Чтение онлайн

Приподнялся на локтях, ощущая, как мышцы протестуют против движения, посмотрел вперёд и увидел его — то, что раньше было Сектором Гамма.

Сектора больше не существовало, вместо защитной сетки зияла дыра, огромная, рваная, словно кто-то вырвал кусок реальности. По её краям мерцали остатки энергии: синие искры вспыхивали и гасли, вспышки озаряли дымящиеся обрывки магии, которые шипели, трещали и догорали одна за другой, оставляя за собой запах озона и чего-то сладковатого, тошнотворного.

От дыры поднимался чёрный густой дым, пах он гарью, расплавленным металлом и ещё чем-то неуловимым, что заставляло желудок скручиваться в узел.

Ядро в позвоночнике дёрнулось, сжалось, подавая сигнал тревоги — опасность, много опасности вокруг. Человеческий инстинкт кричал на всю глотку: «Беги, прячься, не высовывайся», но я не бежал, а смотрел на разворачивающийся кошмар.

Из дыры вываливались Гиганты, не шли организованно, а именно вываливались — как мешки с камнями, сброшенные с высоты, неуклюже и грузно. Падали на землю, поднимались, двигались дальше.

Земля дрожала под их весом, каждый шаг отдавался ударом молота по наковальне где-то в костях, зубы стучали, челюсть свело от вибрации. Десять, двадцать, тридцать тварей, и ещё лезли из прорыва, бесконечным потоком.

Они расползались во все стороны от дыры, как насекомые из разворошённого муравейника, хаотично и жадно. Каменные руки волочились по земле, оставляя глубокие борозды в месиве из грязи и крови. Головы без лиц поворачивались, слепо искали цели, повинуясь какому-то внутреннему инстинкту разрушения.

Встал на колени, ощущая, как голова закружилась от резкого движения, схватился за стену барака, оперся о неё, выждал пару секунд, пока мир перестанет качаться, как палуба корабля в шторм. Оттолкнулся от стены и поднялся на ноги, заставив их держать вес тела.

Оглянулся в поисках команды — где они, живы ли?

Саша сидел на заднице в луже метрах в пяти от меня, рот открыт, глаза стеклянные, пустые, смотрят в никуда, не видя ничего вокруг. Руки лежат на коленях безвольно, пальцы растопырены и дрожат мелкой, нервной дрожью — контузия. Парень попытался встать, руки упёрлись в грязь, оттолкнулся от неё, но ноги подломились сразу, разъехались в разные стороны, будто состояли не из мышц и костей, а из верёвок. Снова упал, лицом в жижу, закашлялся, выплюнул грязь и попытался подняться снова, но опять упал, застонав жалобно и беспомощно.

Катя? Нашёл её взглядом справа — вжалась в угол между ящиками и обломком стены, спина прижата к бетону, колени подтянуты к груди, голова опущена, прячась от реальности. В руках пистолет, ствол которого описывает круги в воздухе, дрожащий палец на спусковом крючке, губы шевелятся, что-то шепчут себе под нос — молитву или просто бессвязный бред. Сирена перекрывает всё, глуша любые звуки. Глаза широкие, белки налиты кровью, красные прожилки пронизывают их, лопнувшие сосуды придают взгляду безумный вид — паника, чистая, животная.

Альберт, где он? Поискал взглядом и нашёл — лежал на боку, держался за бок левой рукой, из-под пальцев текла кровь, лужа под ним росла, расползалась по грязи тёмным пятном. Осколок пробил рёбра, или взрывная волна сломала что-то внутри — без разницы, результат один. Лицо серое, губы синие, глаза открыты, смотрят прямо на меня с немым вопросом. Пытается что-то сказать, рот шевелится, но звука нет, только кровь, которая сочится из уголков губ тонкими струйками.

Посмотрел на гигантов снова. Они приближались, уже добрались до хозяйственных построек перед сеткой. Один врезался в стену, и каменный кулак пробил бетон насквозь, как бумагу, без малейшего усилия. Изнутри донеслись крики, полные ужаса и отчаяния. Гигант сунул руку внутрь барака, нащупал что-то, вырвал наружу — человек, мужик лет сорока в рваной одежде, орал благим матом, дрыгал ногами, пытаясь вырваться.

Гигант поднял его над головой и сжал, и хруст костей прорвался даже сквозь вой сирены, громкий, отчётливый. Мужик замолчал сразу, тело обмякло, превратившись в тряпичную куклу. Гигант швырнул труп в сторону, и он полетел метров на десять, врезался в столб и упал кучей сломанных костей и мяса.

Из бараков выбегали местные, солдаты Форпоста — кто с автоматами, кто с гранатомётами, кто с ножами, один совсем с голыми руками, просто выскочил и побежал к тварям, повинуясь безумной храбрости или такому же безумному отчаянию.

Зубов — увидел его на крыше штаба, стоит, широко расставив ноги, металлический протез вскинут вверх, указывает направления. Орёт во всё горло, голос срывается на хрип, но слова понятны даже сквозь сирену:

— ГРАНАТОМЁТЧИКИ, ПО ЦЕНТРУ! МАГИ, ЩИТЫ НА ФЛАНГИ! НЕ ПОДПУСКАТЬ К ЖИЛОМУ СЕКТОРУ! ЖИВО, СУКИ, ЖИВО!

Люди бросились выполнять приказы, подчиняясь инстинкту дисциплины даже в этом хаосе. Три гранатомётчика выскочили из-за угла барака, встали в линию, подняли трубы на плечи, прицелились и выстрелили почти одновременно — три вспышки, три оглушительных грохота добавились к вою сирены.

Дым окутал стрелков, спрятал их на секунду за завесой, а три ракеты понеслись вперёд, оставляя за собой белые дымные хвосты. Ударили в толпу гигантов, и земля поднялась фонтанами — огонь, дым, ошмётки камня полетели во все стороны. Один гигант разлетелся на куски — торс в одну сторону, ноги в другую. Второй потерял руку, остался только обломок до локтя, но продолжил бежать, словно и не заметив потери. Остальные даже не замедлились, просто перешагнули через обломки собрата, раздавили их ногами, втоптали в грязь.

Маги, человек пять, выбежали на фланги, к краям прорыва, подняли руки вверх, и воздух вокруг них задрожал, магия закипела, свернулась кольцами. Щиты развернулись перед ними, мерцающие и слабые — слишком слабые, это ядро почувствовало сразу, оценив их силу одним толчком энергии.

Гиганты врезались в барьеры, каменные кулаки обрушились на них с тупым упорством — раз, два, три, удары тяжёлые, глухие, словно били по натянутой коже барабана. Щиты затрещали под натиском, первый рухнул сразу, не выдержав и нескольких ударов. Маг за ним вылетел назад метров на десять, врезался в стену барака спиной, и хруст позвоночника прорезался сквозь какофонию звуков. Маг соскользнул вниз, осел на землю бесформенной кучей, голова запрокинулась, глаза открыты, но не видят ничего — мёртвые глаза.

Второй щит продержался дольше — секунд пять, может чуть больше. Маг кричал, напрягался, вливал последние силы в защиту, щит уплотнился, засветился ярче, но ненадолго, слишком ненадолго. Гигант ударил ещё раз, и щит треснул, разлетелся на осколки света.

Маг упал на колени, закашлялся кровью, а гигант шагнул вперёд, поднял ногу и опустил её, раздавив мага, как жука под подошвой. Влажный удар, треск, хлюпанье — нога поднялась, а под ней осталось только пятно из крови, костей и ошмётков ткани.