Эльфийский порноспецназ в логове национал-вампиров
Шрифт:
— Вношу поправку. — Амандил поднял указательный палец вверх, обращаясь к Светлане. — В вашем случае, юное создание, я откровенно пялился. Кстати, более отталкивающей и смешной картины, чем соитие двух людей, я не могу представить. А вот подглядывать мне действительно пришлось, но несколько ранее. О впечатляющих результатах я и хочу поговорить со своим сынишкой. Если не трудно, оставьте нас.
Светлана подхватила одежду, Востроухов проводил девушку в комнату отдыха.
— Выруби эту подделку! — потребовал Амандил, когда они остались наедине.
Марлен нажал кнопку.
— У нас мало времени, сынок. — Каким издевательским тоном это было сказано! — Я установил здесь кое-какую аппаратуру. Она транслировала картинку и звук в лондонское представительство. И знаешь, я был крайне изумлен, хотя где-то в глубине души и не удивлен. Ты нас предал, ошибка моей молодости!
Достав из ящика стола и неторопливо раскурив сигару, Марлен пустил в потолок струю дыма и снизошел до ответа:
— Я тебя предупреждал? Предупреждал. Ты отмахнулся. Теперь ты либо всё свалишь на меня, либо постараешься замять дело так, чтобы отстранить меня от дел и решить проблему вампиров. Лучше всего, конечно, меня прикончить.
— Потуши сигару!
— Да хрен тебе, — с подчеркнутым безразличием сказал Востроухов. — Потерпишь. И не перебивай. Мне ваша долбанная эльфийская родина никоим рогом не уперлась. Кровососы пригрозили более дорогими мне вещами, я согласился на сотрудничество. И честно тебя предупредил. Ты же старый дипломат… А не чемодан из крокодиловой кожи. Не расслышал предупреждения? Твой косяк. Давай, твой ход.
«А я хамло», — с внутренней усмешкой подумал Марлен.
Амандил поднялся, шагнул к сыну.
— Думаешь, сейчас аппаратура тоже работает? — Эльф едва не лопался от ненависти. — Нет, я ее отключил. Твоя версия не увековечится. Даже если бы твои оправдания записались, кто бы их увидел кроме меня и верного мне сотрудника, настоящего эльфа? Ты глупый самодовольный ублюдок.
— Я в папу уродился. — Марлен выпустил в отца струю дыма, и Амандил закашлялся. — Что дальше?
— Я тебя зачал, я тебя и… — тихо процедил сквозь зубы эльф, доставая из-за спины старый, времен первой мировой, маузер.
— Где ж ты его взял, Тарас Бульба?! — изумился Востроухов. — Неужто в жопе провез?
— Не городи чушь, здесь припрятал!
Не допускающий иронии в свой адрес Амандил в раздражении мотнул дулом в сторону, и Марлен прыгнул.
Ему было несподручно — пришлось стартовать из кресла, отталкиваясь рукой от края стола. Он не верил в отцовские чувства Амандила, значит, надо бороться.
Эльф среагировал на бросок сына.
Марлен летел к отцу и видел, как медленно разворачивается маузер. Вот выплывает дуло… Слева направо… Черное-черное…
Надо тоже принять правее…
Востроухов сомкнул пальцы на правом запястье Амандила за полмгновения до выстрела.
Бабахнуло.
Марлен ничего не почувствовал, было некогда.
Он врезался в отца, сшиб его с ног, отводя руку с маузером в сторону. Раздался второй выстрел. И еще один.
Амандил, конечно, был медленнее. За пару секунд сын успел выбить его оружие и нанести несколько неслабых ударов в голову и грудь эльфа.
Отец потерял сознание.
Из комнаты выскочила испуганная Светлана.
— Тихо, тихо, милая, — проговорил Марлен. — Я его вырубил.
Внезапно обожгло левый бок. Боль включила в голове яркий свет.
Востроухов завалился на папашу, и всё стемнело.
Очнулся он опять-таки от боли.
Увидел сквозь туман тревожное лицо Светы. Оно нависало над Марленом, словно полная луна, а еще очень хотелось пить, и было холодно.
— Где он? — прошептал Востроухов.
— Рядом лежит.
— Свяжи его… И маузер…
— Молчи! — Девушка закусила губу, поднесла к лицу дрожащие руки. Голос тоже вибрировал: — Как тебе скорую вызвать? В лабиринт этот…
— Свяжи его! — выдохнул Марлен, схватив Свету, кажется, за подол платья, и снова провалился в чернила.
Второй раз он вынырнул мгновенно, боль не ушла, просто топталась где-то на периферии восприятия. Ощутил под головой что-то мягкое. Чуть повернул голову.
Светлана крутила вокруг запястий Амандила веревку, найденную в ящике стола. Молодец, девочка!
Марлен прислушался к организму. Дышалось вполне сносно, было холодновато, значит, он потерял заметное количество крови.
«Вампиры бы сдохли, видя такое расточительство», — Востроухов слабо усмехнулся.
— Шутишь, значит, жив, — то ли прошептал, то ли подумал он.
Светлана посмотрела на него.
— Почти всё.
— Ноги… Ноги тоже, — просипел Марлен. — Потом по коридору прямо, вторая дверь справа. Медикаменты.
Затем он плавал у поверхности сознания, выныривая и снова погружаясь в полузабытье, а Света, его ангел-хранитель, хлопотала, прижигала, перевязывала, и плакала, почти беззвучно всхлипывая.
Всхлипы звучали регулярно, по два, и Востроухову казалось, это ритм-секция неведомой ему композиции, состоявшей из шумов. Он слышал еще и свое сердце (оно отбивало в слабые доли), кровь шумела в ушах, шелестел вентилятором компьютер, урчала сплит-система.
В какой-то момент сознание прояснилось окончательно, Марлен впал крайнюю тревогу:
— Света, Света… — нетерпеливо позвал он.
Девушка подскочила к нему, положила прохладную ладонь на лоб.
— Молчи, Востроухов! — велела она. — И не смей умирать, поганец, я без тебя не смогу…
На его щеку упала ее слеза и обожгла.
— Не дождешься. — Постарался улыбнуться. — Что он-то?..
— Лежит в оттопырке, думала, ты его вовсе угандошил…
— Как ты изъясняешься!
— Мне можно, я в шоке, — сказала Светлана, вытирая глаза свободной рукой. — А уши у него и вправду острые.
— А ты думала, вру, — с укоризной произнес Марлен. — Слушай, мне надо вон в ту комнату. Позарез!
Он указал на дверь кабинета, где располагался вход в секретную часть представительства.
Следующие три минуты ушли на пыхтение, сдавленный мат и стоны.
Голова Востроухова теперь лежала на пороге нужной комнаты. Света сидела, прислонившись к стене, и отдыхала.
— Со стороны послушать, мы сексом занимались, — продышала она. — А еще я затрахалась тебя волочь.
— Получается, это был секс, — тихо закончил мысль Марлен.