Чтение онлайн

— Видела? — шепчет Мия, наклоняясь ко мне. — Даже когда тренер ее нахваливает, у нее ни один мускул не дрогнет.

— Потому что она сконцентрирована, в отличие от тебя, Мия, — отвечаю я. — Ну, или на крайний случай, она просто не хочет показывать, что ей это в кайф.

— Майер, следи за темпом! — напоминает тренер. — Контроль, связка, движение. Хочу видеть настрой, а не болтовню.

— Есть, мэм, — отвечаю я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Девочки, внимание! Следующий раунд — без остановок! Работаем сериями, без расслабления!

Мяч летит, удары сливаются в один ритм. Но что-то не так. Кейт на задней линии вдруг замирает, её глаза становятся пустыми, как у рыбы.

— Кейт! Ты где?! — кричу я, бросаясь к ней. Ее редко, но бывает, так клинит. Это не создает особых проблем, но пиздец как пугает. Словно в ее мозгу кто-то живет и шепчет ей, что делать. Она моргает, словно вырвалась из транса, и мяч врезается в пол рядом с ней.

— Концентрация, Арден! — рявкает мисс Риверс.

— Я в порядке, — отвечает Кейт ровно, но внутри меня всё сжимается.

Как же это жутко.

— Опять, — думаю про себя, принимая удар мяча на себя и отбрасывая на другую сторону сетки.

__________________________________________________________

Зал наполнился типичным запахом — потом, магнием, резиной от кроссовок и мячей. Паркет дышит под ногами, а в них та самая жгучая и приятная дрожь после хорошей нагрузки на тело. Приятно. Тыльной стороной я вытираю бисеринки пота с лица, опускаясь наконец-то на лавку. Мия кидает мне бутылку воды, я, не смотря на нее, ловлю и обжигаю свое горло ледяной водой. Казалось, что все внутри замирает — от гула кондиционера до тихого смеха девчонок из команды на заднем фоне.

Мия, как заводной попрыгунчик, полна сил и блеска в глазах. Если не ее темные романы, то спорт заводит ее еще сильнее. Звонкий и дерзкий смех разносится и доходит до моих ушей:

— Одно из двух: либо мне нужно смачно с кем-то переспать, либо выпить бокал мохито, чтобы снять это адское напряжение, — ее ехидная улыбочка прямо-таки кричит «я не шучу».

Я хоть и строю недовольное лицо серьезного капитана, но не могу сдержать усмешки, и уголки губ предательски дергаются.

— Тебе для баланса нужен не член или алкоголь, а гребанный экзорцист. Серьезно, откуда у тебя столько сил?

Мия театрально закатывает глаза и, перекинув полотенце через шею, падает на лавку и одаривает меня кошачьей хитростью.

— Из вселенной, где люди умеют расслабляться, Джесс, — протягивает она, обмахиваясь рукой, словно героиня старого фильма. — Тебе туда билет бы не помешал.

Я фыркаю и начинаю разминать плечо, чувствуя, как мышцы приятно ноют.

— У меня нет времени на расслабление. Капитан не может быть примером… алкогольно-сексуального расстройства.

Моя центральная блокирующая со всей силы шлепает меня по плечу, от чего я вскрикиваю, и уже хочу дать ей сдачу, но она ловко уворачивается.

— Господи, какая же ты скучная! В тебе что течет: кровь или протеиновый коктейль?

— Второе. С клубничным вкусом, — отвечаю, глотая воду из бутылки. — Без сахара и драмы.

Она поджимает губы, будто размышляет, потом тихо добавляет, даже неожиданно для нее слишком серьезно:

— Драма иногда делает людей живыми.

Мой смех замирает где-то на полпути. Почему-то ее слова комом осели у меня в горле и заставили на секунду задуматься. Я помотала головой, словно хотела выкинуть эту фразу и вернуться в прежнее русло. Ну уж нет, блядь, только драмы мне не хватало к предстоящим экзаменам и соревнованиям с экономическим университетом.

— Моя рыжая бестия снова впала в транс. Алло, ты на связи? — подразнивает меня Мия, отдернув меня из потока мыслей. Я киваю.

— Так о чем это я… э… О, точно! Душ, а потом в бар, да, девочки?! — На ее громогласный возглас сразу ответила вся команда. Кроме Кейт. Что-то в нашей жизни никогда не меняется. И в жизни нашей команды не меняется она.

— Алкоголь, красивые парни и немного флирта! Командная терапия! — почти хором восклицают мои спортсменки. Как-будто мы не волейболистки, а игроки по литрболу.

— Тебе нужно прописать не терапию, а намордник, — бурчу я, но уголки губ снова дергаются.

Мия довольно щурится.

— Значит, ты не отказываешься. Прекрасно. Я уже чувствую запах греха и лайма.

— Это запах твоих кроссовок, — отвечаю я, поднимаясь.

Она фыркает, а я невольно улыбаюсь — эта девчонка будто создана, чтобы пробуждать жизнь в людях, даже если ты всеми силами пытаешься оставаться камнем.

Я бросаю взгляд на Кейт, что постепенно собирается, почти методично, словно выполняет ритуал.

— Ты идёшь? — спрашиваю, оборачиваясь к ней.

Она не отвечает сразу, только бросает короткий взгляд, усталый, отрешённый.

— Нет.

И снова — целое безмолвие.

— Как хочешь, — произношу тихо и выхожу из зала вслед за Мией.

Мы собираемся, как удивительно, девочкам хватает десять минут, чтобы отправиться в бар. Лучше бы они так торопились не на пьянку, а на тренировку...

Воздух снаружи пахнет предчувствием чего-то грядущего. Как будто этот вечер станет началом чего-то, чего никто из нас пока не понимает.

А книга Мии...

Греет мою сумку.

Джессика

«Познать себя — значит, прежде всего, познать, чего тебе не хватает. Это значит измерить себя Истиной, а не наоборот».

— Франц Фанон

Студенческий бар «Зажигалка» был нашим сакральным местом. Храмом, куда мы несли в жертву остатки нервных клеток, не добитые тренировками, конспектами и вечным чувством долга. Три раза в неделю мы выжимали из себя все соки на паркете, а потом, как по команде, брели сюда — выплескивать наружу то, что внутри превратилось в ядовитый осадок.

Место гудело, как раскаленный улей. Не мелодией, а именно гулом — низким, вибрирующим, сотканным из приглушенных басов, грохота стеклянных бокалов и сливающихся в один хаос голосов. Воздух был плотным и липким, пропахшим дешевым виски, с нотками синтетического клубничного сиропа и, кажется, чьих-то несбывшихся надежд. Для кого-то — вонь. Для нас — бальзам.

Залог хорошего отдыха был простым, как удар мячом в пол: оглушающая музыка, чтобы не слышать собственные мысли; приглушенный свет, чтобы не видеть осуждения в глазах; и стайка своих, таких же вымотанных и готовых забыться.