Чтение онлайн

– Это странно. Видимо кровь мага может помочь вызвать Роадранера. Насчет этого нужно подробное расследование инквизиции.

– Я слышала, - осторожно пробормотала Фелиция, - что вы не любите магов. Особенно инквизиция.

– У нас не различают ведьм и магов. Но твоей вины в колдовстве я не вижу, инквизиторы о тебе не узнают.
– Фелиция растерянно улыбнулась, а Корнелио раздраженно постучал пальцами по шероховатой доске. "Врешь ведь, охотник. С душком вся эта история. И магов мы сдаем не зависимо от их вины. Просто ее милое личико задело что-то в твоей душе. Так выполняет заветы Церкви её верный слуга?"– внутренний голос Корнелио терзал его ум.

– У тебя есть дом, жена?
– неожиданно спросила Фелиция. Она улыбнулась, и на ее щеках вновь заиграли милые ямочки.

– Нет, охотникам на еретиков запрещено приобретать имущество и жениться.

– Да? А любить вам разрешено?

– Тебя действительно это интересует?
– хотел рассмеяться Корнелио, но вспомнив о шраме, подавил улыбку.

– Да, - ее черные проникновенные глаза загадочно задержались на охотнике. Корнелио заглянул в ее глаза, но смутился и отвел взгляд.

– В книге Экхалора сказано: "Люби своего ближнего". А вступать в отношения с женщинами мужчинам в Ордене запрещено.

– Ты никогда не влюблялся?
– Фелиция как-то вся подобралась. "И куда делась вся ее робкая неуверенность и страх?"

– Нет... Я и девушек то видел. Одну, две в монастыре, где учился. Но они там такие, что лучше не приближаться, - в этот раз Корнелио не удержался от смеха и наклонил голову, чтобы длинные волосы прикрыли его лицо. Фелиция тоже звонко рассмеялась, а Корнелио с теплотой в душе наблюдал за ней через пряди черных волос.

Джоланни со своим делом справился на отлично и еще до сумерек охотник и его спутница добрались до городских ворот. Мрачный серый камень, поросший мхом и потемневший от времени. Деревянная решетка, опутанная какими-то клубками волос и покрытая сальными потеками грязи. Ворота рассохлись настолько, что, скорее всего, их уже невозможно закрыть.

"Похоже, инквизиторы давно не были здесь с проверкой"– Корнелио подошел к небольшой деревянной будке. Одетый в кольчугу и кожаный шлем стражник спал, положив голову на стол. Его испитое лицо с редкой бородой выражало чувство полного удовлетворения. Корнелио достал медальон и медленно постучал им у уха стражника. Тот нехотя открыл глаза и, причмокивая, посмотрел вверх. Постепенно его глаза собрались в кучу, в них появилась осмысленность. Стражник весь вскинулся, чуть не упал через стул, выпрямился перед охотником, положив руку на грудь. Жест приветствия простых людей по отношению к служителям Церкви.

– Поднимай решетку, мне и моим спутникам надо в город.

– Да, да, конечно, господин охотник, - стражник поспешил к воротам, махнул через решетку другим, прикрикнул пропитым хриплым голосом.

– Почему решетка опущена, еще день не кончился?
– Корнелио кивнул Джоланни и тот направил повозку к решетке.

– Приказ епископа, господ...
– голос стражника утонул в скрипе подымающейся решетки. Фелиция зажала уши.

– Что в город никто не въезжает?

– До вас только один охотник из вашего Ордена проехал. Остальных не пускаем.

– Охотник? Его вызвал епископ?

– Не могу знать, господин. Странное в городе твориться, - шепотом пробормотал он.

– Что именно, - Корнелио заглянул в бегающие глаза стражника.

– Я... Думаю вам лучше пройти в город и поговорить с епископом.

