Чтение онлайн

– Безграничная мощь! Вот, чем Мастер сможет ответить на магическую силу Альянса. Подземная энергия снабдит нас всем необходимым!
– перекрывая гул, закричал маг. Он засмеялся, в красноватых отблесках лавы его лицо показалось Йоану жутким.

Командир ничего не ответил и начал медленно обходить колодец слева. Стена подходила очень близко к краю колодца, поэтому Йоан приказал всем остаться, и в одиночку начал перебираться на ту сторону. Порывы воздуха и дрожащий пол заставляли его то и дело замирать, он чувствовал, как внутри живота все сжимается. Ему казалось, что еще шаг, и он полетит вниз. Красный свет во мраке пещеры придавал этому место демонический вид.

Кое-как Йоан перебрался на другую сторону колодца. Куб поддерживал треножник, связанный металлическими нитями с устройством на потолке пещеры. Артефакт был точной копией того, что Ищущий показывал Йоану в книге Мастера. Йоан поднял руку над кубом. Его пальцы мелко подрагивали, а по лицу бежал пот. Здесь в отличие от остального подземелья было очень жарко.
– Или я боюсь?
– прошептал Йоан и, закрыв глаза, резким движением коснулся артефакта. Он оказался слегка теплым и приятно вибрировал под рукой.

– Чего ты медлишь командир?
– прокричал Аристид, сложив руки трубой.

Йоан быстрым движением снял куб с треножника. Ничего не произошло, командир медленно выдохнул.
– Топай на эту сторону, колдун!

Аристид с опаской перебрался на другую сторону колодца и начал сверять руны на артефакте со своими записями в блокноте.
– Он настоящий, - маг поднял лицо от блокнота, его глаза блестели от восторга.
– Мы нашли артефакт Мастера.

– Хорошо. Вернемся тем же путем.

– Стой!
– Аристид схватил командира за рукав.
– Здесь проход!

***

Тони

Тони била мелкая дрожь. Он бродил по дворцу, стараясь держаться подальше от остальных людей. Дворец был полон статуй императоров. Капитан остановился напротив могучего изваяния их правителя. Два года назад он восторгался статью императора. Тони крепко сжал зубы от злости. "Везде обман. Везде. Генерал Росс тоже обманщик, я чувствую это. Во дворце некому довериться. Эх, как бы я хотел остаться в пустыне. Зачем, отец, зачем?".

Он прикрыл глаза и прислонился к холодной стене. Мысли текли медленно с паузами словно размеренные шаги. Шаг, еще один. Шаг. Шаг. Тони резко открыл глаза. Кто-то шел сюда.

Из-за поворота коридора вышел чернокожий человек в форме ИВС. У Тони радостно екнуло сердце. Он широко улыбнулся и бросился навстречу лысому элерильцу с крупным носом и кустистыми седыми бровями. Это был Бартоломео Лики, друг его отца, да что отца, друг всей семьи Уотерсов.

– Дядя Бартоломео, какая встреча!

– Энтони Уотерс, повеса, напугал старика, - добродушно улыбнулся офицер.

– По тебе не скажешь, что ты старик, дядя. Не сидится в отставке, вышел служить?

– Да вернулся в ИВС. Три раза писал прошение на имя императора. Три месяца назад удовлетворили и я сразу вернулся.
– При упоминание императора лицо Тони потемнело.

– У меня есть, что спросить у тебя, дядя. Можешь уделить мне свое время?

– Рассказывай, мальчик, - глаза Бартоломео помрачнели.

– Думаю нам лучше найти место, где никто нас не услышит. Так и кажется, что за очередным поворотом нас подслушивает, прислонившись к стене, какой-нибудь коварный придворный.

– Не бойся.

– Разговор очень важный.

– Хорошо, - Бартоломео потер подбородок.
– Думаю, есть тут одно местечко. Идем, - он махнул рукой в неопределенную сторону и пошел назад. Тони поспешил за ним.

– А куда ты шел, дядя?

– Тебя искал. Как узнал, что тебя перевели, так и отправился сюда.

– Правда?
– удивился Тони.

– Нет, конечно, - засмеялся Бартоломео, - я шел в дворцовую столовую. Она здесь на втором этаже, прими к сведению. Как поживает старая кочерыжка?

– Отец?
– улыбнулся Тони. Он прекрасно знал о любви Бартоломео давать отцу Тони нелицеприятные прозвища.
– Я не был дома уже полгода. По письмам все в порядке.
– Бартоломео вел его по красивой белой мраморной лестнице на третий этаж.

– Эх ты, я и то был в твоем доме два месяца назад. Сердце твое ожесточилось, неужели не хочешь увидеть мать с отцом?

– Издержки военной службы, дядя, ты же понимаешь, - Тони не хотелось вести разговор на эту тему.

– Я же нахожу время, - фыркнул Бартоломео.
– А, вот мы и пришли, - элерилец открыл неприметную некрашеную дверь. Простая деревянная мебель: стол, три стула, шкаф с потрепанными корешками книг, небольшое кресло, обитое зеленой тканью.

– Что это за помещение, - спросил Тони, аккуратно прикрывая за собой дверь.

– Это легендарный кабинет императора Джулианота Скромного. Именно здесь он написал свои нетленные произведения. После его смерти ни один император не бывал в этом кабинете, его даже не закрывают. Слуги по привычке иногда моют его, но как ты можешь видеть, не слишком часто, - сказал Бартоломео, проводя пальцем по слою пыли на столе.

– Здесь нас не подслушают?

– Во дворце нельзя быть уверенным в этом. Но мы сделали все, чтобы наш разговор не стал достоянием дворцового коллектива дружных интриганов, - Бартоломео с кряхтением сел на стул и жестом указал Тони на противоположный. Капитан вздохнул и начал рассказ о разговоре с генералом Россом.

Закончив свой рассказ Тони, прикрыл глаза и прошептал: - И вот теперь я не знаю, что делать. Я согласился, но... сам понимаешь, нелегко идти против основ нашего государства.

– Скажи мне, Тони, - Бартоломео больше не улыбался, - неужели тебе так плохо жить при нашей власти? Ты офицер, из хорошей и богатой семьи, у тебя блестящее будущее. Ты думаешь, в неспокойные времена бунта и отсутствия крепкой императорской власти... Ладно, пусть не крепкой, но Роадранер вас побери! Ты думаешь, будет лучше?

– Пойми, Бартоломео, для общей справедливости...

– Какая, Роадранер вас возьми, справедливость, какой народ! Начитался элерильских легенд о борцах за свободу, о народовластии? Реальность сурова, мой друг. Бунт если не подавить, перерастет в войну. А что может быть хуже для государства, чем внутренний разлад? Наши враги покорят нас и не будет больше никакой справедливости!

– Твои слова разумны, дядя, но это старый подход. Раньше любили все делить на черное и белое...

– Нет, это ты делишь все на черное и белое! Слабый император - плохо! Сильный диктатор - хорошо!