Чтение онлайн

Если у власти кинестетики, допустим, как Сталин, то они отбрасывают все слова и двигают вперёд тех, кто реально может делать дело. Награда на грудь — и дальше вперёд. Но так как Сталин был к тому же и паранойяльно акцентуирован — то за выполнение решений партийных конференций и съездов, взятые социалистические обязательства все отвечали головой.

Реально в любом обществе присутствуют разные психотипы. Поэтому используются разные методы и способы формирования непреодолимой силы. Естественно, непреодолимую силу можно сформировать только у сильной, способной личности. Таких много на Руси. Слабые ломаются… Или идут в след за сильными.

В России ни одно эффективное социально-экономическое преобразование не проходило без сильного лидера. Можно, опираясь на мысли, высказанные на этот счёт, сформулировать объективные требования к общенациональному российскому лидеру.

Требования к лидеру страны, к партии-лидеру.

— Лидер должен чувствовать страну, народ.

— Для рывка в развитии требуется цель, которую бы приняли, признали и разделили все. Он может быть сформулирована на базе принятой всеми ценности, смысла жизни. Найти таковую не просто, и религия в этой ситуации выручала многих правителей.

— Должна быть создана новая элита, разделяющая ценности лидера партии.

— Данная элита должна вытеснить общественников из важнейших пунктов управления страной. Это основной путь обуздания коррупции, плеяды «своих» для власти людей.

— На основе рывка в развитии вернуть былую роль России в мире.

— До этого подобные рывки были в условиях тотального силового подавления элиты прошлого исторического цикла. В настоящее время такое массовое подавление не составит труда, если объективно, не предвзято оценивать с правовой, с судебной точки зрения действия олигархов, которые привыкли к воровству. А их не мало. Но тех, кто способен эффективно управлять собственностью надо переводить в новую элиту. Отвергать не всю элиту прошлого. Оставлять тех, кто является резонатором.

— Элита должна обладать навыками и способностями социального конструирования, то есть понимать какие психологические последствия вытекают из того или иного экономического, политического решения. Но это должны быть не психологи, а практики, предметники. Психология, социология, экономика, наука — это их как бы вторая профессия.

— Создать эффективную производственную основу для развития страны, направленную на удовлетворение основных, базовых потребностей людей и на создание психологических, социальных, экономических, духовных условий для рывка в развитии.

— Дать пример присоединения к России других стран и народностей.

— Привлечь лучших учёных, изобретателей, лучших организаторов из других стран путём создания для них системы мотивации, которые являются наиболее подходящими для таких лиц.

Успешно новая элита может быть создана только под определённую идею. Сейчас идеи за которую бы одним махом пошёл весь народ — нет. Элита начинает раскалываться на компрадорскую и национальную, по группам в зависимости от интересов и наличия того или иного лидера. Поэтому наиболее подходящий путь — принятие таких управленческих мер, которые бы помимо воли людей рождали через мягкую силу, через непреодолимую силу элиту нужного качества.

До этого в истории лидер выдвигался спонтанно из тех лиц, которые чувствовали готовность народа к рывку в развитии (а она возникает с циклом в 72 года), чувствовали его переживания, архетипы, установки и действовали в соответствии с этой мягкой силой.

В настоящее время было бы ошибкой призывать нового лидера быть таким как Сталин или как кто-то… Хотя без опоры на лучшее, что было в прошлом нам не обойтись. Поэтому было бы и не верным отрицать хорошее там, где оно было, порой переплетаясь с плохим и противоречивым. Но в любом случае важно, чтобы нас не позволили смять, подчинить себе, лишить способности принимать самостоятельные решения.

Лидер нации должен понимать причины кризиса. Периодически культура созидания, если мыслить исторически, сдает свои позиции и начинает доминировать культура потребления. Доминантность инвестиционного спроса заменяется домнантностью спроса потребительского. В первую очередь это касается элиты. Вместо созидания вещественной и духовной культуры, устремленной в будущее, связанной с накоплением, элита начинает безудержно потреблять, расходовать материальные и другие средств на псевдокультуру, на эмоциональные ценности, слабо связанные с рациональными потребностями развития общества в целом. Следование за этой культурой всего населения приводит к росту потребления за счет долгов в будущем, к потреблению ныне живущего поколения за счет поколений будущего. Это происходит и в силу того, что под влиянием космических циклов, солнечного излучения меняются психотипы людей, особенности нашего эмоционального мира, нашего мышления. Циклически мы теряем способность руководствоваться здравым смыслом, дальними, стратегическими целями развития, интересами общества.

Выход из кризиса ранее был возможен через революцию или через замену влияния элиты диктатором, и как исключение — через передачу значительной части власти выбранному демократическим путем лицу, которое чувствует мягкую силу и имеет реальную власть принимать решения в соответствии со своим пониманием ситуации. По сути это тот же вариант диктатуры, только на время, которое предоставляется умному лицу, чувствующему резонаторов и опирающихся на них. Пример такого течения событий — действия Ф. Рузвельта в 30-е годы прошлого века.

Последний вариант более предпочтителен для существующей элиты, так как дает возможность оставить у себя часть власти, часть собственности, сводит к минимуму кровавые столкновения.

Но почему так распространен вариант революции? Дело в том, что в результате 72-летнего цикла мягкие силы деформируют оптимальное соотношение элиты и экономически активного населения. И те, и другие становятся иными, с иными психотипами, с иными целями, потребностями, мотивами, метапрограммами. Их желания таковы, что в условиях рынка, в условиях демократии, свободы ведут не к развитию общества, не к разрешению накопившихся противоречий, а в пропасть, в кризис. То есть циклически демократия то служит интересам ускорения развития общества, то в массовом масштабе рождает проблемы.

Выйти из данной ситуации можно только чувствуя, понимая это, опираясь на действие мягкой силы, беря ее в союзники. Мягкая сила это, по сути, потребности, содержание коллективного бессознательного. Элита третьего поколения теряет эту удивительную способность настоящей, молодой элиты — чувствовать то, что хочет, что может народ и что нельзя делать власти ни при каких обстоятельствах. Есть такое чувство — можно выходить к народу, предлагать свои идеи, вести за собой. Нет такого чувства — любой политик без оного будет освистан и сметен. Это как в стае обезьян, в племенах наших предков: подчиняются самому умному и самому сильному. И это все чувствуют. И сама жизнь ранее выбирала тех, кто мог читать бессознательное окружающих и мог влиять на них. То есть жизнь отбирала самых умных и сильных. В этом суть социального интеллекта. Нет такового — нет настоящей элиты.

Однако, в настоящее время элита меняется не по степени сформированности этого качества, а по наследству, по блату, по законам общественников. Наверху оказываются те, кто оптимально соответствует законам распределения власти у общественников, но не способен бороться за власть в среде возбужденных, недовольных, протестующих людей. Те, кто в настоящее время оказываются рядом с элитой лучше читают, чувствуют интуитивно не бессознательное народа, а переживания, потребности сильных мира сего. А это разные чувства, это разные социально-психологические механизмы достижения власти, это разные психологические механизмы принятия решений.