Чтение онлайн

В частности, хорошая динамика в последние годы наблюдалась в сфере торговли стран ЕврАзЭс машиностроительной продукцией для железнодорожного транспорта и отдельных видов энергетического оборудования. В этих областях Китай пока не является конкурентом для активно торгующих с Россией Украины и Белоруссии. В перспективе, конечно, есть определенная угроза роста торговли с азиатскими странами в части увеличения импорта различного вида станков и оборудования, но в данный момент это, скорее, угроза европейским странам [Интервью О. Осиповой, 2008].

Одно из ключевых направлений сотрудничества в рамках ЕврАзЭС – сельское хозяйство [Таможенный союз.., 2013]. Однако отсутствие совместной стратегии в развитии этой отрасли, имеющей большой экспортный потенциал, значительно тормозит развитие интеграции. В частности, в России нет четкого видения, на каких рынках сельскохозяйственной продукции имеются возможности самообеспечения продуктами, на каких можно идти на замещение импортом, а какие имеют экспортную ориентацию. Если судить об эффективности сельскохозяйственного производства в России и других странах, например в Казахстане, то существует большой потенциал свободных земельных ресурсов, которые не используются для производства сельскохозяйственной продукции, а если и используются, то эффективность производства в 5–7 раз ниже, чем в США. В этой сфере есть возможности для развития научно-технического сотрудничества стран [Интервью О. Осиповой.., 2008].

В ноябре 2011 г. главы стран – участниц ТС подписали Декларацию о евразийской экономической интеграции, в которой отмечается, что их ближайшая задача – полная реализация Таможенного союза и ЕЭП, а в дальнейшем – создание Евразийского экономического союза (ЕАС), который открывает новые возможности для эффективной кооперации в научной, технологической и инновационной сферах.

В октябре 2013 г. в Минске прошло заседание Высшего евразийского экономического совета на уровне глав государств. Основным вопросом саммита была подготовка проекта договора о ЕАС, который с 01.01.2015 г. должен заменить ЕврАзЭС. На переговорах стороны условно разделили проект договора на две части – институциональную и функциональную: первая описывает преимущественно институты и структуры, обеспечивающие работу союза, вторая – стартовые интеграционные договоренности внутри союза по отдельным направлениям. Итогом встречи стало одобрение институциональной части проекта, а работа над его функциональной частью будет продолжаться. Договор должен быть подписан не позднее мая 2014 г. В полном формате новая организация должна начать работу уже в феврале 2015 г. [От Таможенного к Евразийскому, 2013].

Согласно договору планируется более плотная координация в вопросах занятости и развития инфраструктуры, включая создание евразийских транспортных и энергетических сетей. Большие усилия будут предприниматься для создания общего рынка высокотехнологичной продукции, улучшения инвестиционного и делового климата. Это должно прямо способствовать повышению эффективности национальных экономик [Учитывая интересы друг друга, 2013, с. 4–5].

Предстоит полностью ликвидировать действующие изъятия и ограничения из общего режима ТС / ЕП. Для этого к марту 2014 г. должен быть сформирован список остающихся в рамках ТС и ЕП изъятий и ограничений и определены конкретные сроки их устранения. Это значит, что будут сняты все остающиеся барьеры на пути свободного обмена товарами, услугами, капиталом, технологиями и рабочей силой. Завершается и кодификация правовой базы ТС / ЕП. А к 2017 г. планируется унифицировать нормативные акты России, Белоруссии и Казахстана, обеспечивающие свободу перемещения товаров, услуг, финансового и человеческого капитала через границы государств – участников союза.

ЕврАзЭС стал самым успешным интернациональным объединением на постсоветском пространстве. «Сообщество выполнило все задачи, которое перед собой ставило: заработал Таможенный союз, запущено Единое экономическое пространство, создан их общий регулирующий орган – Евразийская экономическая комиссия. Теперь, по завершении многолетней работы, ЕврАзЭС передает ЕЭК функции по дальнейшему углублению интеграции», – заявил В.В. Путин. Саму организацию к 2015 г. планируют существенно реорганизовать. Так, штат секретариата ЕврАзЭС сократится почти в пять раз, с 97 до 22 человек. При этом Сообщество сохраняет за собой решение проблем гуманитарной сферы, транспорта, энергетики и реализацию 15 межгосударственных программ. Особое внимание в рамках этих программ уделяется развитию инновационных технологий [ЕврАзЭС прекратит.., 2012].

