Чтение онлайн

Слова доходили с задержкой, смещались по времени — он слышал звук раньше смысла, а смысл добирался потом, сам по себе.

Мозг продолжал работать — фиксировал детали, складывал их в картину, оценивал углы и выходы — хотя никакой картины и никаких выходов уже не было. Просто привычка.

Варон почему-то подумал о Принце.

Зверь сидел под столом у той же ножки, к которой жался весь вечер и не убегал. Просто смотрел на хозяина круглыми глазками без выражения. В этих глазах было привычное ожидание команды, которая уже не придёт.

В него было столько вложено…

Дамир и Лина переглянулись над его головой. Что-то решили между собой, и оба сразу поняли это решение как что-то само собой разумеющееся.

Торговец не смог бы объяснить, как заметил это в своём нынешнем состоянии. Может, потому что сам умел читать такие переглядывания.

Они не расскажут Максиму.

— Деньги заберите, — сказала Ирма, проходя мимо стола. — И Принца.

Дамир медленно опустил взгляд на зверя.

Принц не вырывался. Когда чужие руки оторвали его от пола, он на секунду скосил глаза на Варона. И хозяин фукиса понял самую паршивую вещь за этот вечер: зверь не прощался. Он просто понял, что тот, кого он боялся, больше не может причинить боль.

— И что делать с фукисом? — спросила Лина.

— Накормить сначала, — проворчала Ирма, остановившись у кухонной двери. — Бедолага.

Варон закрыл глаза.

Шаги постепенно стихали — сначала тяжелее у порога, потом тише, потом деревянный скрип кухонной двери, и последний сквозняк от чёрного хода.

Как он прожил свою жизнь? Хорошо прожил, ему нравилось. Вот только сейчас никому не было до него дела.

Огонь в очаге трещал.

И треск этого пламени растягивался во времени.

Звук становился глухим, словно Варон медленно погружался под тёмную воду. Он рефлекторно попытался сделать мелкий вдох, чтобы обмануть яд, но грудная клетка окончательно окаменела. Паники не было — на неё просто не осталось кислорода. Тело отключило систему тревоги, оставив лишь тупое, нарастающее давление и жжение в лёгких.

Варон почувствовал, как внутри гулко и лениво стучит сердце. Один удар. Долгая пауза, показавшаяся вечностью. Второй удар, ленивый и слабый, похожий на споткнувшийся шаг.

В его гаснущем сознании мелькнуло лишь глухое, циничное раздражение от того, что он больше ничего не контролирует. Эта последняя мысль смазалась и распалась на части, прежде чем механизм окончательно остановился.

Кровь полилась отовсюду. Из ушей, рта, носа и глаз — бабка не соврала и здесь. Но торговец этого уже не чувствовал.

Полено выбросило короткий язык пламени и потухло, выпуская длинный косой дым под потолок.

Они прошли через кухню — мимо мешков с мукой и настоящей хозяйки, которая лежала у стены со свёрнутым передником под головой. Марта тихо посапывала. Снотворное Ирмы работало мягко: к утру встанет и ничего не вспомнит.

Скрипнула и стукнула дверь чёрного хода.

На улице Ирма остановилась.

Она стояла и смотрела в сторону леса за городом — туда, где темнота за последними городскими огнями была густой и плотной.

Где-то там, в этой темноте, у маленького костра сидел её внук.

— Вечно я за тобой присматриваю, засранец. Умоляю, не сдохни завтра.

Шаги по мокрым камням.

И тишина.

Старуха не знала, что Макс находится в городе и ведёт Мику туда, где его ждал ещё один бой.

Дворец не спал.

То есть внешне — спал. Факелы горели через один, смена стражи давно прошла, коридоры были пусты. Но у любого здания с властью есть своё дыхание: скрипы, далёкие шаги, сквозняки из-под закрытых дверей. Я слышал это дыхание и читал его.

Служебный вход остался позади. Двое охранников лежали у стены — аккуратно, будто прилегли отдохнуть. Работа Драконоборца.

Арий знал каждый поворот — шёл впереди, не колеблясь на развилках. Человек, который ходил здесь много раз и по разным нуждам.

Мика держался за моим плечом. Я это не видел — чувствовал по тому, как его дыхание оседало у меня на затылке. Парень не топал и не шаркал — молодец, выучился. Но дышал чуть глубже, чем нужно. Контролировал страх.

Лана беззвучно скользила за Микой — я порой забывал, что она рядом. Это само по себе говорило о многом.

Красавчика, Тину и Шовчика оставили Стёпке — минимизировали риски.

А вот новый питомец, который вышел к нам с Ланой из тени, сейчас обустраивался в ядре.

Маленький Волчонок Жизни первого уровня сам вышел к нам. Не знаю, что случилось с его стаей, но он был весь в крови. Будто его окатило фонтаном.

Я еще не дал ему имя, но приручить его было совсем просто. Ещё малявочка, может месяца два от роду. К сожалению, сейчас заниматься им некогда, но я был спокоен. Афина взяла на себя роль холодного наблюдателя. Новый питомец вожака должен быть в безопасности. Старик был иного мнения, но в прямую конфронтацию с тигрицей не выходил.

Арий вёл нас по внутренней логике коридоров. Сначала хозяйственный блок, потом переход стал другим: мраморная крошка под ногами, на стенах — факелы в кованых держателях. Дворец менял кожу по мере того, как мы углублялись. Нечего сказать, Валдрис любил жить на широкую ногу.

Магия невидимости советника работала иначе, чем я ожидал. Просто взгляд скользил мимо. Я смотрел на собственные руки и видел их нормально, но, когда попытался поймать собственный силуэт в тёмном зеркале — ничего.

Советник предупредил нас ещё на входе: «Держитесь в полушаге. Резких движений не делать. Работает, пока я сосредоточен».

Это я помнил ещё с момента засады на Всеволода. Не отставать, не торопить и не задавать вопросов в движении.

На развилке Арий остановился.

Драконоборец стоял рядом — и я только сейчас подметил, как незаметно он нёс себя всю дорогу. Широченный, а идёт так, что половицы не скрипят. Это даётся только долгой работой над собой.

Иван посмотрел на меня и коротко кивнул. Затем развернулся и ушёл в боковой проход. Факел там не горел. Темнота просто поглотила его.

Всё. Его часть была сделана. Он провёл нас до нужной точки.

Я не стал думать, куда пошёл Иван и зачем. Не моя задача.

Арий двинулся дальше — мы за ним.