Чтение онлайн

На фоне экономической стабилизации продолжалось укрепление внешнеэкономических позиций. По объему внешнеторгового оборота США оттеснили Англию на второе место в мире. Причем стала явной тенденция к увеличению доли вывоза товаров крупнейшими корпорациями. К примеру практически весь сбыт продукции сталелитейной промышленности США сосредоточился в руках Американской ассоциации по экспорту стали, являвшейся дочерней компанией «Юнайтед стил» и «Бетлехем стил».

В зону экономических интересов США попали не только слаборазвитые страны Латинской Америки, но и многие европейские государства, в том числе Германия. Правительство США постаралось взять на себя главную роль в решении вопроса о послевоенных репарациях, именно по настоянию американцев объем репараций с Германии стал сокращаться. Были разработаны планы Дауэса (1924 г.) и Юнга (1929 г.) по послевоенному восстановлению и демилитаризации германской экономики (см. гл. 6). Известно, что до 70 % всех долгосрочных займов, предоставленных Германии в 1920-х годах, были американскими.

Вместе с тем экономическая стабилизация затронула далеко не все отрасли и секторы хозяйства. Многие традиционные отрасли (угледобывающая, текстильная, швейная, судостроительная) не только не увеличили свои мощности, но, напротив, сократили выпуск продукции. Весьма неравномерно развивались различные регионы США. В стране сохранялась хроническая безработица, составлявшая в 1924–1928 гг. в среднем 1,8 млн человек.

В таких условиях существенно сокращались возможности дальнейшего расширения потребительского рынка. Для того чтобы выйти из этого положения, производители пошли на широкое внедрение потребительского кредита: в середине 1920-х годов объем розничных продаж в рассрочку внутри страны составлял от 5 млрд до 8 млрд долл., что в 1,5 раза превышало весь объем экспорта США.

Большие трудности испытывало сельское хозяйство, почти не затронутое стабилизацией. Во многих штатах страны наблюдался кризис перепроизводства сельскохозяйственной продукции, которую было очень трудно реализовывать. Процесс разорения мелких и средних фермеров постоянно выталкивал в города сотни тысяч человек. С другой стороны, разорение фермерских хозяйств приводило к созданию крупных аграрных предприятий (до 20 тыс. га земельных угодий), где было выгодно применять новую технику, передовые технологии выращивания и переработки сельскохозяйственной продукции, что делало эти хозяйства более эффективными и продуктивными. Но рост объемов производства очень скоро столкнулся с проблемой реализации продукции, особенно на внешнем рынке, где усилилась конкуренция со стороны Канады, Аргентины и Австралии.

В эти годы быстро развивался рынок ценных бумаг. Стоимость акций на Нью-Йоркской бирже выросла с 27 млрд долл. (1925 г.) до 87 млрд (1929 г.). Миллионы американцев были охвачены азартом игры на бирже, стремясь быстро и легко разбогатеть.

Эпоха «вечного американского процветания» окончилась внезапно. Надвигающуюся катастрофу ни политики, ни экономисты не смогли заметить или предотвратить. Напротив, высказывания всех ведущих государственных деятелей были полны оптимизма. Так, тридцатый президент США республиканец Калвин Кулидж в своем послании Конгрессу в декабре 1928 года подчеркнул, что «страна может смотреть на настоящее с удовольствием, на будущее – с оптимизмом». Республиканец Герберт Гувер, пришедший на смену К. Кулиджу, в марте 1929 года обещал распространить «просперити» на все слои американского общества, чтобы окончательно распрощаться с бедностью и чтобы у каждого гражданина США были «цыпленок в кастрюле и две машины в гараже».

Кризис 1929–1933 годов: сущность и последствия. Экономический подъем окончился в 1929 году, когда экономика США оказалась в самом глубоком и разрушительном кризисе за всю историю страны, получившем название Великой депрессии. Начало кризиса ознаменовалось внезапной всеобщей биржевой паникой 24 октября 1929 года и стремительным падением курса акций на Нью-Йоркской бирже, за что этот день получил название «черный четверг». Тогда в Нью-Йорке было продано 12,8 млн акций, или в 1,5 раза больше, чем обычно. Через несколько дней, в «черный вторник» 29 октября, было продано 16,4 млн акций – рекорд, вошедший в Книгу Гиннеса.