– Возможно, - Корнелио поблагодарил стражника и поспешил за Джоланни, на бегу запрыгнул в воз. Город встречал их пустыми улицами с редкими прохожими, торговые лавки пустовали. Джованни проклинал себя за то, что поехал в город не в то время. Высказываться против епископа он боялся. Корнелио чувствовал себя неуверенно. Он бывал один раз в Чермолане, проездом. Здесь было шумно и весело, множество торговцев и телег крестьян и дровосеков. Чермолан самый западный город Священного Союза, к тому же он обозначал границу лесов и плодородных земель Свободных городов.

"Может из-за приказа епископов нет товаров и лавки поэтому закрыты? Но где тогда горожане? Где лавки с продуктами нужными ежедневно?".

Двухэтажные деревянные дома, беленые, со стрельчатыми окнами нависали над главной площадью. В центре журчал мраморный фонтан, напротив въезда возвышался каменный собор. Здесь толпилось много нищих, но стояла непривычная тишина, нарушаемая только плеском воды. Бедняки, безумцы, калеки восседали на ступенях собора, прижимались спиной к фонтану, лежали на камнях площади. Ни один не просил подаяния, не кричал о своей горестной судьбе. Корнелио помог спуститься Фелиции.

– Джованни подожди здесь.
– Корнелио направился к дверям собора.

– Может мне вам еще воз подарить?
– пробормотал мужчина под нос.

Достигнув каменных потрескавшихся ступеней, охотник и магичка остановились. Нищие словно повинуясь неведомому приказу, сдвинулись друг к другу. Один из них запрокинул голову с белыми незрячими глазами, встал и двинулся к охотнику. Калека остановился напротив, и вперил в Корнелио невидящий взгляд.

– Конец близок. Мир погибнет, сгорит в огне, - медленно прохрипел калека.
– Реки обернутся вспять, мертвые восстанут, чума и саранча погубят людей, - повысил он голос.
– Змей извергнет огонь и уничтожит наши нечестивые души, - теперь калека обернулся к Фелиции.

– Побойся Экхалора, безумец. Считаешь себя пророком?
– Корнелио держа Фелицию за руку, осторожно обошел калеку. Тех, кто загораживал им путь, охотник тихонько отталкивал. Нищие образовали небольшой проход, разглядывая их. Немытые лица, заросшие бородой, слепые, безногие, все обернулись к охотнику и его спутнице. И молчали.

– Жутко здесь, - прошептала Фелиция. Около дверей нищие не стали расступаться, одноногий лысый старик протянул руку к Фелиции, открыл беззубый рот. "Нельзя, нельзя" - прокатился среди них шепот.

– Никогда с подобным не сталкивался, - пробормотал Корнелио.
– Вернись к Джованни.

Фелиция кивнула и поспешила назад. Нищие в этот раз расступились. К охотнику подошел слепой, вещавший о конце света. Он положил руку на плечо Корнелио и заставил его вздрогнуть.
– За тобою смерть охотник. Демоны отравляют наш мир. Ты нить этого. Ты зло.

– Что ты мелешь, безумец. Я охотник за еретиками. Что перед днем Скорби случилось обострение твоего безумия? Не хватило денег нажраться?

– Ты зло!
– захрипел безумец, наступая на него. Нищие заволновались, обступая охотника со всех сторон. Корнелио ничего не оставалось, как достать меч, направить его острие к шее безумца. Нищие остановились, а слепой сделал шаг вперед. Кончик меча пробил кожу на его шее, капля крови поползла вниз на грязную серую рубаху. Калека раскрыл рот, демонстрируя остатки гнилых, черных зубов.

– Агония Эпангелиаса уже началась, - медленно двигая губами, произнес он. Корнелио опустил меч. Калека схватился за горло, а охотник направил окровавленный край клинка на стоявших около дверей нищих. Те нехотя разошлись в стороны. Корнелио спиной прислонился к холодным тяжелым дверям, толкнул их, не сводя взгляда с нищих. Оказавшись в полутемной прохладе собора, он облегченно вздохнул и с громким хлопком закрыл двери.