Чтение онлайн

– Как ты хочешь её разыграть?

– Как есть, прямо как есть. Кое-что надо помнить.
– Карш взглянул на Террела, лицо его горело холодным пламенем.
– Сила в правде, Сэм. Мы можем преподнести эту историю с разными трюками, но тогда мы её ослабим и продешевим. Снимок Колана за машинкой, со сбитой назад шляпой, все расскажет. У нас история, которая хороша сама по себе. Уместность, соответствие приходят от вкуса, поэтому ты можешь когда-нибудь стать хорошим редактором. У тебя есть вкус.

Карш встал и взглянул на часы.

– Теперь давай сюда Колана. Я попытаюсь раздобыть нам выпивку.

Телефонистка сказала Террелу, что линии на Бич-Сити заняты, но обещала позвонить через несколько минут.

Карш пришел с двумя порциями виски с содовой, одну дал Террелу.

– Гости были очень рады, - сухо бросил он.
– Я прервал их веселье, но они не возражали. Очень приятная компания.

– Почему ты не спустишь их в мусорный ящик?
– спросил Террел и по лицу Карша понял, что сделал ошибку, но остановиться не мог.
– Тогда открой окна и впусти свежего воздуха. Они же слизняки, Майк.

– А когда они уйдут, что останется? Я, сидящий совсем один, с выпивкой в руке. Может быть, они лучше, чем ничего, Сэм?

– Заведи собаку, - сказал Террел. Ему было неприятно, что пришлось вынудить Карша на такое признание. Иногда не следует указывать на очевидное.
– Собаке здесь понравиться, - он старался не глядеть на жесткую ухмылку на лице Карша.

– Это не место для породистой собаки. Но я скажу тебе, он закурил и сел на подлокотник кожаного кресла.
– Через год-два мне нужен будет помощник. Человек, который примет на себя некоторые из моих обязанностей. Издатель хочет "уберечь меня от моей бескорыстной преданности газете". Продолжай в том же духе, и ты станешь моим помощником.

Террелу трудно было осознать, что ему так мимоходом предложили работу в одной из ведущих газет штата. Он глупо переспросил:

– Ты правда предлагаешь?

– Конечно, - Карш мимолетно улыбнулся.
– Год в отделе новостей, может быть, какое-то время в Вашингтоне, - это все, что тебе нужно. Ты можешь занять офис рядом со мной и, рискуя быть глупо-сентиментальным, я буду чертовски рад видеть тебя там. У тебя будет собственный экстренный выпуск, Сэм.

Зазвонил телефон.

– Большое спасибо, - сказал Террел, - ты выбрал необычный способ сообщить мне об этом, но это именно то, о чем я мечтал. Большое спасибо.

– Возьми трубку, - сказал Карш.

Телефонистка сообщила:

– Я соединилась с вашим номером, минутку, - послышался щелчок, потом мужской голос сказал, - Отель "Рилей", бронирование.

– Я бы хотел поговорить с Патриком Коланом.

– Да, сэр.
– Последовала пауза, потом вопрос: - Кто его спрашивает?

– Сэм Террел из "Кол Бюлетин".

– Да, минутку.

Террел слышал глухой отзвук голосов, затем другой голос спросил:

– Террел? Это Тим Моран, отдел убийств. Зачем тебе понадобился Колана?

Террел почувствовал, как по спине пробежал озноб.

– Это личное деле, Тим. Что случилось?

– Извини, что сообщаю тебе такое, но час назад он застрелился. Он болел, или что-нибудь такое?

Террел прикрыл трубку и посмотрел на Карша.

– Колан мертв. Самоубийство. Мне нужно ехать туда.

– Сначала послушай, что они скажут.

Террел отнял руку от микрофона и сказал:

– Я не знаю, был ли он болен. Можешь сказать, что случилось?

– Ладно. Его нашла горничная. Ее зовут Шмидт, Мэри Шмидт, 43 года и живет она Браунсвил, 24, Маунт Энри Роуд.

– Мне это все не нужно.

– Хорошо, она нашла его около восьми вечера. Он застрелился из своего револьвера. В левый висок. Доктор считает, что он мертв пару часов. Уличный шум заглушили выстрел.

– Он оставил какую-нибудь записку?

– Мы ничего не нашли.

– Он был пьян?

– Не знаю. Немного погодя врач все скажет. Зачем он тебе понадобился, Сэм? Ты был здесь утром, я знаю.

– Я пишу о нем, - сказал Террел.
– Портрет обычного копа, понимаешь. Недавно у него был звездный час на том убийстве в доме Колана, и я пытался что-нибудь выжать для воскресного выпуска.

– А как он выглядел, когда ты с ним разговаривал? Подавленным? Обеспокоенным? Что-нибудь в этом роде?

– Нет, выглядел он нормально. Спасибо, Тим.

Террел медленно положил телефонную трубку и посмотрел на Карша.

– Пуля в левый висок, в 7. 30 или раньше, никакой записки. Так-то, Майк.

– Тебе следовало заполучить всю историю на бумаге. Нужно было взять у него заявление, засвидетельствовать у нотариуса...

Карш швырнул сигарету в камин, встал и начал ходить по комнате.

– Или хотя бы использовать диктофон.

– В следующий раз я так и сделаю.

– Ладно, расслабься. Я совсем не думал тебя шпынять. Но на Колана сильное давили - и изнутри, и снаружи. Ты мог бы догадаться, что такое случится.

– По его поведению не видно было, чтобы он собирался покончить с собой.

– Может быть он пил и думал.

– Может быть, - Террел бледно улыбнулся Каршу, но в глазах была горечь.
– Полагаю, я неправильно все сделал. Он мог бы остаться жив.

– Тут ничего не поделаешь.

– Спасибо.

Там, за дверью вечеринка была в разгаре. Неслась громкая музыка, одна из блондинок медленно, словно загипнотизированная, танцевала с коротышкой по прозвищу Диди. Официант собирал тарелки, полные сигаретных окурков, а Майер разливал бренди в шарообразные фужеры. Вторая блондинка стояла перед магнитофоном, раскачиваясь в такт и удивленно уставившись на полный бокал виски, который кто-то поставил на медленно крутившийся проигрыватель. Террел обернулся от дверей и увидел, как Карш медленно и устало направляется к компании.

На следующее утро в половине десятого Террел вошел в холл отеля "Клейтон", где было полно народу. Это было неофициальное место сбора Айка Селлерса и его главных помощников. У Селлерса не было офиса, не было твердого распорядка, он каждый день приезжал в город из своего дома в пригороде, проводил несколько часов, разговаривая с друзьями и принимая доклады от держателей букмекерских контор со всего города. Доступ просителей, прошедших через бдительное наблюдение его пособников, был свободным. Но он не связывал себя с назначениями на прием и не любил иметь дело с таким рискованными вещами, как планы на будущее. Люди, которым нужно было с ним поговорить, просто крутились рядом, надеясь, что он найдет для них минутку. Это все, что они могли сделать. Совещания с Селлерсом или разговоры с ним никогда не бывали продолжительными. Он обычно пролистывал документы и отсутствующим взглядом пробегал по окружавшей его толпе, и в это время задавались вопросы, просили о благодеянии, объясняли ситуацию потом он говорил "да" или "нет" и отворачивался. И было понятно обращаться после его вердикта некуда.