Чтение онлайн

Сайрак непроизвольно попятился на два шага, учуяв хищника старше и крупнее себя.

Красавчик не смотрел на дракона. Серебряные глаза смотрели прямо на меня. Между нами протянулось что-то новое. Прямой контакт, разум к разуму.

Мне в грудь ударила благодарность — такая огромная и такая простая, что у меня защипало глаза. За всё это время вместе. За каждую ночь, когда маленький горностай сворачивался клубком на тёплой груди и чувствовал себя в безопасности впервые за тысячи лет.

Он всё полз ко мне. Всё припадал на заднюю лапку, оставляя за собой капли серебряной крови. Но полз.

Маленькое израненное тело упрямо двигалось сквозь поле боя. Лапки дрожали.

Сайрак стоял и смотрел, как маленькое серебряное существо движется через побоище к человеку на коленях. Дракон не шевелился — ужас, вбитый в гены тысячами лет в Чаще, парализовал его надёжнее любых цепей. Он уже знал, что ничего не сможет сделать. Что бы он не попытался — всё уже случилось.

Спектры Чащи — это те, от кого бегут даже Сухие, те, кого застали врасплох и сожрали первыми, потому что боялись больше всех.

Красавчик добрался до моей ноги, поднял морду и ткнулся мокрым носом в то самое место, которое так любил Живой — мой волчонок Жизни.

Место, где три года назад всё началось.

Вот почему щенок всё время лез к моей ноге. Не к ноге! К шраму от укуса! К месту, где он чувствовал «сокрытое» так как мог!

И тут меня накрыло.

Яркие ослепительные образы ударили в голову.

Я увидел тайгу и горностая, который укусил Макса в ногу. Мощная сущность из Раскола, которая не могла существовать вне трещины, вселила малую часть себя — в маленького зверя.

Горностай нашёл сосуд, укусил и оставил магический след тоньше волоса.

Вся суть Спектра перетекла и поселилась в теле парнишки. А его организм начал ломаться под непосильной тяжестью, пока в один день просто не сдался.

Тогда я и пришёл в мир Раскола. Тот, кто мог выдержать давление Спектра, даже не осознавая его присутствия.

И я наконец понял, откуда появилась система.

И почему Звериный Кодекс был заблокирован, требуя поймать первого питомца — это тоже понял. Ему нужен был не любой зверь, а именно Красавчик. Спектр заставил меня идти в лес. Замкнуть цепь. Вернуть кусок на место.

Всё это время система была силой Спектра, который общался со мной единственным доступным способом, который мог себе позволить.

Величественное создание постепенно передавало мне всё больше сил — тех, которые я мог усвоить. Экспериментальная эволюция, навык обнаружения… Всё это стало моей частью и отличало от других Звероловов.

Спектр передавал мне свою мощь и способности! Навсегда.

Вспомнилась Эрика. Она ведь тогда насильно разорвала мою связь с Красавчиком.

Связь с питомцем уничтожена. Вот, что я тогда увидел.

Спектр сообщил мне, что у зверя проблемы, но Эрика никогда не разрывала эту связь. Она и сама этого не понимала.

Любой другой зверолов после разрыва связи почувствовал бы себя так, как Карц, когда я забирал лиса. Я же не почувствовал ничего. Теперь ясно почему. Нельзя оторвать кусок души от собственного тела — Спектр всё ещё находился «за стеной».

И моя форма Химеры… Я тогда думал, что это Тьма исказила меня, слепив в одного монстра черты всех убитых тварей.

Чушь. Поглощать чужие навыки и ассимилировать их — это и был настоящий, неприкрытый инстинкт Спектра. Инстинкт высшего хищника Чащи.

Вот почему даже Сухие чуяли во мне что-то.

А когда ловил горностая… Он применил иллюзию и обманул меня. Лишь потом, когда я лёг рядом с клеткой и пошёл на хитрость, зверь просто почувствовал свою собственную суть внутри человека и зашёл в клетку сам.

Он пришёл ко мне. К себе.

И я понял, что значит «я маленький».

«Я маленький — всего лишь осколок. Малая часть огромной души. Мне нельзя внутрь». Потому что, если душа в ядре соединится — стена рухнет, тело проснётся, и человек-проводник не справится с этой мощью.

Красавчик всё это время оберегал меня. Та стена в ядре, где я видел его.

«Я устал, хочу спать» — Это слова не горностая… Спектра!

Сейчас стена рухнула, потому что Красавчик погиб — якорь оборвался, и тело проснулось.

И вот теперь маленький побитый серебряный разум подполз ко мне по камням, чтобы воссоединиться с телом через проводник, который целый год носил его на груди и называл «Красавчик».

Горностай укусил прямо в то место, которое укусил ещё три года назад. Замкнул цепь.

Он тихо, нежно пискнул…

И ушёл в ядро.

Маленькое серебряное тело растворилось, втянулось в шрам и исчезло. Разум Красавчика проскользнул внутрь и нашёл то, что лежало за рухнувшей стеной. Собственное огромное древнее тело.

Разум и тело Спектра слились внутри меня.

Ослепительная белая боль присутствия прожгла каждую клетку — через меня проходило что-то настолько большое, что тело вибрировало на границе разрушения. Но я держал. Зверомор держал.

Обожжённые каналы выдерживали — эволюция, яд, тренировки, контроль Зверомора закалили тело на пределе возможностей. Спектр готовил меня именно к этому моменту.

Поток серебряной энергии хлынул по руслу, которое приняло его на самом краю. На последнем пределе, но без единой трещины!

Сила шла сквозь меня и выплёскиваясь наружу.

Из моей спины вырос Призрачный Аватар.

Серебряные линии прочертили в воздухе контур, который за секунду наполнился объёмом — огромная полупрозрачная фигура заполнила собой пространство и заслонила небо.

Драконоподобный горностай из звёздной пыли — вытянутое тело с длинной шеей, четыре лапы с прозрачными когтями, от которых дрожал и искажался воздух. Узкая вытянутая морда с серебряными глазами, каждый из которых был размером с человека.

Серебряный Спектр, S-ранговый Древний Убийца, стоял над полем боя и смотрел на дракона.

Я висел в центре аватара с раскинутыми руками. Мои ноги давно оторвались от земли. Энергия текла через меня наружу, и мир вокруг дрожал от мощи, которой в нём НИКОГДА НЕ СУЩЕСТВОВАЛО.

Аватар поднял голову, и серебряные глаза нашли Сайрака.

Дракон Крови попятился и сложил крылья на груди щитом.

— Этого… не может быть, — голос Сайрака сорвался на хрип. — Спектр… Здесь! В ЭТОМ?!