Чтение онлайн

Через два дня, ближе к обеду, меня выпустили, так и не объяснив, по какому поводу была задержана. Я сама по себе не конфликтный человек, но после всего, что со мной незаслуженно произошло орала как резаная, что буду жаловаться. Мне уже не было страшно, что меня опять закроют, об этом просто не думала. Я хотела вылить свою боль, свой гнев, накопившийся во мне за все это время.

После моих криков и истерик, дежурный, что сопровождал меня к выходу, резко поменял свой путь и повел меня к тому самому кабинету, куда меня сразу же привезли. Он постучал в дверь и после басистого «можно» втолкнул меня в кабинет. За столом сидел тот самый «беременный» мужчина с двумя большими звездочками на пагонах. Он посмотрел вопросительно за мою спину и ему тут же ответил дежурный, объясняя наш не плановый визит.

– Гражданка Кривенко возмущена своим задержанием, угрожает, что будет жаловаться.
– А когда вообще вошел дежурный? Я думала, что он меня втолкнул, как в клетку со львом на растерзание, а нет же, и сам зашел. Но не на долго, после легкого кивка начальства, он тут же скрылся за дверью.

– Маргарита, если я не ошибаюсь?
– Я кивнула головой. Этот мужчина почему-то у меня вызывал страх.

– Так вот, уважаемая Маргарита, вы знаете, сколько на нашем отделе висит глухарей, то есть не раскрытых дел?
– Я молчала, а он всматривался в мои глаза, как хищник, пытаясь загипнотизировать и съесть. Ну, съесть это смешно звучит, а вот страх перед ним у меня был самый настоящий и уж не как не смешной. Чей-то взгляд он мне напоминал. Этот взгляд уверенности в себе и вседозволенности, я видела еще в одних глазах. Черных как ночь. Из двух бед лучше выбирать знакомую. И после этого понимания, весь мой пыл ушел в никуда.

А мужчина все же мне объяснил, что состряпать под меня какой-то глухарь - нечего делать. Но поскольку я приглянулась многоуважаемому Николаю Петровичу он готов меня выпустить. И очень настоятельно рекомендует не злить этого хорошего человека. О том, что меня задержали, вообще безосновательно не было речи. Была просьба задержать, и если бы не дали отбой, чтобы оправдать свои неправомерные действия, мне бы просто пришили «левое» дело. От возмущения хотелось орать, выть, и на хрен перевернуть весь этот кабинет верх дном, но я сдержала себя и спокойно вышла из этого, напрочь корумпированого помещения.

А на улице меня уже ждал знакомый БМВ. И почему он постоянно сам за рулем? Так любит водить, Или не любит лишних свидетелей? Скорее второе, чем первое, как мне подсказывает не малый опыт общения с ним.

Несколько месяцев назад, он мне казался обычным мужчиной, наемным работником, хоть и на высокой должности. Кто же тогда знал, настолько длинные у него руки, и насколько огромное эго?

Я не стала возмущаться и убегать, не было никакого смысла, просто села в машину, но это не означало, что я смирилась со своей участью. Нет. Просто в определенных ситуациях нужно немножко затаиться и выжидать.

Он не сказал ни слова, не злорадствовал. Даже обычного приветствия не было, мы просто поехали от этого злосчастного места.

Я много передумала за эти два дня. Первое время хотела убить, уничтожить, сделать больно хоть бы словами, раз никак по-другому не могу. А остыв, поняла, что месть блюдо холодное, и стоит все же подождать.

Он отвез меня к себе. Я не возмущалась, мне все равно где мыться. Лишь бы смыть с себя всю эту гадость. Так бы и с души, как с тела, соскрести весь этот слой грязи, что я там получила. Я стояла под душем полная противоречивых мыслей.

Чего он от меня хочет? Зачем я ему, просто не понимала. У меня ничего нет. Внешне я не уродина, но и не сногсшибательная красавица. Чем я могла его зацепить? Тем, что не дала там у озера? Так я уже и сама не раз об этом пожалела. И не по тому, что жалела о потерянном удовольствии, просто быть чьей-то мишенью очень больно и жуть как неприятно. Его же интерес ко мне не вечный. Может, стоит потерпеть и он перегорит. С его-то привычным образом жизни он не сможет увлекаться одной мной долгое время. Скоро я ему просто надоем.

