Эпоха Опустошителя. Том X
Шрифт:
« Младшенький, — вновь загадочно повторила Истра будто видела иную подоплёку в словах иномирца. — Младшенький…»
Тем не менее, слишком долго пребывать в раздумья мне не позволили. Не успел я войти в ложу, как раздался радостный визг Сиана, и та мёртвым грузом повисла у меня на шее, а Кайса в это время крепко сцапала меня щеки.
— Я не знаю, как ты этого добился, но ты… лучший! — выдохнула мне в лицо горгона.
— Ты молодец, Ранкар! — весело надрывалась феникс. — Молодец!
— Я ровным счетом ничего не сделал, — сухо отозвался я, выпутываясь из рук Кайсы и пытаясь отцепить от себя Неугасаемую. — Да хорош уже вам! ХОРОШ!
— Ты понимаешь, что уже вошел в шестьдесят четыре лучших бойца молодого поколения, — выпалила довольно Сиана. — Для огромного числа разумных это недостижимая мечта.
— Рано радуетесь, — спокойно отметил я, возвращаясь обратно в кресло. — Сегодня будет еще один бой.
— Ты и сам прекрасно понимаешь, что с этим противником у тебя вряд ли возникнут проблемы, — кровожадно заметила Нефрит, глядя на проекцию.
Как ни крути, но подобное замечание оказалось весьма кстати. Взор мой устремился прямиком в небо, где находилась проекция, а на губах произвольного заиграла интригующая улыбка, которая преобразилась в довольный оскал. За секунду мой настрой передался окружающим.
«Развлечемся, мой разоритель?», — с хищной улыбкой осведомилась Истра.
Если только немного, малышка. Ведь подобное слегка тревожит. Зачем Фрея решила стравить меня с ним?..
* * *
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Ложа иномирных делегатов.
За Таром Лазаревым все наблюдали в гробовой тишине. Даже извечно энергичная Лика казалась малость потерянной, но на лице у девушки блуждала чарующая улыбка. Однако молчание оборвал нежный голос Прасковьи Лазаревой.
— Я так горжусь тобой, сынок, — тихо заключила княгиня, целуя смущенного юношу в щеку. — Ты поступил верно.
— Тар, мой дорогой, ты стольким пожертвовал. Я знаю как для было важно проявить себя… — печально заговорила Бездна, поглаживая парня по волосам, но улыбка парня заставила женщину осечься.
— Всё в порядке, мама Инарэ, — чуть шире улыбнулся тот. — В моей душе нет сожалений. Скажу больше… Я рад, что поступил именно таким образом. Возможно, если нам повезет, то Влад станет ближе к нам.
— Ох, мой милый, — вдруг расчувствовалась Бездна и следуя примеру его родной матери, поцеловала его в другую щеку. — Ты не должен был. Ведь ты ни в чем не виноват.
— Я его брат… — твердо произнес Тар, дрогнувшим голосом. — Я Лазарев и он Лазарев. Просто этого еще не знает. Отец всегда говорил, что семья самое важное и ценное в нашей жизни. Кажется… кажется я начинаю понимать, о чем он твердил, — дрогнувшим голосом заключил юноша.
— Кто бы знал, что мой вечно взбалмошный брат так изменится, — довольно рассмеялся Лика, подныриваю под руку Захара. — Обещаю тебе, что буду сражаться за двоих.
— Если вздумаешь проиграть, — с напускной угрозой добавил Зеантар-младший, отвешивая сестре слабый щелчок по носу, — то получишь знатную трёпку.
В ответ же девушка лишь звонко рассмеялась и потирая нос, обнажила ровные зубки.
— Похоже кое-кто забыл, кто идет следующим по силе в нашей иерархии после Марриуза. Нужно ли напоминать?
— Не надо, — отмахнулся вяло Захар, стоя под руку с родной матерью. — Я всё прекрасно помню. Лучше готовься. У тебя скоро второй бой…
* * *
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Ярус Внешних Земель.
На целом уровне, что был отведен прибывшим из Фронтира младшим божествам царила гнетущая тишина. Никто не осмеливался озвучить хоть какие-либо догадки, но многим было прекрасно известно о происходящем. Однако задать вопрос первой осмелилась молодая альсеида и претендент от всех Внешних Земель, что стояла по левую руку от правительницы.
— Моя королева, почему иномирец сдался так просто? — тихо полюбопытствовала Велеста. — Зачем? Он даже не попытался. Я не заметила какой-либо подавляющей силы от воспитанника Изувера. Мне он вовсе показался… слабым.
— Не груби, Велеста, — приструнила девицу наставница Дара. — Если бы ты знала всю правду, то знала бы, что ранее они уже сражалась. Точнее попытались сразиться на тренировочных спаррингах в Ианмите. И по какой-то причине в той схватке сдался именно Ранкар Хаззак.
— Неужели… игра в поддавки? — предположила альсеида.
Однако беседа между альсеидой и ореадой моментально прекратилась, потому как зазвучал проникновенный голос королевы нимф.
— Кто знает, деточка, кто знает, — мягко отметила Тэя и невольно подняла глаза чуть выше, где располагался ярус оберегов. — Однако боюсь, что существует нечто, о чем мы не знаем.
— Моя госпожа, чем именно он вас заинтересовал? — осведомилась задумчиво ореада, отчего к их беседе прислушались все младшие божества. — Для чего мы вообще сюда прибыли? Мы же всегда отказывались от участия в Великой Сотне.
— Подозрение, Дара, — таинственно ответила нимфа Жизни. — Подозрения необходимо либо развеять, либо утвердиться в них.
— В чем именно вы хотите утвердится, моя королева? — с толикой волнения спросила женщина.
— Я хочу понять каким именно образом он смог уничтожить Лиярта Августа, — спокойно заключила правительница Фронтира. — На тот момент чудовище уже имело минимум полубожественный ранг. На территории мёртвой коллизии даже я не сумела бы его одолеть, ведь мёртвая коллизия отрезана от доступа к природной силе.
От услышанного по скромным рядам младших божеств пронеслась волна ошеломления, а брови Дары и Велесты стремительно поползли вверх.
— Что?! Что вы такое говорите, моя королева? — неверяще сглотнула альсеида, во все глаза глядя на удаляющегося прочь юношу с изувеченным лицом. — Вы… вы считаете, что это он разобрался с чумой Фронтира? Но как?! Он же… мальчишка! Я вообще сомневаюсь, что он сумеет дойти до третьего или же четвертого поединка.
— Подозрение, милая, — вновь повторила Тэя. — Это всего-навсего моё подозрение. Однако если оно подтвердится, то быть беде. До меня дошли слухи, что совсем недавно из-под пыли минувших тысячелетий пробудилось нечто пугающее и ужасающее, — взор правительницы Внешних земель внезапно замер и оно возвела глаза к наивысшей точке арены. — Нечто древнее, чего опасаются даже обереги. Однако я считала, что они давно избавились от этого.