Чтение онлайн

– Ты самый красивый мужчина, которого я видела.

Её взгляд. Её слова. Её рот.

Она сводила с ума одним своим существованием.

Не дав нам обоим закончить, выскользнул изо рта девушки, схватил её под подмышки и поднял, прижимая к себе. Длинные ноги крепко обернулись вокруг меня, когда мы поцеловались, после чего я повалил нас обратно на диван и накрыл её тело своим. Наши языки сплелись друг с другом. Талия натянула презерватив обратно и я ворвался в неё, заставляя нас обоих громко застонать. Дом заполнился звуками шлепков плоти о плоть.

– Талия… – прорычал я, предчувствуя свой первый оргазм.

Она сжала меня, собираясь в ту же секунду последовать за мной.

– Я никогда не обижу тебя, – прохрипела девушка, опалив моё лицо своим горячим дыхание и положив ледяные ладони поверх щёк.

Странно было шептать это такому мужчине, как я.

Но всё же она сделала это и ни капли не пожалела, когда мои глаза загорелись в ответ её.

Глава 24

Я не подавала виду, но всё внутри меня болело.

И отнюдь не из-за секса с Дэниелом. Но причиной тому была прошлая ночь.

Я не могла уснуть ещё несколько часов после того, как мы закончили и перебрались в спальню. Мысли о маленьком Дэниеле не давали мне покоя, пока я смотрела на его взрослую версию, спокойно спящую рядом. Каждый раз, когда я давила на него, он чувствовал себя не в порядке? Поэтому отказывал мне?

Но вот, что я поняла о нём:

Ему никогда не было страшно – только больно.

За сутки он пережил больше, чем любой другой человек, про которого я слышала, за всю свою жизнь.

Боль уничтожила и защитила его от себя же самой, стерев часть воспоминаний. Над его телом и душой надругались, а она в знак извинений дала возможность забыть об этом.

Только у всего были последствия.

И последствие травмы – воспоминания.

Он не помнил, как его насиловали, сколько ублюдков участвовало в этом и как именно, однако до мельчайших подробностей мог пересказать всё до и после того, как это закончилось.

Его не заботило, что с ним сделали. Деметрио и Луна были всем, о чём он думал, находясь в борделе.

Вспоминая об амулете, к принадлежности которого ко мне я уже успела привыкнуть, теперь всегда становилось только грустно. Мне хотелось вернуть его обратно Дэниелу, но в то же время оставить себе, обещая хранить и чтить память его сестры.

Мы бы подружились – в этом не было сомнений.

Невозможно было жалеть о смерти человека, которого ты никогда не знал, но я жалела так, будто была знакома с ней всю свою жизнь.

Дэниел был не виноват в том, что с ней случилось. Пока она замерзала, его пытали, и с каждой секундой всё большего осознания этого, мне хотелось защитить его от всего мира.

Чтобы ни один мужчина… и ни одна женщина больше не дотронулись до него без его разрешения.

Было наивно размышлять о мести, когда я не обладала ни властью, ни физической силой для того, чтобы найти тех, кто надругался над ним, и убить их, но всё же делала это.

Интересно, они всё ещё живы?

Всякий раз, когда я вспомнила о работе Дэниела, меня тошнило. Но теперь я понимала его. Хоть и частично, потому что мое тело принадлежало и будет принадлежать только мне и ему.

Мы не поднимали тему вчерашнего разговора сегодня утром, когда проснулись в обнимку друг с другом, и по дороге в тату-салон по одной единственной причине – он не хотел этого.

Я уважала его чувства. Не хотела напоминать ему о случившемся, но сама не перестала думать об этом.

Слёзы наворачивались на глаза, едва я успевала задуматься о его страданиях, однако он, будто слыша голос в моей голове, прикасался ко мне, отвлекая, или начинал говорить.

Я ждала, когда Дэниел вновь закурит передо мной, потому что уже дал знать о своей привычке, но он этого не сделал. А перед отъездом я и вовсе заметила пачку, из которой ещё вчера он одну за одной доставал сигареты, в мусорном ведре.

Мне хотелось расспросить его, только я снова прикусила язык, понимая, что это как-то было связано с историей из его детства.

Это был первый, но точно не последний раз, когда мы затрагивали эту тему. У меня ещё будет шанс.

Я листала журнал, пытаясь найти в нём эскиз для своей будущей первой татуировки. Дэниел, вытянув руку, сидел в нескольких метрах напротив меня, пока иглы прокалывали его кожу. Рана на плече только начала заживать, поэтому он решил пока что не прикасаться к испорченному рисунку, а добавить на своё тело новый.

Такими темпами скоро на нём не останется ни сантиметра без них.

Все три часа, что мы уже были здесь, мужчина не отводил от меня глаз. Из-за него я чувствовала себя самой красивой девушкой на этой планете, несмотря на красно-фиолетовый синяк прямо на скуле.

Я уже привыкла быть в центре его внимания, поэтому не ощущала дискомфорта, будучи под постоянным наблюдением. К тому же, мне нравилось изредка поднимать свой взгляд на Дэниела, чтобы многозначительно улыбнуться ему.

Прямо как сейчас.

– Выбрала? – спросил он.

В комнате горел приглушенный свет. Стены были украшены эскизами. Подоконники заставлены горшками.

– Не могу определиться.

Многие мне нравились, но ничего не было… тем самым.

– Я бью татуировки этому мальчику с четырнадцати лет, – гордо заявил мастер. – Могу попробовать нарисовать что-то специально для тебя. Только мне нужна будет помощь.

– О, спасибо… – я не договорила, потому что так и не узнала его имени.

Наши глаза встретились и мужчина средних лет по-доброму улыбнулся мне.

– Можешь называть меня – Старик.

– Старик, – прищурившись, повторила за ним. – Спасибо, Старик.

Он слегка наклонил голову.

– Всегда к Вашим услугам, Красавица.

Мне представляться не пришлось, потому что он уже знал, как меня зовут, однако решил сделать комплимент, на который Дэниел выгнул бровь, резко застучав пальцами по столу.

– Что? – защищаясь, спросил мужчина напротив него. – Она красивая.

– Я знаю, – скрипя зубами, ответил ему он.

Я выглядела так же забавно, когда ревновала его?