Чтение онлайн

— Ты безумен. Можешь остаться здесь, но зачем? — хладнокровно отчеканил Игорь. — Фармкомпанию тебе никто не позволит создать.

— Возможно. А, возможно, твой крошечный мозг не способен оценить мои возможности и масштаб моих планов. — Озимый перевел взгляд на Полину. — Но я не настолько безумен, чтобы отпустить вас живыми. Выбирай, Игорь! Жизнь отца или ваша месть мне.

Игорь стоял, сжимая меч. Полина видела, как он борется с собой. Как ярость борется в нем с разумом. Как желание убить врага сталкивается с необходимостью спасти отца.

— Игорь, — сказала она тихо, подходя к нему. — Озимый не уйдет от ответственности. Мы найдем другой способ, а сейчас… должны уговорить Отдел отпустить его?

— Какой способ? — спросил Игорь, переводя на нее взгляд.

— Не знаю. Но найдем.

Игорь смотрел на клетку. На отца. На Озимого, который стоял с посохом у горла Бориса Всеволодовича, и на лице его отражалось отчаяние.

— Отойдите, — сказал наконец Игорь. — Дайте Озимому уйти.

— Что? — крикнул кто-то из магов Отдела. — Мы не можем!

— Отойдите! — повторил Игорь, повысив голос. — Если у вас нет плана получше…

И маги начали отступать, медленно и неохотно, но выбора не осталось. Полина сжимала кулаки, чувствуя, как лес пульсирует вокруг нее, готовый к атаке. Но она не давала команды атаковать, потому что чувствовала: даже корни и пыльца не успеют. Одно молниеносное движение врага могло оборвать жизнь заложника.

— Мудрое решение, — усмехнулся Озимый.

«Нет, нельзя позволить ему вот так уйти! Чего доброго, он и Бориса Всеволодовича за собой утащит! Оставит как вечную страховку и повод шантажировать! Что же нам делать? Что делать?» — в отчаянии думала Полина, вновь обращаясь к силам природы. К исконным духам, к миру белых линий, но в этом месте их искажали черные… Похоже, сам Змей Хаоса пристально наблюдал за битвой. И его аура все больше проникала в сознание, отравляя его черными линиями. Но Полина упрямо гнала это наваждение, вслушиваясь в голоса леса. Корни деревьев, пыльца цветов, цепкие лианы — все они все были здесь. Все они все ждали ее команды.

— Помогите, — прошептала она. И лес ответил…

Корни деревьев потянулись к ней, обвили ноги, руки, подняли над землей. Полина чувствовала, как магия Измерения течет через нее, как древняя сила наполняет каждую клетку. Она будто выходила за пределы тела, в мир черно-белый линий. Она была корой деревьев, шелестом листвы, шипами лиан, ядовитым соком борщевик — всем, что ее окружало. Всем, что ей подчинялось. Но одновременно эту гармонию и древнюю силу природы нарушало вторжение иных сил. Черные линии, подобные скользким угрям, оплетали все плотнее оплетали лес вокруг. И Озимый, казалось, черпал в них свою силу вечной зимы, холода и умирания.

Полина вздрогнула, открыла глаза — и увидела его. Нет, не Озимого, а куда более страшное создание, сотканное целиком из черных линий.

«Он всегда рядом, в Измерении. Он всегда здесь, но обычные маги его не видят», — вдруг осознала Полина и оцепенела от того, что узрела: Змей Хаоса висел в фиолетово-багряном небе, свернувшись кольцами, и смотрел прямо на нее. Один его гигантский глаз был подобен луне, желтый и сонный, но второй — кроваво-алый — сиял ужасом бездомного пекла. И в обоих, расчерченных вертикальные зрачками, отражалась сама вечность. Гладкая обсидиановая чешуя переливалась всеми цветами радуги, тускло отражая лиловый лес искажением черного зеркала, а из пасти вырывались клубы тьмы.

— Ты пришла, — прошептал он, и голос его звучал в голове Полины, не снаружи. — Слабая волчица. Что ты можешь мне предложить? Что ты можешь предложить против меня?

