Чтение онлайн

Таблица:

Величина отдельных издержек в отечественном и зарубежном свиноводстве (руб.)

Накормим своей свининой

— Вы можете оценить долю дополнительных затрат на подведение инфраструктуры в ваших инвестпроектах?

— Где-то 10–20 процентов. Но тут надо признаться, что в некоторых субъектах региональные власти эти расходы берут на себя, в тех же Курской, Белгородской областях. А в большинстве, включая Тверскую, — нет. В Тверской области руководство втянуло меня в проект строительства свинокомплекса во Ржеве; областное руководство мне лично пообещало, что 20 процентов затрат будет профинансировано регионом. В итоге развели руками, говорят: слушай, денег нет, вот вам 0,1 процента софинансирования, вопрос с коммуникациями тоже не решили. В итоге мои специалисты посчитали разницу по стоимости между этим проектом и аналогичным в Курской области, она составила 320 миллионов рублей. Это при общих затратах в 2,2 миллиарда! Понятно, где сельское хозяйство будет развиваться. Это, кстати, еще и о том говорит, что аграрную политику должны определять не субъекты, а федеральное правительство.

— Главный инструмент поддержки АПК в России — субсидирование процентных платежей по кредитам на самые разные цели. Обычно в размере двух третей ставки рефинансирования, а часто и больше. Вот вы под какой процент основную массу кредитов получаете?

— Раньше — от 12 до 16 процентов годовых в рублях. После вычета субсидии получается 5–6 процентов.

— Многие вам вообще бы позавидовали. Фактическая процентная ставка может оказаться ниже уровня инфляции, то есть стоимость денег для заемщика будет отрицательной. После разговоров с вашими коллегами сложилось впечатление, что большей проблемой для отрасли является уже не уровень ставок, а условия предоставления кредита — короткий льготный период и отсутствие длинных денег. Это особенно большая проблема для молочного бизнеса, который имеет длительные сроки окупаемости. Как у вас обстоят дела с длинными кредитами?

— Мы пролонгировали кредиты на срок до одиннадцати лет. Для развития молочного скотоводства нужны кредиты на пятнадцать лет минимум. В идеале мы мечтали бы получать кредиты на пятнадцать — двадцать пять лет под 2,5 процента годовых.

Вот смотрите, у меня производственная себестоимость молока была 11 рублей, а с амортизационной нагрузкой и затратами на обслуживание кредитов — уже 16–17 рублей, а этой весной, в условиях дорогих кормов, она уже до 17,5 дошла. Наше предприятие молоко отпускает по 18,5. Но такую цену можно получить лишь в московском регионе, где много крупных переработчиков вроде «Вимм-Билль-Данна». В других регионах оно стоит дешевле. Таким образом, мы вынуждены работать с минимальной рентабельностью.

Благодаря сверхвысоким ценам бизнес передовых свиноводов до последнего времени был очень успешным, считает Сергей Новиков

Фото: Виктор Зажигин

— А как дела со свиноводством? Насколько я понимаю, даже после падения цен на свинину нашим потребителям она обходится дороже, чем иностранцам в своих странах?

— Я был недавно на бойне в Карлсруэ, там закупали свиней по 1,48–1,50 евро за килограмм. Если учесть логистику и хотя бы десятипроцентную наценку, мы получим цену импортного мяса в районе 70 рублей. Поэтому сегодня цена на свинину на нашем рынке и держится в районе 75 рублей за килограмм, и такой, видимо, и останется. Ситуация в секторе стабилизировалась. Принят ряд мер, о которых громко не принято говорить. Сейчас выделили средства на дотации для компенсации удорожания кормов.

Согласен, прежняя цена в 95 рублей за килограмм «живка» была неприличной. Мы были в шоколаде, нам не нужны были кредиты, для развития вполне достаточно было собственных средств. Но когда все рухнуло... Падать всегда намного больнее. К тому же надо понимать, что у нас есть разные группы производителей, большинство из них по экономическим и технологическим показателям выглядят гораздо хуже нас.

— Значит, неэффективные производители просто должны уйти с рынка. Почему их должно поддерживать государство? Почему налогоплательщики должны повышать рентабельность отдельно взятого бизнеса?

— Я с вами согласен. Так и встал вопрос в Минсельхозе: мол, ребята, извините, это же рынок, переизбыток продукции, цены упали. Чего вы хотите?

— А в чем они не правы?

— Может, они и правы. Но давайте тогда скажем о другом. Восемь лет назад была разработана государственная концепция развития агрорынка России, которая была утверждена правительством и подписана президентом. В ней были четко указаны цифры, что Россия должна к 2020 году производить собственного мяса 14 миллионов тонн. Сегодня мы производим 11 миллионов тонн мяса, немногим более 60 процентов от потребления, остальное экспортируем. Если поменялась концепция, то вы объявите открыто, но ни в Минсельхозе, ни в других федеральных структурах об этом почему-то открыто не говорят.

— Вообще- то у нас не плановая экономика…

— Мы говорим о государственной поддержке развития АПК. Наше российское государство сегодня должно ее ввести, как это делается во всех развитых и многих развивающихся странах. Вроде везде рынок, но вы можете представить себе ситуацию, когда Америка попытается зайти со своей курятиной в Европу? Я тоже нет.

Группа компаний "Агропромкомплектация" - вертикально интегрированный холдинг, основные производственные активы которого расположены в Курской, Тверской и Московской областях. В состав холдинга входит 19 производственных единиц, формирующих четыре блока: растениеводство и кормопроизводство, животноводство (разведение свиней и молочного скота), переработка (хладобойни, мясной и молочный комбинат), оптовая и розничная торговля. Земельный банк компании составляет 53 тыс. га сельхозугодий, главным образом в форме пашни под корма и зерно. Основная специализация холдинга - свиноводство; в последние полтора года запущено несколько новых свинокомплексов, поголовье свиней более чем удвоилось и составляет 350 тыс. голов, по этому показателю "Агропромкомплектация" входит в десятку крупнейших российских производителей.