Чтение онлайн

— Хорошо, — послушно сказала Полина. — Я поеду.

— Спасибо. — Игорь выдохнул с облегчением, как будто боялся, что она откажется и сбежит. Будто он отпустил бы ее! Будто она могла теперь сбежать, когда все существо хотело приникнуть к нему и никогда не уходить.

Он взял ее за руку и повел к новой машине, поданной кем-то из клана. Полина шла, смотрела на широкую спину Игоря, на то, как он оглядывается, проверяя, все ли в порядке. И думала о том, что она все еще бессильна. Все еще слабая волчица без дара, без силы, без возможности защитить себя.

Рядом с Жанной, которая своей магией скинула две машины в реку, она чувствовала себя крошечной мышью. Рядом с Бешеным, который рвал крыши голыми руками, — букашкой.

— Я не хочу быть только жертвой, — прошептала Полина, садясь в машину.

— Ты не жертва, — ответил Игорь, садясь рядом. — Ты — мое спасение. Сегодня ты спасла меня.

— Но я не могу сражаться, — сказала она. — Я не могу защитить себя. Я даже магии не чувствую.

— Возможно, однажды почувствуешь, — ответил он. — А пока... позволь мне защищать тебя.

Полина кивнула. Они поехали за город в тишине, за окном только проплывали фонари шоссе. Полина вздыхала и думала о том, что ее жизнь изменилась навсегда. И о том, что, может быть, это не так уж плохо — быть чьей-то слабостью. Быть истинной. Возможно, эта слабость делала их обоих сильнее.

— Все будет хорошо, — сказал Игорь, доверительно сжимая ее руку и кратко целуя в губы.

Полина не ответила. Она смотрела в темноту за окном и ждала, какие еще испытания подкинет им эта странная новая жизнь.

Коттедж семьи Волковых-Борейских встретил их тишиной и запахом старого дерева.

«Какой коттедж?! Это же самый настоящий дворец!» — Полина вошла в огромную прихожую и замерла, оглядываясь по сторонам. Она никогда не была в таких домах. Даже когда были живы родители, Полина не довелось посещать богатых особняков глав кланов оборотней, а все знакомые жили в обычных квартирах. Здесь же все дышало роскошью, но не той, современной, стеклянно-бетонной, к которой она начала привыкать в пентхаусе Игоря. Здесь роскошь была другой — старомодной, основательной, пропитанной временем и памятью поколений. Каждая деталь, каждая трещинка на панелях из темного дерева и мраморных колоннах, каждый скрип половицы наборного паркета говорили о том, что этот дом помнит историю рода Волковых-Борейских. Не просто помнит, но пережил ее вместе с ними с давних-давних времен.

Судя по стилю архитектуры, особняк, возможно, уцелел даже во время пожара 1812 года. Хотя, безусловно, множество раз реставрировался и модернизировался. Но все равно это место хранило дух величественной старины.

Полина чувствовала себя здесь чужой. Еще более чужой, чем в пентхаусе. Потому что пентхаус был просто дорогим жильем. А этот дом оказался наделен... душой. Душой клана, в который она вошла по контракту, но который, казалось, уже принимал ее. Принимал по-настоящему.

«Да перестань ты! — шикнула волчица в душе. — Ты истинная Игоря! Это судьба! Тебя приняли в клан по-настоящему».

Впрочем, легче от этого не становилось. Все равно Полина переминалась с ноги на ногу и неловко сцепляла руки в замок за спиной, озираясь по прихожей. Здесь все дышало историей, каждая вещь хранила что-то из великого рассказа о Волковых-Борейских — потемневшие от времени дубовые панели на стенах, старинные гравюры с волчьими мотивами, камин, в котором еще тлели угли, несмотря на ранний час. Пол был выложен широкими досками, скрипевшими под ногами, а под потолком висела старинная люстра из темного металла, отбрасывающая причудливые тени на стены. А еще по стенам и за окнами просматривались хитрые едва уловимые узоры охранной магии, незримые для обычного человека.

