Чтение онлайн

– А пусть даже и так... Главное - тебя увидела напоследок.

– Рити, что ты такое говоришь?.. Очнись! Ты жива или нет?!..
– теребя меня за плечи и срываясь на крик, всполошился Грэг.

Я только улыбнулась на его волнение.

– Меня не пугает смерть, если ты рядом. А тем более, во сне... можно и умереть.

– Во сне?!

Голос Грэга, его крайне серьезный тон отрезвил меня в один миг. Сердце снова бешено заколотилось. Последнее, что я успела увидеть - его темно-карие глаза, полные боли и отчаяния, и любви... любви ко мне!

Густая, липкая, почти ощутимая темнота окутала меня. Удар сердца в тишине, еще удар... и словно глоток свежего воздуха при пожаре, ледяной бриз в лицо. Я вскочила на постели... Все тело колотил жуткий озноб, лоб покрылся испариной, а по щекам безудержным потоком катились слезы. 'Нет. Нет! Да что же это?! И в самом деле сон или... что-то еще. И так натурально... Я почти уверена, что была там! Чертов космос! Кто дал тебе право так издеваться надо мной?! Кто?!' - давясь в подушку, чтобы не разбудить Карри, я проклинала себя за то, что загадала это желание, и кляла того, кто услышал мои молитвы, за то что его исполнил.

В комнате было уже совсем светло. Не в силах успокоиться, я пошла в душ. Холодная вода привела меня в чувство и окончательно вернула в суровую реальность. 'Этого никогда не было и никогда не будет!' - твердо внушила я себе, фактически вырезая эти слова ножом на сердце. Но жизнь научила меня жестокости. Иногда она была необходима, в том числе и к самой себе. Единственное, что меня теперь беспокоило - страх перед сном. Чего-чего, а спать мне больше не хотелось. Никогда! Чтобы убить время я прибрала ужасающий бардак в гостиной - последствия ночной пьянки, учиненной Бертом и компанией. И даже ни на минуту на них не разозлилась. Я даже рада была, что есть, чем заняться, отвлечься... В половине десятого вышла сонная, но очень солнечная Карри в своей пижаме с мишками.

– При-вет, - потягиваясь, заулыбалась она, - А ты чего так рано вскочила?

– Выспалась...
– я пожала плечами.

– Новая рубашка?
– кивнула девочка, с одобрением разглядывая меня.

Я после душа действительно напялила что-то из того, что купила в приступе шопинга. На мне были атласные шелковые брюки, ботильоны и такая же черная шелковая рубашка. Полный гламур одним словом... Я брезгливо отмахнулась, хмурясь и прогоняя это слово из сознания.

– А эти... еще спят?
– с презрением глядя на дверь мужской спальни, спросила Карри.

– Спят. И, я подозреваю, будут спать еще дооолго.

– Да и хрен бы сними... Слушай, я в душ. А потом может в кафе позавтракаем?
– предложила она, возвращая мне радость жизни.

– С удовольствием, - обрадовалась я, не зная, что меня обрадовало больше: тот факт, что Карри сейчас будет принимать душ, или ее предложение выйти в свет из этой унылой берлоги.

Свою фантазию я все же осуществила. И на этот раз вошла в душ почти сразу за ней и без малейшего зазрения совести. Карри от моей задумки была в полном восторге. Душистая пена и ручейки горячей воды, струящиеся по коже... 'Вот так должен начинаться каждый мой новый день!' - твердо решила я. Да и девочка моя призналась, что совместные водные процедуры с утра 'заряжают позитивом по полной'.

Карри.

