Чтение онлайн

Вместе с кэшем, как бы взаимообразно из Германии к нам текли так же и инвестиции, и целые производства (налоговые каникулы на 5 лет — это серьёзно! и что ещё делать прикажете, когда станочный парк превосходит наш в разы?). После того как Государь выкупил в Исландии шпатовые рудники (только здешний минерал годился для производства хорошей оптики), гер Цейс в Архангельске построил филиал превосходящий "маму" в Иене. Для того что бы Даймлер открыл "дочку в Первоуральске, уговаривать его лично русскому Царю пришлось, и даже дворянство обещать в случае открытия производства своих двигателей на новом месте в течение года (это, разумеется, помимо всех экономических вкусняшек).

А Георгу Люгеру вообще отдавалось на откуп огромное месторождение на границе Европы и Азии, где уже заложили город Медногорск. Только за то, что он там так же поставит патронный завод. Капиталы на который, разумеется, дельцу-конструктору найти самому в Австрии надлежит. Но во всех этих договорах маленькими буквами присутствовала оговорка, в случае форс-мажорных обстоятельств преференции снимаются. Так что — кто пока друг, а кто враг ярко не демонстрировалось. Пусть все по привычке думают, что "вечный враг" — турки.

Ведь и сами "союзники", помимо экономических, зачастую и на военно-политические недружественные шаги решались. Примером служил факт входа в Адриатическое море объединённой эскадры под командованием Сесиля Берна. Набранной из флотов Великобритании, Италии, Австро-Венгрии и Германии. Фактически установившую бессрочную морскую блокаду уже союзника России — Черногории (армия коей осаждала Шкодер). Но вот очень своевременный пролёт над заякоренными броненосцами нашей серебристой "птицы" убедил ВСЕ стороны, что на всякую силу большая сила найтись может.

Медногорск, кстати, мы в этом перелёте так же навестили. До того половив рыбку на Арале — понравилось Государю это занятие. Ибо всем известно, что когда русский Царь удит рыбу — Европа подождёт. Но конечной целью нашего, уже ставшего азиатским, турне явился небольшой лагерь инженеров-гидрологов, геодезистов и прочего бродячего, но умного народа, расположившийся в живописной долине Ерик (Воля — тюрк.) Урал-реки. Потому и будущее рукотворное море, на этом месте посреди Оренбургских степей раскинувшееся, Ириклинским нарекут.

Тут то и закончилась наша затянувшаяся везуха с погодой. Долгое сухое лето закончилось, и зарядил нудный, мелкий уральский дождик. Перекрывший путь и по небу, да и колёсные дороги сделавший малопроходимыми. Но в дождевике, да крепких сапогах изучать округу Царю ничто не мешало. На третий день такой краеведческой деятельности он указал геодезистам на один из холмов и поинтересовался, дойдёт ли вода в ущелье до него? Походил народ с теодолитами и выдал заключение, что даже до высшего стояния воды, её кромка на полкилометра до подножия холма не дойдёт.

И после этого, взял Николай Александрович заступ да лопату и принялся на вершине чавкающую землю рыть. А вечером, вернувшись в лагерь, заявил, что быть в том месте храму Божьему. Через день, по доброй воле на стихийно возникшем воскреснике, котлован пришли копать не только учёный люд полевого лагеря, но и пришедшие за десяток вёрст крестьяне и казаки из села Уральского. И даже к заложенному Царём краеугольному камень Царём приложились. Место это Государь по имени будущего моря нарёк — ИРИЙ, что на древнеславянском — рай значит.

Ни с утилитарной, ни с идеологической точки зрения закладка церкви размерами совсем не с Исакиевский собор не должна впечатлять. Но русский Царь показушности начисто был лишён и этот поступок совершил исключительно по искренней внутренней потребности. Хотя, поделившись планами, довёл до присутствующих, что одновременно с культовым зданием, строить при нём надлежит также больницу и школу церковно-приходскую, пока построят, как раз детки у строителей и заведутся. А уж следом и жильё для них.

Подвести надлежит также дороги, как шоссейные, так и железную, а уж после плотиной реку прудить. Программа лет на 10 упорного труда (без форс-мажора), за этот срок в подлежащей в перспективе затоплению долине надлежит лесопитомник разбить и к началу заполнения водохранилища, окрестную степь максимально облесить. Зеркало рукотворного моря в сочетании с лесопарком обязаны континентальный климат смягчить, но расчёты пусть ученные проводят. Ведь и где в будущем ГРЭС ставить так же им решать — розу ветров изучить времени достаточно.

Всякий долгий путь начинается с первого шага и Император его сделал. Окрестный народ, что пока до морозов на рытье котлована поработает, по окрестным весям да аулам слух разнесёт, что на государевой стройке деньгу сшибить возможно, и потянутся за нелишней копейкой сначала сотни, а затем и тысячи желающих заработать. Не глядя на зиму — ведь войлочная киргизская юрта ни в какой мороз пропасть не даст, а коня в степном краю только у совсем пропащего не найдётся. Так что бут из каменоломни по белому пути и на храм навозят, и под фундаменты собственных домов заготовят.

Специальная комиссия всем желающим в будущем городе строиться уже законные 10 соток нарезает и правила разъясняет. Чтобы дом от забора на 4 метра отступал, а если кто с соседом встык сговориться жилища возводить, то здания обязана глухая каменная стена разделять — брандмауэр нарекаемая. И чтоб у улочной ограды не менее 2-х деревьев посажено оказалось — приятствие глазу и прохладу в жаркий день даря.

Разумеется, Царю о более глобальных вопросах думать надлежит. Но действительно Великий и в детали вникнуть не побрезгует. К счастью, и Николай, уподобляясь предку своему — Петру, не только от колки дров балдел. Правда, плотная толпа свиты его деяния от глаз народа заслоняла. К счастью, на эту банду дармоедов мест в самолёте не нашлось, и закладке нового града никто не мешал. Более того, чувствовалось хорошо спланированная помощь. Если судить по тому факту, что за наше длинное и сложное путешествие только единожды вышла неурядица с заправщиком, а более нигде нужды терпеть не пришлось, логистика маршрута тщательно разрабатывалась совсем не дураками. Да и подготовка длилась не один месяц.

Даже в диких степях, при закладке храма, неожиданно батюшка появился и действо освятил. Видно в России умного народа и помимо "попаданцев" всегда хватало, да не всегда им агрессивная серость себя проявить возможность предоставляла. Только лёгкое внешнее воздействие потребовалось для активизации гениев в масштабах страны, ну и периодическая корректировка — дабы силы и средства не расходовать на заведомо тупиковые направления.

Обратный перелёт до столицы занял неделю, но это с учётом того, что "дозаправки" выливались в митинги и прочие патриотические мероприятия, игнорировать которые являлось неразумным. Множество народа пожелало в авиаторы податься, и превращать небо в привилегию богатеньких Государь ясно дал понять, что не позволит. Путь в облака открывался всем желающим, и препятствием служило только здоровье. Для желающих старанием компенсировать недостаток денег, первым шагом могла служить раскидывающаяся по стране сеть Добролёта (аналог ДОСААФ, но только для авиации). До Великой Отечественной, Сталин выявлял талантливых летунов на дешёвеньких планерах, и этот "будущий" опыт использовать показалось не лишним.