Чтение онлайн

Они отпраздновали Рождество на новом месте с Дикси Локк (ее роман с Пресли-сыном все еще продолжался). Авторские отчисления от первых записей позволили Элвису оплатить переезд, провести телефон, а главное, побаловать мать, которой он подарил кухонный комбайн. Как видно, Пресли превращались в типичную американскую семью эры Эйзенхауэра, символизируя собой модель одноэтажной Америки, основанной на автомобиле и бытовой технике, которая скоро заразит всю планету вирусом потребления.

Для Глэдис это преуспеяние имело свою цену: отныне она вынуждена смиряться с частым отсутствием обожаемого сына, с которого не спускала глаз с самого его рождения и который не покидал родного крова до девятнадцати лет. Элвис же разрывался между возбуждением от своего стремительного взлета и страданиями матери, которой звонил по несколько раз в день, когда новая профессия заставляла его уезжать из Мемфиса. Гастроли устраивали все чаще, особенно после того, как Скотти Мур передал свою должность импресарио Бобу Нилу.

Нил вел передачи на WMPS каждый день с пяти утра (прайм-тайм для сельской местности), а потом в обед, и пользовался непререкаемым авторитетом у любителей музыки кантри. Как и многие другие диджеи той эпохи, когда основным средством массовой информации все еще было радио, Роберт Нил Хобгуд быстро понял, что может сделать ставку на свою популярность и заработать денег конферансом. На первых порах он воспользовался своими связями, чтобы стать посредником, а потом и организатором концертов, на следующем этапе была намечена карьера импресарио, и в этом ему помогла восходящая звезда — Элвис.

Они знали друг друга уже давно, Элвис с давних пор посещал концертные передачи, которые вел Нил, вместе с «Братьями Блэквуд». Нил презрел «Всё в порядке» после выхода пластинки, но изменил свое мнение, почуяв, куда дует ветер; более того, именно он настоял на том, чтобы Пресли пригласили в Овертон-парк, а потом устроил ему несколько ангажементов в школах в окрестностях Мемфиса. Так что казалось совершенно естественным обратиться к нему, когда карьера «Блу Мун Бойз» пошла в гору.

Договор скрепили контрактом, подписанным 19 декабря Элвисом и его родителями. За отчисления в 15 процентов от доходов певца Нил взял на себя обязанности, которые оказались не по плечу Скотти Муру. Это свидетельствует о том, как высоки были ставки: портфель заказов Пресли увеличивался изо дня в день. Заняв место под вывеской «Элвис Пресли Энтерпрайзиз» с офисом на Юнион-авеню, в самом центре Мемфиса, Боб Нил осознал, сколь велико дарование нового артиста, и старался сделать так, чтобы тот выступал как можно чаще и во все более широком радиусе.

После Мемфиса, Шревепорта и восточной части Техаса, где музыка Элвиса очень быстро встретила положительный отклик, его аудитория постепенно расширилась за счет Миссури, остального Техаса и даже Огайо. Группа впервые выбралась за границы Юга, приняв участие 26 февраля 1955 года в концерте в стиле вестерн в кинотеатре Кливленда, где показывали новый фильм Николаса Рея «Джонни Гитара». В тот вечер Элвис заработал 150 долларов — в три раза больше, чем он получал еще несколькими месяцами раньше при схожих обстоятельствах. Если добавить к этому резкое ускорение гастрольного ритма — в среднем двадцать концертов в месяц, — становится ясно, что успех обратился в ощутимую реальность, подкрепленную созданием первого фан-клуба.

И все же без неудач не обошлось. Самая значительная произошла в середине марта, когда Элвис впервые побывал в Нью-Йорке. Боб Нил, понимая, как важно телевидение, хотел, чтобы его артист принял участие в передаче «Ищем таланты», которую вел Артур Годфри на Си-би-эс. Элвису эта идея показалась заманчивой, и не только потому, что благодаря ей он смог бы посетить главный город страны. Он вспоминал о триумфе «Братьев Блэквуд» в той же передаче девять месяцев тому назад и знал, какую выгоду сможет извлечь из удачного выступления на любительском конкурсе с самым большим рейтингом в Америке.

Сотрудники Годфри год напролет выискивали более-менее опытных артистов, и хотя Элвису удалось проскочить через отборочный тур благодаря поддержке ведущего диджея Билла Рэндла, с которым он незадолго до того повстречался в Кливленде, Годфри не увидел ничего привлекательного в напомаженном певце, вихляющемся на сцене. После краткого прослушивания Элвиса отправили восвояси с обычной формулировкой: «Мы вам напишем». В виде утешения Боб Нил сообщил певцу, что контракт с продюсерами «Louisiana Hayride», донельзя довольными тем, что с его появлением городской концертный зал Шревепорта набит битком, продлен до весны 1956 года.