Евразийский союз – актуальный интеграционный проект для России. Сближение России с бывшими союзными республиками было заявлено как одна из основных задач третьего президентского срока В.В. Путина. И создание Евразийского союза (c Белоруссией и Казахстаном) близко к воплощению – по крайней мере на бумаге. Большим успехом Москвы стало решение Армении и Киргизии двигаться в сторону интеграции с Россией: сначала через участие в Таможенном союзе, затем – в Евразийском. Уже утверждена «дорожная карта» по присоединению Армении к ТС и ЕЭП, завершается подготовка аналогичного документа для Киргизии.

Переговоры по поводу Договора о ЕАС, которые продолжатся в 2014 г., не обещают быть простыми, поскольку между участниками ТС / ЕЭП существуют расхождения по широкому кругу вопросов, политических и экономических.

Так, Белоруссия настаивает на необходимости придать новому союзу статус «международной организации, которая будет наделена необходимой правосубъектностью». Для этого А. Лукашенко предложил «определить юридическую силу и иерархию актов союза» и устранить ситуацию (ее он прямо назвал «нонсенсом»), при которой главы государств – членов союза будут иметь возможность отменять решения наднациональных структур.

Но идею наделения высшего органа союза (на уровне глав государств и правительств) наднациональными полномочиями, обязательными для всех государств, не поддерживает президент Казахстана. По его мнению, такой наднациональный орган уже есть – это комиссия ЕЭК.

И Белоруссия, и Казахстан считают, что передача в будущий Союз суверенных полномочий по широкому списку невозможна. Это, в общем, противоречит видению России, которая полагает, что интеграционные процессы в будущем союзе только начинаются, и нет смысла ограничивать их распространение [Беларусь и Казахстан.., 2013].

Президент Казахстана прямо заявил, что охрана госграниц, миграционная политика, системы обороны и безопасности, а также вопросы здравоохранения, образования, науки, культуры, правовой помощи по гражданским, уголовным, административным делам «не относятся к экономической интеграции и не могут быть перенесены в формат экономического союза». Он предложил «не включать в договор о ЕАС положения, не попадающие в сферу экономической интеграции». В частности, он высказался против пунктов об унификации наказаний по уголовным и административным нарушениям. По его мнению, сотрудничество между партнерами по ТС должно ограничиваться соглашениями «исключительно в экономической сфере». Казахский лидер отмечает также слишком высокую долю россиян на руководящих постах в межгосударственных комиссиях [Швец М., 2013].

Н. Назарбаев полагает, что договор о союзе не должен также мешать отношениям стран-участниц с другими государствами. В частности, Казахстан пытается воссоздать существовавший ранее формат центральноазиатской интеграции под новым названием «Союз центральноазиатских государств», к которому готовы подключиться Кыргызстан и Таджикистан.

Однако здесь следует напомнить, что любая идея «локализации» интеграции может нанести непоправимый ущерб процессу в целом [Интервью О. Осиповой, 2008]. Есть пример африканской интеграции, которая развивается практически полвека. В африканских интеграционных образованиях постоянно занимаются обсуждением каких-то программ, но видимых результатов этих процессов нет. Их отсутствие объясняется тем, что множество интеграционных образований накладываются друг на друга. Сами африканские государства идут на различные соглашения в политических целях (чтобы не потерять возможное поле влияния).

Сейчас центральноазиатские страны значительно различаются по структуре экономики и по динамике происходящих процессов. Поэтому их отдельная «интеграция» мало вероятна. Кроме того, интеграционные процессы на постсоветском пространстве во многом связаны с открытием внутреннего российского рынка для других стран. И здесь значение имеет участие всех стран, а не отдельных интеграционных «кусков».

Беспокоят лидера Казахстана и некоторые прикладные экономические вопросы. В частности, Н. Назарбаев жалуется, что РФ не пускает к себе казахские товары и при этом, словно «бульдозер, утюжит конкурентов» на внутреннем рынке страны. Специалисты считают, что это нормальная и неизбежная часть процесса притирки и поиска приемлемого для всех баланса интересов [Ростоцкий М., 2013].