возмутиться словам своей стражницы, но она знала, что вместе с силой к ним перешла и ярость, с которой поначалу сложно совладать. Ей необходимо было стать стеной между силой и яростью ее народа.

— Нет, наша цель — это спасать и наказывать виновных, но не уничтожать свою расу, — сказала грозно Ламиона.

— Но теперь они могут напасть!

— Чтобы не допустить войны между нами, мы уйдем в земли людей. Нам хватит сил, чтобы захватить и создать свое полноценное королевство.

— Но, королева, вы предлагаете бросить все, что мы уже создали из-за страха перед этими эльфами!

Ламиону возмутило такое презрение к эльфам, которыми, по сути, являлись ее стражницы. На это смотрели другие воины, которые привыкли к отчаянным и кровавым приказам, а теперь они слышали о фактическом бегстве. Чтобы сгладить эту ситуацию, она встала, облокотившись о стол руками:

— Вы что, больше не верите своей королеве? Несколько месяцев назад вы сами преподнесли мне этот дар, назначив меня своей правительницей. Так оставайтесь верны своему слову!

После этого она сотворила руками мощный взрыв, от которого массивный стол разлетелся в щепки.

— Мы пойдем на новое место, где сможем построить настоящие королевство с нуля, туда, где мы сможем набрать тысячи рабов, которые возведут нам небывалые дворцы. А если эльфы попробуют покуситься на наше достояние, мы сметем их!