Чтение онлайн

Термина только казалась захолустным сонным северным городом. На запад от неё располагался Акрополь — тюрьма, научный институт, место заседания властей, военная база — всё в одном здании. Случайно войти в Акрополь было нельзя, выйти тоже. Фрикс был уверен, что власти намеренно никак не развивали Термину, чтобы завуалировать истинное предназначение города. Ведь все крупные войны в истории начинались именно отсюда.

Фрикс прополз по канаве и, приподняв раскачанную решётку, нырнул в тайный лаз. Один из немногих, о которых он знал. Термина стояла на костях. Помимо Акрополя существовал ещё и Некрополь — подземная усыпальница, кладбище, перенесённое под землю несколько веков назад. Когда-то давно группа неравнодушных радикалов превратили Некрополь в настоящий город, расширив систему подземных ходов. Они скрывались от правительства под землёй и прорыли много секретных лазов на поверхность. Карты подземных лабиринтов не знал никто. Может быть только захороненные там мертвецы.

Фриксу пришлось идти по тёмным узким тоннелям около часа. Дышать здесь было практически нечем, зато он смог хоть немного отогреться за несколько дней.

Выбрался он из другой сточной канавы на задворках Термины. Ноги почти не держали его. Дорога и предчувствие её конца выпили последние силы. Фрикс привалился к двери дома и требовательно постучал в неё. Дверь служила чёрным ходом трактира «Обливион». Фрикс ежемесячно переводил щедрый процент от своих доходов хозяйке. Плата за комнату, которую она всегда берегла для него, за помощь, но дороже всего — за тайну.

На первый стук никто не ответил. Дверь была по-прежнему закрыта, поэтому Фрикс поколотил ещё упорнее.

На сей раз дверь открылась. В проёме показалась немолодая женщина с большими круглыми глазами и ещё более круглыми синяками под ними. Вокруг волос был повязан цветастый платок.

— Чего колотишь, как поехавший? Я говорила с клиентом.

— Можно побыстрее, — Фрикс впервые за день заговорил. В горле пересохло, фраза прозвучала, как скрип старой пружины.

— Я не могу тебя пустить пока он не ушёл, подожди здесь.

— Вынеси еды. И водки.

Женщина смерила его сочувственным взглядом и исчезла в проёме, затворив дверь за собой.

Фрикс не пытался больше устоять на ногах, сполз по шершавой кирпичной стене и осел на заледеневший порог двери.

Женщина появилась спустя минут пять, когда он почти провалился в забытье. Она поставила на порог бутылку водки и нарезку солонины. Не успела она вернуться в трактир, как Фрикс набросился на еду, торопясь заглотить как можно больше. После того, как тарелка оказалась пустой, он сделал два больших глотка из бутылки и отключился, чувствуя, как тепло постепенно наполняет холодное измученное тело.

***

О чём вы думаете перед тем, как заснуть? — повторил Алкид вопрос доктора Семелы. Он встрял в голове, как пробка в горлышке вина. Упрямый, наглый, обличительный.

Он стоял возле «камеры обскура», одного из самых опасных мест в Акрополе. Предварительно отключил камеры наблюдения в лаборатории, как уже делал раньше. За огромной железной дверью находилось то, что неумолимо притягивало его, завораживая гипнотически. Сквозь маленькое пуленепробиваемое окошко он мог часами любоваться на двух удивительных созданий, чьё существование ставило под вопрос устройство их мира. Два искорёженных и вечно голодных тела противоречили здравому смыслу.

Интересно, думают ли они о чём-то? Способны ли они думать? Спят ли они теперь? Снятся ли им сны или вся их жизнь состоит из сна? Или из мысли? Что, если они и есть мысль в чьем-то пошатнувшимся рассудке.

Алкид ни раз подавал заявку на участие в проекте «Химера», но получал упрямый отказ. Акрополь предоставлял Алкиду много свобод, но в то же время проводил чёткую границу дозволенного. Проще говоря, цепь Алкида была длинной, но не бесконечной.

Что ж, значит способ достижения цели будет более изворотливым. Алкид всегда получал то, чего хотел. Он прилип к окошку камеры и старался попасть лучиком карманного фонарика в глаза одного из существ.