В то же время слабым местом Элвиса было отсутствие пластинок. Коммерческий провал третьего диска «Сан», который не передавали по радио из-за едва прикрытых намеков «Буги-блюза молочной коровы», должен был побудить Сэма Филлипса исправить свою ошибку, сразу же выпустив новый сингл. Несмотря на чрезвычайную загруженность, из-за которой он почти не бывал в своем городе, Элвис все-таки сумел посвятить один день записи в «Мемфис Рекординг Сервис», где-то в январе — феврале, а потом еще один, месяц спустя. Придерживаясь метода проб и ошибок, он попытал счастья с песней «У меня есть женщина» — новым хитом молодого слепого чернокожего по имени Рей Чарлз, а потом попал в точку благодаря очень чувственному прочтению «Baby Let’s Play House» («Малышка, давай поиграем в семью») — менее известного шедевра артиста ритм-энд-блюза Артура Гунтера, выступавшего на сцене в Нэшвилле. Для стороны «В» Филлипс предложил трио Элвиса обратиться за помощью к ударнику и снова попробовать записать песню «Я лев, ты права, она ушла», которая не далась им в конце 1954 года. Экспериментируя с темпом, квартет нашел свое звучание, и Филлипс наконец-то получил то, что ему нужно, хотя и сохранил при себе прежние записи.

Как и многие «инди», неожиданно познавшие успех, «Сан Рекордз» оказалась на грани разорения. Это положение не столь парадоксально, как кажется на первый взгляд: студии грамзаписи были обязаны платить за всё сразу и в полном объеме — процентные отчисления, плату за прессовку и печать, профсоюзные взносы, рекламные материалы, — а дистрибьюторы имели право оплачивать счета в течение девяноста дней. Если студия не имела достаточного «золотого запаса», как в случае «Сан», один-два злостных должника могли нарушить это хрупкое равновесие.

Филлипс должен был возместить ссуду в тысячу долларов своему брату Джаду, и ему пришлось ждать его благословения, прежде чем 25 апреля выпустить четвертый сингл Элвиса Пресли под маркой «Сан-215». К счастью для него, успех «Baby Let’s Play House» — пожалуй, самой совершенной записи Элвиса, сделанной до сих пор, — дал ему финансовую передышку. Пластинка сначала привлекла к себе внимание в главных агломерациях Юга, а затем поднялась на гораздо более высокую ступень, попав 16 июля в хит-парад «Биллборд» в стиле кантри-энд-вестерн. Впервые заполучив в свой актив национальный бестселлер, Пресли и Филлипс вышли на новый рубеж, хотя им и тогда было ясно как день, что крошечная фирма из Мемфиса не сможет повести своего певца к далеким вершинам.

В послевоенное время пластинка была лучшим залогом успеха для артиста, особенно с тех пор, как они зазвучали не только в музыкальных автоматах, но и по радио. Иногда на помощь приходило кино в плане картинки: Голливуд неизменно представлял американских звезд в виде обольстительных блеющих певцов, если они были белыми, или безупречно танцующих забавников, если они были черными.

Начиная свой взлет, Элвис Пресли порвал с этой неизбежной моделью. Никто не станет отрицать, что уже первая пластинка фирмы «Сан» выявила его отличие, но в отсутствие адекватной системы сбыта его первые записи расходились ограниченным тиражом. За год, прошедший с выхода «Всё в порядке» до попадания «Baby Let’s Play House» в общенациональный хит-парад журнала «Биллборд», под его именем было продано менее полумиллиона пластинок в 78 и 45 оборотов. И то еще география их распространения была точечной, поскольку пластинки расходились только в южных и юго-западных штатах.

Еженедельные выступления Пресли в «Louisiana Hayride», бесспорно, увеличили его аудиторию, поскольку у радио KWKH был мощный передатчик. Однако эту передачу транслировали лишь частично на волнах южных филиалов сети Си-би-эс и только в третью субботу каждого месяца, так что присутствие певца в эфире вовсе не было повсеместным. Единственное правдоподобное объяснение внезапного взлета его карьеры — общественное мнение, подкрепленное небольшими радиостанциями, которые передавали записи с его пластинок и анонсировали его концерты. Именно выступления на сцене довольно быстро обеспечили ему известность. Начав с двух десятков концертов в одном лишь Мемфисе летом 1954 года, в последнем квартале года Элвис удвоил их число, все чаще выбираясь в Техас, где его принимали особенно тепло.