Началось массовое «бегство» европейских капиталов с Нью-Йоркской биржи, а курс доллара стал быстро падать, что вызвало панику среди мелких держателей акций. Падение курса акций затронуло от 15 млн до 25 млн американцев, большинство которых в одночасье разорились. Этот процесс не прекращался в течение трех с лишним лет, и за 1929–1933 гг. общая стоимость акций снизилась примерно в 4,5 раза.

Общий объем промышленного производства к 1933 году сократился по сравнению с 1929 год ом на 46 %, упав до уровня 1911 года. Выпуск автомобилей сократился на 80 %, выплавка чугуна – на 79,4 %, стали – на 76 %, производство проката – на 74 %, а добыча угля – на 42 %. Летом 1932 года производство стали находилось на уровне 1901 года, а чугуна – 1896 года. За эти годы объем внутренней розничной торговли уменьшился в два раза, а экспорта и импорта – соответственно на 75 % и 70 %.

Обострение проблемы кредитования привело к волне массовых банкротств: в течение 1929–1933 гг. разорилось более 110 тыс. торговых и промышленных фирм, 19 крупных железнодорожных компаний, потерпели крах более 5,7 тыс. банков и миллионы их вкладчиков. Именно в этой самой богатой стране мира кризисные явления имели самые разрушительные последствия по сравнению с другими государствами Европы и Азии.

Большой ущерб кризис причинил аграрному сектору: к 1934 году производство пшеницы сократилось на 36 %, кукурузы – на 45 %. В результате резкого падения спроса на сельскохозяйственную продукцию цены на пшеницу и кукурузу снизились в 2,7 раза, на хлопок – более чем в три раза.

Трудности фермерских хозяйств усугублялись еще и тем, что промышленные товары дешевели значительно медленнее, чем продукция сельского хозяйства. В таких условиях становилось все труднее выплачивать налоги и возвращать кредиты. На выплату долгов уходило свыше 40 % доходов фермеров, что вело к их массовому разорению – за годы кризиса около миллиона ферм было продано с молотка за долги. Множество людей бросали свои хозяйства, пополняя армию безработных, а те, кто оставался на прежнем месте, переходили к полунатуральному самообеспечению.

С другой стороны, многие горожане устремились в сельскую местность, чтобы хоть как-то прокормить себя и своих близких. В 1930–1934 гг. около 3 млн жителей городов перебрались в деревни. Перед фермерами встала задача обеспечить продовольствием всех прибывших из городов, поэтому многие из них перешли на натуральный обмен и вообще не пользовались деньгами в течение двух лет.

Неизбежным следствием кризиса были ухудшение социально-экономического положения населения. Общее число безработных в марте 1933 года, во время пика кризиса, составляло 17 млн человек, или 25 % всего трудоспособного населения. Поскольку никакой помощи от государства безработным не полагалось, а системы социального страхования в Америке не существовало, то положение многих из них было крайне тяжелым, над некоторыми нависла угроза голодной смерти. Толпы людей стояли в очередях за бесплатными обедами, распределяемыми благотворительными организациями, но этой помощи явно не хватало на всех.

Тяжесть социально-экономического кризиса усугублялась неуверенными действиями правительства, практически утратившего реальные рычаги воздействия на экономику. Правительство Г. Гувера, убежденное в том, что рыночный механизм в течение 60 дней автоматически справится с экономическими трудностями, старалось не вмешиваться в дела частного бизнеса, поскольку это считалось нарушением основ «американского индивидуализма » [104] . В частности, Г. Гувер решительно выступал против выплаты пособий по безработице, так как он был уверен, что эта мера «ослабит стойкость американского характера». Время для принятия решительных мер по выводу страны из кризиса было упущено.

Лишь в 1931 году администрация президента Г. Гувера стала проводить некоторые мероприятия по ослаблению кризисных явлений в экономике. Особое внимание уделялось сельскому хозяйству. Было создано Федеральное фермерское бюро, которое пыталось оказать фермерам помощь в форме закупок на рынке «излишков» сельскохозяйственной продукции. Практиковалась выдача займов фермерам, входившим в состав отраслевых кооперативных центров, которые соглашались временно не вывозить на рынки запасы своей продукции, чтобы не допускать слишком сильного падения цен.