«Нет, даже не особняк. Это крепость!» — решила про себя Полина, немного успокаиваясь. Да, определенно в это место Озимый и его прихвостни не смогли просто так ворваться. Хотелось на это надеяться.

— Нравится? — спросил Игорь, заметив растерянность и заинтересованность Полины. Он стоял рядом, снимая пальто, и Полина чувствовала его тепло даже на расстоянии.

— Здесь... пахнет по-другому, — ответила она, не в силах подобрать других слов. Но воздух в этом месте и впрямь ощущался иначе. В нем, казалось, витал не только аромат Игоря, родной и манящий, а волчий запах множества альф его клана, живших здесь, оставивших свой отпечаток. Казалось, запах — или след магии — въелся в дерево, в потолок, в каждый предмет.

— Сила рода, — пояснил Игорь, вешая пальто на массивную деревянную вешалку. — Она во всем. В камне, в дереве, в воздухе. Озимому сюда не пробиться. Щит держится уже несколько столетий, его питают духи предков, и сам Велес помогает им.

— Если он существует… Надеюсь, — тихо пробормотала Полина, оглядываясь на высокие окна, за которыми сгущались сумерки.

Она не договорила. Из глубины дома, из-за тяжелой дубовой двери, вышел Борис Всеволодович. Старый альфа, казалось, похудел и словно бы иссох с их последней встречи, но держался прямо, хотя и опирался на трость. В его глазах горел прежний огонь — тот самый, который Полина видела, когда он говорил об истинности еще в первый раз. Выходит, отец Игоря оказался проницательнее и опытнее сына. Возможно, в ином случае он бы и не согласился на неравный брак.

— Приехали, — сдержанно констатировал он. — Хорошо. Комнаты готовы. Оранжерея, Полина, в восточном крыле. Можешь распоряжаться там, как хочешь. Там есть все для цветов — стеллажи, подсветка, система полива.

— Спасибо, — ответила она, удивленная такой заботой. Старый альфа кивнул, и на миг его суровое лицо смягчилось. Борис Всеволодович перевел взгляд на сына.

— Игорь, мне нужно с тобой поговорить. — Голос его стал тише. — О войне. Настоящей. Озимый не отступит, ты это понимаешь.

— Да. Возможно, он готовится к войне с другими орденами магов или мафиозными кланами, — ответил Игорь.

— И ему очень нужно превосходство в оружии. Технологии и разработки нашего рода.

Полина заметила, как изменилось лицо старого альфы, когда он смотрел на сына. Глаза его, еще миг назад светившиеся теплой заботой по отношению к невестке, сузились, рот выпрямился в жесткую линию. Однако же во взгляде читалась не тревога, а гордость. Гордость за сына, за нового главу клана. Но одновременно отражался страх. Тот самый страх, который испытывает отец, когда понимает, что его дети вступили в войну, которую он не может за них выиграть. Борис Всеволодович перевел взгляд на Полину, и на секунду ей показалось, что он хочет что-то сказать. Что-то важное. Но он только кивнул и отвернулся.

— Понимаю, — ответил Игорь. — Давай поговорим. Полина, ты пока располагайся и отдыхай.

Они ушли в кабинет, закрыв за собой тяжелую дверь. Полина осталась одна в прихожей, прислушиваясь к голосам, которые доносились из-за двери, но слов разобрать не могла. Только интонации — жесткие, тревожные, иногда срывающиеся на повышенные тона. Война. С опасным мафиози, магом льда.

«Будь проклят этот Озимый!» — с досадой подумала Полина, поднимаясь в свою комнату. Как же ей хотелось просто пожить! Рядом с Игорем. Насладиться их общи счастьем. Его крепкими объятьями, вечерами вместе. Узнать друг друга получше, научиться искренне выражать свои чувства — уже без необходимости одергивать себя, уже без приписки «фиктивная».