Чтение онлайн

– Да.

– Это что такое?!
– Гелен снова обернулся; лицо, словно маска гнева.
– Как вы отвечаете мне, борец за демократию! Я спрашиваю, вам ясно?

– Так точно, генерал!

На этом встреча закончилась; путь вниз, в долину, был для Барбье самым унизительным; он ощущал себя маленьким и жалким; понимая всю безнадежность положения, достал из бумажника десять долларов, купил бутылку вонючей водки, видимо, яблочная, плохой очистки, выпил ее, не закусывая, хотя взял из дома плоский пластмассовый пакетик с хлебом, намазанным маргарином; пошел на вокзал и, забившись в угол, заставил себя расслабиться, досчитал до трехсот и уснул.

Он не понял, сколько времени спал; вздрогнул, почувствовав, что рядом с ним сел кто-то. Глаз не открывал; ощущая тяжесть в висках и противную сухость во рту, подумал, что отдыхал он совсем недолго, обмен веществ с рождения был отменный, двух часов сна хватало на то, чтобы вывести из организма хмель, никаких последствий, ни головной боли, ни покалывания в печени; он ощущал на себе взгляд того, кто сел рядом; человек казался ему очень большим; почему-то был убежден, что у него маленькие голубые глаза.

Глаза, однако, к его соседа - человека среднего роста - были черные, лицо - знакомое, где-то видел уже, только не мог вспомнить, где и когда.

– Так вот, по поводу инструкций, - сказал человек.
– Тот, кто привел вас в горы, просил поместить в <Гамбургер нахрихтен> и в кельнском <Курире> следующее объявление... Запоминайте, ни одно слово не может быть произвольно изменено: <По вполне доступной цене продается пленка для малогабаритных фотоаппаратов, типа <Лейка>, <Засс> и <Квик>. Обращаться по адресу Кассель, Бисмаркштрассе, семь и Гамбург, Ауф дем Келенхоф, два>. Запомнили?

– Повторите, пожалуйста, еще раз.

Человек повторил.

– Теперь запомнил.

– Вы поняли смысл этого объявления?

Еще бы, подумал Барбье, только придурок не поймет; малогабаритные фотоаппараты марки <Засс> были на вооружении гестапо и региональных подразделений СД; никому в рейхе, кроме них, не позволялось держать эти фотоаппараты; ослушание каралось заключением в концентрационный лагерь. Понятно, по этим двум адресам, которые назвал ему человек Мерка, надо ждать гостей; люди гестапо и СД умеют читать между строк; сразу поймут: адреса в Касселе и Гамбурге - м а я к и. Ай да Мерк, ай да Гелен, лихо!

– Кто будет принимать наших товарищей по этим адресам?

– Это не ваша забота. Вам сообщат, если в этом потребуется необходимость. Дальше... Поставьте перед Эмилем Аугсбургом следующую задачу: поскольку у него есть контакты с мастерскими по изготовлению документов... Не возражайте, мы знаем все ваши адреса... Так вот, поскольку у него есть эти контакты, запросите у него подробный отчет о том, имеют ли его люди в своем распоряжении пишущие машинки с русским шрифтом?

– Имеют. Две, - ответил Барбье.
– Не надо проверять меня на мелочах. Поскольку вы меня в о д и т е, судя по всему, не первый день, вам прекрасно известно, что этими русскими машинками Аугсбурга снабдил именно я.

– Одна из них русская, номер тридцать две тысячи сорок восемь?

– Не помню. Но, кажется, номер пятизначный.

– Эту машинку уничтожьте, вам ее подсунули. Когда сядете в поезд, вам передадут хорошую русскую машинку. Там же в чемодане будут деньги. Отчетность будете вести так, как вели в гестапо, учить, полагаю, не надо.

– Правильно полагаете.

– К вам поступает кое-какая информация из Берлина... Попробуйте сделать две-три дезинформации о том, как русские готовят свои войска для удара по <союзникам> с выходом на Ла-Манш. Аугсбург знает толк в русских делах, пусть сделает б о л в а н к у, передадите мне, мы внесем свои коррективы. Сколько времени вам нужно для выполнения этого задания?

– За неделю попробуем управиться.

– Меня это устраивает. Мое имя Эрих Ульстер. Связь у нас пока что будет односторонняя, я стану звонить вам или же встречать вас каждую пятницу в булочной Пауля... В девять утра. Если я буду знать, что за одним из нас смотрят американцы, в контакт с вами не войду, ждите звонка или письма из редакции, вас попросят зайти для переговоров по поводу вашего объявления. Это значит, я жду вас на вокзале Фульды, возле касс, каждый четверг, в семь вечера.

Через неделю Гелен позвонил своему американскому к о н т а к т у и попросил внеочередную встречу, срочно, сейчас же.

– У меня есть две чрезвычайные новости, - сказал Гелен, когда они увиделись.
– Одна - горестная, начну с нее, потому что вторая, как понимаете, радостная...

– Я-то вообще предпочитаю начинать с радостного...

– Я - тоже, но дело заключается в том, что вы, возможно, захотите прервать нашу беседу и отправить мои горестные материалы в свой штаб, они того, увы, стоят.

И он передал американцу фальшивку Эмиля Аугсбурга - две машинописные странички русского текста; печать и подписи были сработаны на славу, товар <на сливочном масле>.

– Я не понимаю, что здесь написано, - сказал к о н т а к т.

– Могу перевести. Но это будет весьма приблизительный перевод. Я решил отдать эту информацию вам, лично вам, чтобы именно вы могли ею оперировать. Это страницы из инструкции политотдела механизированного корпуса, расквартированного под Ростоком; замполитам даются рекомендации о работе среди личного состава в период броска к Ла-Маншу.

– От кого пришла информация?
– спросил американец, поднимаясь. Надежные источники?

– Мои источники надежны, - ответил Гелен, - я шваль не подбираю.

Американец позвонил в штаб, попросил срочно прислать двух автоматчиков, найти толкового переводчика с русского, срочно обработать документ и показать криминалистам на предмет исключения возможности подделки.

– Спасибо, генерал, - сказал американец.
– Кто, кроме вас, знает об этом документе?

– Вы.

– Значит, это наша совместная работа?

– Нет, это ваша работа, - ответил Гелен.

– Генерал, милый, вы же прекрасно знаете, что и у вас, и у нас, да и вообще во всех разведках мира, одна система проверки: что я отвечу Вашингтону, если меня спросят, как ко мне попал этот сверхсекретный документ русских? Вы понимаете, что этот документ позволяет нам крепко прижать вашингтонских миротворцев, поэтому я должен назвать человека, который передал мне это.

– А вы назовете. Вы скажете, что ваши люди - замотивируйте это сегодня же - завербовали некоего Мертеса, не зная, что все данные на него находятся в одном из моих подразделений... Я, кстати, и сам этого не знал до сегодняшнего утра... Скажете, что для пользы дела и ввиду срочности информации вы не стали требовать у меня развернутой справки по этому самому Мертесу... Я ее подготовлю на днях, люди уже занимаются этим...

Около двери особняка заскрипели тормоза, и по тому, как яростно и шипуче они заскрипели, оба поняли, что приехали американцы.