Чтение онлайн

– Что ты! Ты просто будешь удивлена, если я скажу тебе, что он не только заметил тебя и Элю, но и оценил вас по достоинству.

– И меня?

– Да. О тебе он сказал, что ты, наверно, очень понятлива, но скоро все забываешь.

– Неужели?

– Клянусь Стефеком, а про Элю сказал, что математика ее мало интересует.

– Да он провидец!
– воскликнула Мадзя.

– Конечно, провидец, - ведь с Элей у меня уже неприятности. Сегодня она за весь день ко мне не заглянула, хотя несколько раз прошлась, напевая, мимо двери, - с сожалением сказала Ада.

– Чего же ей надо?

– Откуда я знаю? Может, обиделась, а скорее всего больше меня не любит, - прошептала Ада.

– Что ты!

Губы у Ады задрожали и щеки покрылись румянцем.

– Я понимаю, что любить меня невозможно, - сказала она, - знаю, что не заслуживаю никакой привязанности, но это обидно. Только для того, чтобы подольше побыть с нею, я не уезжаю за границу, а ведь тетушка с каникул настаивает на том, чтобы я ехала, и даже Стефек напоминал об этом. Я ничего от нее не требую, хочу только изредка поглядеть на нее. С меня достаточно услышать ее голос, даже если она будет разговаривать не со мной Господи, ведь это так мало, так мало, а она мне и в этом отказывает! А я-то думала, что у красивых людей и сердце должно быть лучше!

Магдалена слушала, сверкая глазами; решение ее созрело.

– Знаешь что!
– воскликнула она, хлопнув в ладоши.
– Я все тебе объясню.

– Она сердится за то, что Романович не дает нам уроков?

– Что ты!.. У нее, - вполголоса произнесла Магдалена, нагнувшись к уху Ады, - у нее, наверно, крупные неприятности.

– Какие неприятности? Она сегодня напевала в коридоре.

– То-то и оно! Чем больше человек отчаивается, тем больше старается скрыть свое горе. О, я это знаю по опыту, я сама громче всего пою тогда, когда опасаюсь беды.

– Что же с нею случилось?

– Видишь ли, - прошептала Магдалена, положив Аде руку на плечо, сейчас ужасная дороговизна, родители не платят за девочек, тянут, и пани Ляттер может не хватить денег на расходы.

– Откуда ты об этом знаешь?
– спросила Ада.

– Я писала письма родителям. А ты откуда знаешь?

– Я? От пани Ляттер, - ответила Ада, одергивая тонкими пальцами платье.

– Она тебе говорила? И что же?

– Ничего. Все уже в порядке.

Магдалена отодвинулась от нее, а потом внезапно схватила ее за руки.

– Ада, ты одолжила денег пани Ляттер?

– Ах, господи, ну и что же! Но, Мадзя, заклинаю тебя, никому не говори об этом. Никому! Если Эля узнает... Да я тебе все расскажу.

– Если это тайна, я не хочу слушать!
– упиралась Магдалена.

– От тебя у меня нет секретов. Видишь ли, я уже давно хотела попросить Элену поехать со мной за границу. Я знаю, пани Ляттер позволила бы нам поехать с тетей Габриелей, но ужасно боюсь, что если Эля дознается о деньгах, она обидится и не поедет. Она порвет со мной отношения.

– Помилуй, что ты говоришь? Она должна еще больше любить тебя, и она будет любить...

– Меня никто не любит, - прошептала Ада.

– Ах, какая ты смешная! Да я первая так тебя люблю, что готова за тебя в огонь и воду. Неужели ты не понимаешь, что ты добра, как ангел, умна, способна, а главное, так добра, так добра! Ведь не любить тебя может только человек без ума, без сердца. Сокровище мое, золотая моя, единственная!

Эти возгласы сопровождались градом поцелуев.

– Мне стыдно, - улыбаясь, ответила Ада, у которой слезы показались на глазах.
– Это ты лучше всех. Потому я и позвала тебя и хочу попросить, уговори ты осторожно Элю поехать за границу.

– Думаю, ее и уговаривать не надо.

– Да, но со мной...

– Именно с тобой. Где она найдет лучшее общество и лучшую подругу?

– Она меня не любит.

– Ты ошибаешься, Эля очень тебя любит, только она немного странная.

– Она бы, может, и любила меня, если бы я была бедной, а так... она слишком горда... Так что с нею, Мадзя, мы должны быть очень осторожны. Ни-ни, ни звука об этих несчастных деньгах.

– Будь покойна, - ответила Магдалена.
– Я сейчас пойду к Эле и столько наговорю ей про пана Дембицкого, что она сама придет к тебе с благодарностями.

Глава пятая

Красавицы

Когда Мадзя вышла из комнаты Ады, ночь уже надвигалась; от туч, затянувших небо, ночной сумрак казался гуще, дождь шел вперемешку с мокрым снегом. В коридоре зажгли лампы. При свете их Мадзя увидела, что с лестницы спускается классная дама, панна Иоанна, разодетая как на бал. Слышался шелест ее кремового платья с изящным облегающим лифом, открытым спереди, словно полуотворенная дверь, из-за которой осторожно выглядывала грудь, подобная лепесткам белой розы.

– Ты куда, Иоася?
– спросила Магдалена.

– Сейчас к панне Жаннете, а потом со знакомыми на концерт.

– Ты просто прелесть, а какое платье!

Иоанна улыбнулась.

– Да, вот что, Мадзя, - сказала она помягче, - меня заменит панна Жаннета. Но, может, ты ей поможешь, а?

– Конечно.

– Мадзя, милочка, дай мне свои браслетки.

– Возьми, пожалуйста, они в столике.

– А может, ты дашь и веер?

– Бери все. Веер тоже в столике.

– Ну, тогда я возьму и твою кружевную наколку.

– Ладно, она под столиком, в шляпной коробке.

– Спасибо, дорогая.

– Желаю тебе повеселиться. Ты не видела Эленки?

– Наверху ее нет, она, наверно, у себя. До свидания.

Она скрылась на повороте коридора, слышен был еще только шелест ее платья.

"Какая эта Зося глупая!
– подумала Магдалена.
– Да разве Иоася позволила бы..."

В комнате Эленки было пусто. Магдалена уже хотела уйти, когда на пороге третьей комнаты показался вдруг белый призрак, который делал ей знаки рукой. Это была Эленка.

Мадзя неслышно прошла по коврам в спальню пани Ляттер, полуосвещенную цветной лампочкой.

– Ты только взгляни, какой он забавный!
– прошептала Элена и увлекла Мадзю к неплотно притворенной двери, ведущей в кабинет пани Ляттер.

На диванчике, предназначенном для гостей, сидел седой грузный господин с сизыми щеками и вел разговор с пани Ляттер.

– Опекун Мани Левинской, - шепнула Эля.

– Я очень доволен, сударыня, - говорил господин, - девочка с каждой четвертью кажется мне лучше. А как рассудительна, какая хозяйка, и кофе нальет, и чай заварит... Когда она после каникул уехала в Варшаву, я места себе не находил. Тьфу! Даже такая маленькая женщина и то оживила дом; а что же было бы, если бы в нем поселилась настоящая хозяйка, женщина умная, зрелая, видная...