Чтение онлайн

Поблагодарив Зейна, я мгновенно развернулась. Главный корпус. Отец. Велнор. Все крутилось в голове, подгоняя вперед.

Он и правда здесь … Что мне сказать? Как начать разговор? Узнает ли он меня?

Я почти чувствовала его присутствие, словно магнит, притягивающий меня к себе. Но вместе с этим ощущением поднималась и волна страха. Страха неизвестности, страха разочарования, страха быть отвергнутой.

Заставив себя сделать глубокий вдох и выдох, я сорвалась с места, устремившись в главный корпус. Наконец, я оказалась перед дверью кабинета профессора. Дыхание сбилось, ладони вспотели.

"Соберись, Элла. Ты почти у цели," – мысленно подбодрила я себя.

Приблизившись к двери, я прислушалась. Из-за толстых стен доносились приглушенные голоса. Один из них, без сомнения, принадлежал профессору Велнору. Второй… моё сердце забилось сильнее, узнавая родные интонации. Это был он. Отец. Это и правда мой отец… Несмотря на то, что прошло много лет, я бы не спутала бы его ни с кем. Только сейчас я остро осознала, как же сильно скучала по нему всё это время, как мне его не хватало. Заботясь о маме, я не могла позволить себе слабину. А сейчас … сейчас он так близко, стоит лишь открыть дверь.

Медленно, стараясь не издать ни звука, я прильнула к двери. Сквозь щель между косяком и дверью едва пробивался тонкий луч света, я не могла разглядеть происходящее внутри. Оставалось полагаться только на слух.

— …именно поэтому я настаиваю прекратить поиски, — произнес Велнор своим бархатным, убедительным голосом. — Скорее всего, их даже нет уже в живых, дружище. Прости мне мою прямоту.

О чём они говорят? Неужели о нас с мамой?

— Я должен сам в этом убедиться. До тех пор, я буду искать их.

— Зачем ты мучаешь себя? Его Величество скоро отвернётся от тебя. И что останется у тебя на руках, Ронас?

— То, что останется у меня "на руках" — это моя совесть. Я не успокоюсь, пока не узнаю, что с моей семьей, Велнор. И мне плевать, отвернется от меня Его Величество или нет.

От этих слов сердце болезненно сжалось. Несмотря ни на что, отец не отказался от нас. Искал, боролся… Уверена, вместе мы быстро отыщем маму.

Голос Велнора стал жестче:

— Ты слишком упрям, Ронас. Твоя одержимость мешает тебе и твоей работе. Ты тратишь свое драгоценное время и ресурсы на бесплодные поиски.

— Мои исследования приносят огромную пользу Академии. И в свободное от работы время я могу делать все, что захочу.

— Я говорю все это лишь потому, что не хочу, чтобы ты совершил ошибку, которую потом будешь горько оплакивать. Ты должен смотреть в будущее, Ронас, а не жить прошлым.

— Ты не понимаешь. Я почти отыскал… Всё почти готово… — голос отца звучал приглушенно.

— Не тешь себя надеждами, дружище. Ты только посмотри на себя, в кого ты превратился?!

За толстыми стенами воцарилась тишина. Я затаила дыхание, боясь пропустить хоть звук. Слышно было только тяжёлое дыхание отца.

Прошло несколько томительных секунд, прежде чем Велнор вновь заговорил:

— Ладно, Ронас, я вижу, что ты не намерен меня слушать. В любом случае, я помогу тебе, чем смогу.

— Я должен, пойми меня. Должен… уничтожить её! Полностью и безвозвратно! Я не могу вновь допустить одну и ту же ошибку.

Последние слова отца эхом отозвались в моей голове, пронзая холодом.

«Уничтожить её»

Всё это время он искал нас, чтобы уничтожить меня? Чтобы наверняка убедиться в том, что я больше не вернусь?

«Полностью и безвозвратно»

Мои надежды… Вся эта хрупкая, выстраданная мечта о семье, о воссоединении… разрушилась в одно мгновение, рассыпавшись, как карточный домик от дуновения ветра. Что это? Очередной кошмар, из которого я никак не могу проснуться? Скажите, что это неправда… Пожалуйста, скажите, что это просто сон. Этоне можетбыть реальностью.

Я не заметила, как покинула корпус стражей.

Не заметила, как слезы обожгли щеки ледяным пламенем, как ноги сами несли меня прочь. Не помню, когда перестала дышать ровно, когда в горле встал ком, не давая вымолвить ни слова. В голове гудело, пульсировало одно лишь "Уничтожить… Её… Уничтожить…" Мир вокруг расплывался, терял четкость, превращаясь в размытое полотно боли и предательства. Я чувствовала, как что-то ломается внутри, как рушится моя вера, как умирает надежда, оставив после себя лишь зияющую пустоту.

Внезапно я почувствовала как чья-то грубая рука вцепилась в мой рукав, резко дернув назад. Инстинктивно попыталась вырваться, но хватка была стальной. В панике обернулась и увидела перед собой злое, искаженное лицо Сэмвелла.

– Куда это ты собралась? Совсем сдурела? – прорычал он, тряхнув меня за плечо. Его грубые пальцы впивались в кожу. Я не отвечала, лишь смотрела на него пустыми, ничего не видящими глазами. Вся боль, обида и разочарование, что бушевали внутри, парализовали меня.

– Да что с тобой такое? – Сэмвелл явно растерялся от моей реакции. Возможно, он ожидал криков, сопротивления, чего угодно, но только не этой застывшей отрешенности. Он ослабил хватку, и я, словно кукла, повисла в его руках. Всё вокруг казалось далеким и нереальным. Звуки приглушены, краски блеклы. — Ещё бы немного, и ты бы перешагнула энергетическое поле, по сторонам смотри. Это запрещенная часть территории.

– Отпусти, – прошептала я, еле слышно. Слова давались с трудом, словно язык приклеился к нёбу.

Сэмвелл нахмурился, но руку убрал. Я отшатнулась, словно от проказы, и сделала несколько неуверенных шагов в сторону. Ноги не слушались, заплетались, но я упрямо шла вперёд, не разбирая дороги. Наконец, силы оставили меня. Я споткнулась о корень дерева и рухнула на землю, как подкошенная. Мир вокруг закружился, а затем медленно пришёл в себя, оставив меня лежать на холодной, влажной земле.

С трудом перевернувшись на спину, я уставилась в серое, хмурое небо. Закрыв глаза, попыталась отгородиться от всего мира, от этой боли, от предательства. Хотелось провалиться в темноту, в небытие, где не было бы ни воспоминаний, ни надежд, ни страданий.

И вдруг… Что-то теплое и липкое коснулось моего лица. Сначала несколько капель, а потом целый поток. Я судорожно нашарила рукой по щеке, пытаясь понять, что это за мерзкая субстанция. И тут же, под пальцами, почувствовала знакомое покалывание.