Чтение онлайн

Да, я понимал, его разум уже перекорёжен. Он, в своём безумии, наверное, и правда считает, что делает благо. Чистит мир от скверны Системы, освобождает. Великие цели, возвышенные идеи… как у любого фанатика.

Но мне было плевать на его цели. Это не имеет ни малейшего значения. Есть только один выход. Только одна развязка.

Пастырь должен быть уничтожен. Полностью. Окончательно. Без шансов на возвращение.

— Ей не было больно, — тихо сказала Элла, положив мне руку на плечо.

От её прикосновения по телу разлилась волна спокойствия, мягкая, как прохладная вода. Я глубоко вдохнул. Не хватало мне сейчас сорваться, впасть в безумие в самый ответственный момент. Уже чувствовал, как барьер воли начал едва заметно дрожать под натиском моего атрибута — словно он уловил эту слабость и пытался её расковырять.

Но… нет. Не сейчас. Не время.

Пока я занимался рефлексией, моя команда без дела не стояла — методично, спокойно истребляла хаоситов. Враги попадались в основном мелкие и слабые, опасные лишь скоростью и количеством.

Сэм свирепствовал, буквально уничтожая одного за другим, двигаясь с такой скоростью, что за ним едва можно было уследить. Орин и Катя работали слаженно, как всегда — там, где появлялись они, хаоситы не задерживались дольше пары секунд.

Нита мелькала в основном рядом с Сэмом — их скорости были сопоставимы, и они перехватывали практически всех самых быстрых тварей, за которыми даже я не успевал уследить.

Кос пока держался чуть позади, в прямой бой не лез, но было видно — он уже на взводе, готов сорваться в любой момент.

Военные тоже не стояли без дела — лязганье выстрелов слышалось со всех сторон безостановочно, и они тоже вносили свою лепту.

— Спасибо, — кивнул я Элле и без промедления кинулся к ближайшему хаоситу, который подошёл слишком близко.

На этот раз я вложился в удар еще сильнее. Молот с хрустом расколол тварюге голову, как орех — осколки костей и клочья мозгов разлетелись в стороны.

А потом… хаоситы вдруг перестали атаковать.

Из однородной, бушующей толпы резко перестали выскакивать мелкие твари. Всё замерло. Теперь, чтобы пробраться к Разлому, нам предстояло прорваться сквозь практически монолитный строй из перекорёженных тел.

Те, кто стояли впереди, активировали щиты — полупрозрачные, мерцающие, ощутимо плотные. Задача становилась нетривиальной. Просто так такую массу не продавить. Не обойти.

Импровизированная стена — живой заслон. Хаоситы не шли в атаку. Они держали. Ждали.

А это значило только одно — что-то ещё готовилось. Или кто-то.

— Чего добивается Пастырь? — удивлённо пробормотал Кос, подходя ко мне. — Они же просто могли задавить нас толпой.

— Мы им не дадим, — рядом возник Егоров, с планшетом в руках. На экране — карта, на которую он уже вбивал наши текущие координаты. — Готовьтесь. Сейчас прилетит. Все в укрытия!

Не раздумывая, мы метнулись за ближайшие здания, стараясь как можно плотнее прижаться к укрытиям.

Буквально через несколько секунд после того, как мы спрятались, над головой разнёсся характерный свист. С таким звуком не спутаешь ничего — шла авиабомба.

Егоров, не отрывая взгляда от планшета, спокойно подтвердил мою догадку:

— Это должно расчистить путь.

— Быстро всем закинуться по пилюле! — только и успел крикнуть я, наблюдая, как все, включая военных, почти мгновенно приняли капсулы регенерации. Руки двигались автоматически — времени на раздумья не было.

— Рот держать открытым! — крикнул Белов и его слова потонули в реве взрыва.

Взрыв авиабомбы — это то, к чему нельзя по-настоящему подготовиться. Смерть, падающая с небес, всегда внезапна и пугающе масштабна.

Землю под ногами тряхнуло так, что я на миг решил — у меня позвоночник сейчас в трусы ссыпется. И это при моей-то стойкости, при всех прокачанных параметрах. Даже с атрибутом и силой — ощущение было такое, будто тебя с размаху приложили бетонной плитой.

Хотя мы находились на вполне приличном расстоянии от эпицентра, ударная волна всё равно прошла с такой силой, что я всерьёз задумался — выдержат ли здания, за которыми мы прятались. Но бетонные коробки устояли. Правда, теперь всё вокруг заволокло плотным облаком пыли, и воздух резануло сухой, тяжёлой гарью.

В ушах стоял оглушающий свист, кровь тонкой струйкой потекла из одного уха. Но регенерация быстро справилась. Буквально за полминуты слух почти вернулся в норму. Свист стих. Голова прояснилась. Пора было смотреть, что там осталось от «живой стены».

Все остальные тоже быстро пришли в норму — никто серьёзно не пострадал, а лёгкие повреждения барабанных перепонок тут же сошли на нет под действием пилюль. Уже через минуту команда снова была полностью готова к бою.

— Блять, нельзя было чего полегче на них уронить?! — возмутился Кос, отряхивая с себя пыль и грязь.

— Нельзя, — хмуро отрезал Егоров. — Вперёд, у нас мало времени! Вы — в Разлом, мы прикрываем. Быстро! Быстро!

Мы рванули вперёд, перепрыгивая через горящие обломки, клочья плоти и куски искорёженного металла, разбросанные по округе. Толпу мутантов размолотило знатно. Но чем ближе мы приближались к Разлому, тем очевиднее становилось — убило далеко не всех.

На фоне дымящейся воронки от взрыва выделялся тёмный, заляпанный гарью купол. Идеально ровный, почти зеркальный. Не просто защита — работа какого-то мощного атрибута.

— Что за хрень? — удивился Кос. — Какой это атрибут может выдержать такой взрыв?

— Атрибут, который впитал в себя всю мощь этого взрыва, — раздался голос, гулкий, хриплый, тянущийся сразу со всех сторон. Будто нас окружили динамиками, спрятанными повсюду — звук шел, казалось даже из самой земли. Мы инстинктивно встали, как вкопанные, оглядываясь по сторонам и ища противника, которого нигде не бло.

— Способный, благодаря жертве сотен моих послушников, стать настолько сильным, что ни один взрыв больше не сможет причинить ему вреда. А теперь… смотрите, что вы сами сотворили. Мой новый Ангел!

Купол растворился. Остатки гари, словно тягучие клочья дыма, медленно осыпались вниз, обнажая того, кто скрывался внутри.

Перед нами стояла… тварь. По-другому и не скажешь. Огромная, почти в три метра ростом, налитая мышечной массой, но при этом движения у неё были гибкими, как у хищника. Кожа — чёрная, будто запекшаяся смола, местами потрескавшаяся, с проблесками багрового свечения под ней.

Вместо привычного лица — вытянутая маска без глаз, гладкая, с тонкой линией вместо рта, из которой сочилась сизая дымка.