Боже о чем я рассуждаю? Еще бы месяц назад мне кто б сказал, что я буду что-то терпеть против своей воли, я бы просто засмеялась ему в лицо. Я никогда не терпела, мне просто легче было развернуться и уйти, а там гори оно все синим пламенем. Я могла пойти на уступку, по просьбе человека, который мне не безразличен, могла даже стерпеть тот секс, который мне не очень нравился, потому что духовно с Владом было очень хорошо. Но вот так, чтобы по моему телу и чувству гордости топтался совершенно посторонний мне человек, к которому я испытываю ненависть, и просто презираю, этого быть раньше просто не могло. Как жизнь оборачивается.

Выйдя из ванной, я увидела его в гостиной с бокалом коньяка в руках. Это было не шампанское, и второго бокала я не наблюдала, значит споить меня и трахнуть, он не наметен. Хотя на счет последнего быть уверенной я не могла. Тогда почему он пьет? Неужели нервы? Может, его мучает совесть, и он переживает по поводу случившегося? Может ему не чуждо хоть что-то человеческое? Хотя конечно нет. Опять я придумываю то, что хочу видеть, а не то, что есть на самом деле.

Я стояла в тех же вещах - измятой юбке и не свежей блузке, трусики решила снять, лучше быть без них, чем в грязных. Да и юбка была достаточно длинная и строгая, так, что срам был надежно прикрыт. Жуть как не хотелось натягивать на себя все эти грязные вещи, но притрагиваться к его халату, а тем более надевать его, мне было просто противно. Он посмотрел на меня, и бровь взметнулась вверх в немом вопросе. Я делала вид, что ничего не замечаю.

– Почему не одела халат и не поставила вещи в стирку?

– Не хочу задерживаться.
– Он подошел ко мне на расстояние вытянутой руки, я же оставалась на месте. А смысл бегать, от него не убежать, я уже это проверила.

– А если я настаиваю?
– Он провел ладошкой по моей щеке, большим пальцем прикасаясь к моей губе и чуть оттягивая. Темные глаза всматривались, казалось в самую душу. Это было очень эротично. И может не с ним и не здесь я бы это оценила, но после всего что случилось, я его воспринимала только как угрозу. И мне хотелось от него бежать..., бежать без оглядки.

– Тогда получишь бревно в постели, холодную куклу.- Я старалась говорить спокойно, хотя нервное напряжение зашкаливало. Я просто не вынесу еще и это, после всего, что случилось.

– Я очень в этом сомневаюсь. Может, проверим.
– Его глаза сверкали, а губы растянулись в плутоватой улыбке. Очень красив, не спорю, но эта красота прячет слишком жестокое сердце. Он пытается со мной заигрывать? Не поздно ли?

– Нет!
– Я хотела сказать спокойно, но вышло так, что просто прокричала свой протест.

И он отступил. Впервые, сколько я его знаю, он не пошел брать на пролом желаемое, а отступил. Я не верила в это когда садилась в его машину, не верила, когда он остановился около моего подъезда. И только зайдя в квартиру и убедившись, посмотрев в окно, что его машины и след простыл, я наконец-то поверила. Неужели он умеет идти на уступки? Неужели умеет кого-то слушать кроме себя?

НИКОЛАЙ

Я оставил ее там на трое суток. Со Степанычем все было оговорено и даже уже оплачено. Он советовал оставить ее на все пятнадцать, чтоб так сказать полностью прочувствовала все прелести тюремной жизни. Но я не согласился на это, и как оказалось, трое суток для меня было тоже много. Впервые я чувствовал себя виноватым, виноватым по отношению к ней. Нет, это не то чувство, когда сделал ошибку и понимаешь это. Тогда есть холодный расчет, ты понимаешь свой промах и исправляешь его. Без чувств, без эмоций, есть конечно, что-то внутри, что напоминает быть внимательней, но это не тот огонь который сжигал меня из нутрии сейчас. Я не мог найти себе места все эти дни. Все мысли были только о ней. Злость бурлила всю ночь, после того как ушел с участка, хотелось отомстить наказать унизить, а потом пришло это жгущее чувство вины, и мне уже себя хотелось убить. Я глушил в себе это как мог. Днем работал непрерывно, вечером же пошел на спарринг бой по Дзюдо. Я давно уже там не был, как-то все было не до этого. Теперь же хотелось просто забыться. Отметелить кого-то и получить удары в ответ, пусть лучше болит снаружи, но не внутри. После этого, решил не возвращаться в пустую квартиру, где бы меня опять разрывали сомнения и чувства вины. Поехал в клуб. Жаль, что Наум уже месяц как в командировке в Киеве, не с кем и оттянуться. Как оказалось оттянутся я не хотел, я хотел нажраться, с чем и справился с большим успехом.