Мы сидели в гостиничном кафе, прямо у окна. Солнце слепило глаза. Глядя на Рити, я придвинула ближе чашку с капучино и вдохнула его аромат. После душа Верити аккуратно уложила волосы, и выглядела непривычно строго. Черный шелк был ей к лицу, а светлые локоны в лучах утреннего солнца казались цвета спелой пшеницы. Чтобы кто чего не подумал... я действительно никогда не была лесбиянкой! И я совершенно не помышляла ни о чем подобном, никогда в жизни! Но сейчас я сидела с ней рядом, завтракала и думала только о том, как хорошо нам вместе. Рити вела себя достаточно уверенно, и меня уже не смущали воспоминания и мои чувства к ней. Это только первое время я краснела как помидор при ребятах и презирала себя, когда оставалась наедине с собой. Теперь, глядя в глаза Верити, мне было неудобно стесняться. Я понимала, как это глупо. Мы проводили вместе все свободное время, мы были счастливы вдвоем, и никто нам был не нужен. Я и не подозревала, насколько близким может быть человек. Мы понимали друг друга без слов, нам нравились одни и те же фильмы, запахи... и, кажется, мужчины тоже. Сейчас, вспоминая те немыслимые штуки, что мы вытворяли в душе, я чувствовала, как жжет ниже живота от желания повторить это снова. Но Рити смотрела в окно и выглядела подавленно. Я придвинула стул ближе и коснулась ее плеча.

– Ты чего грустишь?..

Девушка обернулась. Вот это взгляд! Строгий, мрачный, отрешенный и в то же время манящий... в ту самую Тьму, о которой так часто говорила Верити. Ее глаза часто меняли оттенок. В моменты наивысшего возбуждения в них плясали алые светлячки, как на засвеченной фотографии. На солнце они становились желтыми, почти такими же пшеничными, как ее волосы, с кофейным контуром радужки. Сейчас взгляд Рити был темным и холодным, как бездна. Я боялась ее в такие минуты. Это означало, что ее 'внутренний зверь' владеет ее сознанием. Конечно я знала, что даже в таком состоянии она не причинит мне зла, но природный страх перед хищником оказался выше разума.

– Ничего, солнце. Не беспокойся, я просто... задумалась, - едва заметно улыбнулась она, явно только ради того, чтобы я не донимала ее расспросами. Она приобняла меня за талию, совсем как парень - властно, настойчиво и довольно похотливо, пальцами прощупывая под тонкой тканью рубашки мое тело. Живот снова затянуло. Я уложила голову ей на плечо, любуясь четким профилем с ниспадающей на лоб рваной челкой. Иногда она действительно виделась мне мальчиком. Толи из-за ее поведения и повадок, толи... это мое богатое воображение.

Нам, наконец, принесли заказ, и пришлось перестать обниматься. Я украдкой глянула на официанта. Лицо парня было невозмутимо. 'Наверное, им по профессии не положено удивляться и обращать внимание на причуды клиентов'

– Мне приснился сон, - сообщила Рити, поднося ко рту бутер с семгой, но не спешила его надкусывать. Вместо этого, она снова отрешенно уставилась в окно.

– Как тогда? Тоже 'нехороший наоборот'?
– подбирая слова, попыталась угадать я.

– Еще хуже...
– траурно оглядев кусок рыбы, утыканный свежей зеленью, как необитаемый тропический остров, Верити наконец его надкусила.

– В смысле 'лучше'?
– поправила я, - Ты тогда сказала, что сон был хороший.

– Угу, - саркастически хмыкнула она, - Лучше просто некуда...
– жадно глотнув кофе, Рити выдохнула и снова поглядела на меня. Глаза немного посветлели, - Плохо было потом, когда я проснулась...

– Понятно...
– я кивнула, - Мне это знакомо.

Верити удивленно подняла брови. Пришлось объясниться.

– Мне... раньше часто снился отец. Мой настоящий отец. Он умер, когда мне было десять. Во сне мы часто болтали, гуляли в нашем любимом сквере... Я ему рассказывала, что у меня нового, делилась проблемами... А потом просыпалась. Как раз в тот момент, когда начинала верить, что он... вернулся.

Я глотнула кофе, чтобы пропихнуть ком, застрявший в горле. Рити ласково пригладила мне волосы, и стало немного теплее.

– А мне вот давно уже ничего не снилось. Только теперь появились эти дурацкие... видения, - раздраженно проговорила она последнее слово, - Лучше бы как раньше, просто ничего. Я вообще не понимаю, что творится у меня в голове.

'Я тоже...
– вздохнула я про себя, - Я даже не знаю, что в моей собственной творится...'

– А я знаю. В твоей карамельной головке роятся сладкие непристойности, милая...
– неожиданно произнес незнакомый мужской голос у меня за спиной, и чьи-то горячие пальцы бесцеремонно пробежались по ключице, минуя стоячий воротник моей рубашки.