Чтение онлайн

— Вот как? И что вы делали, Энтони? Чтобы… ну, избавиться от этих навязчивых мрачных мыслей?

— Пил, — коротко ответил Кольер. — И могу подсказать, что это не помогает. Мысли никуда не уходят, а вот всякие дурные идеи возникают частенько. И ладно возникают. Они же требуют их реализовать. Но алкоголь помогает вырубиться. Главное, пить в компании, не одному. Чтобы тебя, если что, могли остановить, причём, в любом случае, в том числе и силой.

Альберто некоторое время шёл молча.

— Энтони… — произнёс он.

— Конечно, — ответил Кольер.

— Благодарю, — с хмурым лицом произнёс Каниони. — Признаться, я уже боюсь ночи. Только к утру удаётся хоть ненадолго забыться.

— Наш мозг, — произнёс Энтони. — Имеет свою химическую среду. И она напрямую зависит от того, какую деятельность выполняет мозг. Зацикленность на чём-то — это отчасти и есть то самое химическое состояние. Алкоголь же тормозит нервную деятельность, прерывает её. Так что пить — это, пусть и очень грубый, но способ вывода мозга из зацикленности. Главное в этом деле, не пристраститься. Не превратить способ в цель.

— Признаться… — Альберто покачал головой. — Вы меня несколько… удивили такими знаниями.

— Я собирался стать целителем, — заметил Энтони. — Так что наличие этих знаний не должно вас удивлять.

— Целителем? — удивился Каниони. — Хм… Как-то… Вспоминая то, что я видел, в это с трудом верится. Я искренне считал, что вы собирались быть военным.

— Военным целителем, если быть точным, — ответил Энтони. — Но особенность строения археума не дала возможности реализовать это устремление. Наставники считали, что мой уровень маловат, но первый курс градуаты я мог закончить. Но после директории я решил отдохнуть лето, прежде поступать на службу. Развеяться решил в столице. А там… Оказалось, что можно прожить и без особого старания. Ловушка лёгкого пути. Соблазны, блеск богатой жизни…

Кольер подошёл к борту, облокотился.

— Но и такая жизнь меня тоже не прельщает, — показал он в сторону двухэтажного дома на холме возле деревни (явно особняк домина — землевладельца). — Каждый день похожий на предыдущий. Я уже привык к толчее и суете большого города. К большому потоку новостей. В таком месте я захирею.

Альберто облокотился рядом. На фразу собеседника он согласно кивнул.

— Понимаю вас, — откликнулся парень. — После Тарквенона даже Ариана кажется слишком сельской. Хотя самый крупный порт королевства. Железная дорога. Она сделала столицу столь густонаселённой. Еще шесть десятков лет назад Ариана была крупнее. А теперь в два раза меньше.

Каниони затянулся. Потом бросил окурок в воду. Свесил кисти.

— Энтони… — произнёс он.

— Да, чего тянуть, — откликнулся Кольер. — Признаться, у меня тоже есть… что надо бы заглушить.

Следующий день. Каюта Кольери и Каниони

Два весьма помятых персонажа сидели на кроватях. Между ними был стол, заставленный бутылками из тёмного стекла. И оба парня словно решили сыграть в зеркало, держась за головы.

— Не могу понять, выспался ли я, — слабым голосом вещал Альберто. — Но определённо ни о чём не думал. Да и сейчас голова пуста, как барабан.

— Дорогой Альберто, — тоже далеко не бодрым голосом заметил Энтони. — Ты едва не отправился совершать подвиг.

— Во имя?

— Куда, — Энтони взял одну из бутылок, поболтал её. — Вы хотели немедленно плыть на Анджаби. Только я не совсем понял, прямо на этом корабле или всё же лично.

— В смысле, лично? — округл глаза Альберто.

— Вплавь, — Энтони махнул рукой, изображая движение пловца.

— Ух ты, — заметил Альберто. — До такого я ещё не доходил.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — Энтони опрокинул бутылку. — Проклятье.

Не добыв ни капли жидкости, он поставил бутылку и взял другую.

— Потом ты просил показать секрет соблазнения, — продолжил Кольер. — Но было уже поздно. К счастью. Потому что я тоже был уже тёпленький и мог пойти показывать. О-о…

Это Энтони увидел бутылку под столом. Нагнулся, достал её. На его губах появилась улыбка.

— Следуйте старому мудрому правилу — лечить подобное подобным, — изрёк Энтони.

— Я смотреть не могу на выпивку, — скривился Альберто. — Никогда столько не пил.

— Главное в этом деле, — с видом знатока произнёс Энтони. — Не превысить лечебную дозу. Иначе лечение перерастёт в усугубление.

Он налил креплёного вина в кружку Альберто. Остаток вылил себе. Взял кружку.

— Главное — не нюхать и выпить залпом, — произнёс Энтони.

Альберто, с неуверенным выражением на лице взял кружку.

— Просто влить, — посоветовал Энтони. — Не нюхать, не пытаться уловить вкус…

… Два румяных джентльмена вышли из каюты.

— Признаться, я сомневался, что такой метод рабочий, — говорил Альберто.

— Теперь надо покушать, — заметил Энтони. — Горячее. Но немного.

— Не сказать, что этот опыт несёт много пользы, — произнёс Альберто. — Но всё же это неплохо знать.

Утро было уже не раннее. Но пассажиров гуляло немного. Первый класс, аристократия, богачи. Спят-с.

— Помните, главное сегодня больше не употреблять крепких напитков, — поднял вверх палец Энтони. — Иначе мы рискуем не сойти, а уползти с этого судна. Запой — это вещь, на самом деле, очень увлекательная. Особенно в обществе прелестных дам.

— Поверю на слово, — усмехнулся Альберто. — Признаться, я не большой любитель обильных возлияний. Да и богатым опытом общения с противоположным полом тоже не могу похвастаться.

— Алкоголь, Альберто, стирает границы морали, — заметил Энтони. — Он выключает логическое мышление и даёт волю животному началу. Которое не понимает, что такое мораль. А вот это пока не рекомендую. Может замутить.

Альберто хмыкнул и убрал портсигар обратно в карман.

— Такое ощущение иногда возникает, Энтони, — произнёс Каниони. — Что я на каком-нибудь вечере философии.

— Студенты Тарквенонского Университета имеют такие развлечения? — уточнил Энтони.

— В том числе, — хмыкнул Альберто. — Правда, умничать предпочитают в обществе девушек из Института Благородных Дев.

— Вот оно, заблуждение юности, — усмехнулся Энтони. — Дам не интересует уровень ума. Их интересует положение в социуме конкретного индивида мужского пола.

— Энтони, а ты точно не учился в Университете? — спросил Альберто. — Обороты у тебя… право слово, словно ты на отлично завершил курс риторики.