Сегодня химеры вели себя активнее, чем обычно. Они, как пьяные, слонялись на худых лапах по камере и водили слепыми мордами над полом.

Могут ли они чувствовать запахи? Может, хотя бы пастью?

В отчётах говорилось о том, что химеры лишены всех рецепторов. Что они слепы, глухи, не реагируют на боль и не чувствуют запахи. Но ведь отсутствие рецепторов ещё не говорит о том, что существа невосприимчивы к внешним раздражителям. Ведь как раз в этом и заключался замысел.

На голове младшей химеры всё ещё висела повязка, закрывающая глаза. сквозь неё проступали розовые пятна от старых ожогов. Луч фонаря перемещался по её голове. Химера замерла. Если бы она могла видеть, то смотрела бы прямо на Алкида за окошком своей тюрьмы. Луч медленно пополз ниже, на пол. Химера не шевелилась несколько секунд, затем склонила голову, но повернула её в другую сторону, на своего сокамерника. Он тем временем замер возле стены. Поднялся на задние лапы и обшаривал передними стену. Маленькая химера сделала несколько шагов вперед, не поворачивая головы. Наступила на пятно света. Задумчиво подняла лапу и опустила рядом с лучом. Все движения созданий были плавными и заторможенными. Но это не означало, что они не могут быть стремительными, если того требовала ситуация.

Заметна вероятная реакция на свет. Требует дальнейших исследований. Условия проведения эксперимента не могут гарантировать надежных данных. Алкид всегда фиксировал в голове свои наблюдения за химерами. В письменных записях не было никакой нужды сейчас, ему никто не разрешал проводить исследование, он это делал из любопытства. Если потребуется, зафиксирует все наблюдения позже на бумаге. Память Алкида была сейчас гораздо безопаснее любых иных носителей.

Маленькая химера подошла ближе к нему. Водила мордой словно принюхиваясь к чему-то. Она тоже приподнялась на задние лапы, но передние просто держала в воздухе. Тощая спина, сквозь которую проглядывал позвоночник и ребра, изогнулась дугой. Перебинтованная голова покачивалась, гуляла из стороны в сторону, затем приблизилась к окошку. Алкид никогда ещё не видел химеру так близко, они редко подбирались к двери. Он протянул к ней руку, будто бы хотел погладить. Химера не реагировала, водила мордой из стороны в сторону. На миг застыла напротив стекла, прямо перед ладонью Алкида. Он усмехнулся и тут резко, со всей силы ударил кулаком в стекло.

Стекло отозвалось глухим ударом, даже не дрогнуло в раме. Сильная вибрация откликнулась эхом из камеры химер. Маленькое существо не шелохнулось. Так и стояло ещё секунду, словно глядя на Алкида. Потом опустилось на четвереньки, ткнулось несколько раз в стену и пошло по периметру камеры. Вторая крупная химера так и продолжала изучать дальнюю стену.

Реакции на шум и вибрацию не выявлено. Физического контакта между двумя испытуемыми пока не наблюдается.

Это больше всего забавляло Алкида. Если оба создания были глухими и слепыми, если не реагировали ни на что внешнее, они давно должны были натолкнуться друг на друга. Но за все полтора месяца, что они сидели в камере вдвоём, химеры ни разу не соприкоснулись. Они всегда ходили исключительно по разным траекториям и не проявляли ни заинтересованности, ни осведомлённости друг о друге. Но ведь если они не сталкиваются, значит они знают, что их тут двое. Случайность в этом вопросе исключалась. Алкид не верил в такие закономерные случайности.

Что будет, если войти внутрь? Сложно поверить, что никто не пытался этого сделать. Алкид вспомнил список сотрудников, которые работали над проектом «Химера». Кого из них он не видел в последнее время? Конечно, их смерть непременно бы скрыли. Акрополь не станет рисковать репутацией. Что говориться об этом в их отчётах? Самое время проверить.

Алкид оторвался от окошка на двери и подошёл к компьютеру. Пароль он взломал уже три недели назад. Вам не хватает осторожности, доктор Хрис. Пароли нужно менять чаще если работаете с секретным проектом. Разве не об этом сказано в рекомендациях о компьютерной безопасности?