— Силу, — ответила Полина. — Свою силу.

— Смелая. — Змей усмехнулся. — Но глупая. Твоя сила — песчинка на моей ладони.

Он пошевелился и из недр гигантского тела, застилающего полнеба, действительно показалось подобие руки или… вернее, искаженной лапы гигантского богомола с угрожающими крюками на конце, которые словно желали проткнуть и подтянуть к колоссальный пасти весь мир. По легендам, Змей Хаоса тем и занимался в древние времена: пожирал миры, целые планеты, пока не оказался запрет в черной дыре, невольно сделав ее Измерением Могущества. Но что легенды? Полина столкнулась с древним ужасом один на один. Возможно, еще Жанна что-то чувствовала, но никто не мог помочь. Змей заметил их! Змей пробудился! Случилось то, чего боялся Отдел, светлые ордена магов и кланы оборотней: битва с Озимым разбудила самого Змея Хаоса!

Полина молчала, но в голове билась одна паническая мысль: «Горе нам! Горе!». Но она смотрела в бездонные глаза чудовища и чувствовала, как внутри нее закипает гнев.

— Ты думаешь, я боюсь тебя? — выкрикнула она. — Да, ты древний ужас. Ты — порождение тьмы. Но я — не одна.

— На этом слое реальности ты одна. Ни твой Игорь, ни его друзья, ни даже древняя лисица Жанна сюда не попадут. Это граница. Дальше только владения Смерти. А ты… видимо, станешь моей легкой закуской. Едва раскрыла свой дар и решила, что можешь вот так просто подчинять лес Измерения, мой лес!

— Нет! Я не одна! — решительно прокричала Полина, сжимая кулаки. Или уже не Полина? Вместе с ней говорил лес, вместе с ней и вместо нее говорил… Дух-покровитель!

Она подняла голову.

В лиловом небе мелькнула тень. Сначала Полина подумала, что ей показалось за искажениями, которые создавал тело Змея Хаоса. Сам воздух вился, как над костром, от обилия магии, крови и ярости битвы — слишком много энергии страданий и гнева выплеснулось в Измерение в этот день.

Но нет, не показалось: тень не исчезала. Она росла, ширилась, затягивала небо, словно кто-то огромный заслонял собой свет. И ведь не словно!

Гигантский волк, сотканный из звезд и лунного света, пронесся над полем боя. Его шерсть переливалась серебром — живым, текучим серебром, будто созданы из потоков чистого света. Из белых линий! Глаза волка — мудрые человеческие глаза — горели золотом, а из пасти вырывалось белое пламя, но не обжигающее, а очищающее, такое, что испепелило тьму черных линий, тянущихся от Змея Хаоса. И Полина сразу поняла, кто это! Сомнений не осталось.

Дух-Велес. Хранитель оборотней. Отец всех волков.

Он лишь посмотрел на Змея Хаоса, и монстр с недовольным рыком отступил. Свернулся в клубок, спрятался в тучах, бормоча что-то невнятное — жалкое, испуганное, похожее на шипение раненого зверя. Глаза его потускнели, сам он начал уменьшаться в размерах. Он боялся! Минули те времена, когда он пожирал миры и уничтожал духов-хранителей.

— Уходи. И спи дальше, — глухо прорычал Велес, и голос его прокатился по лесу, заставляя дрожать каждое дерево, каждую травинку, каждый камень.

И Змей исчез. Растворился в багровом небе, оставив после себя лишь запах серы и липкое ощущение какой-то необъяснимой древней тоски.

— Ты не одна, — прорычал Велес, глядя на Полину. — Никогда не была одна.

И исчез.

Лес пульсировал вокруг нее, полный жизни, полный силы. Она чувствовала каждое дерево, каждую травинку, каждый цветок. Они были ее руками, ее глазами, ее мечом. И она же стала их проводником.

— Я готова, — сказала Полина. Потом на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла их, оказалась на привычном слое реальности, посреди битвы, которая, казалось, замерла на несколько бесконечных мгновений столкновения непостижимых сил.