Чтение онлайн

Эрагон посмотрел вниз и сжал руку на мгновение, он не был зол, его наполняли другие эмоции, которые не давали ему оставаться на месте. Сапфира, Арья, его меч, форма тела – всем этим он обязан драконам в пределах этой комнаты."Элрун оно", – сказал он. Спасибо.

Вы только приветствуетесь, Губитель Шейдов.

"Вы и Рорану помогали?"

Твой кузен Роран не получил никакой помощи от нас. Умарох притих. "Мы наблюдали за вами обоими Эрагон и Сапфира. Мы видели как вы превращаетесь из птенцов на могучих воинов и мы гордимся всем тем что вы сделали. Ты, Эрагон, воплощаешь все, чего мы ожидали от нового Всадника. А ты Сапфира доказала, что достойна быть причисленной до выдающихся представителей нашей расы

Эрагон и Сапфира почувствовали радость и гордость за это. Он опустился на одно колено, даже она, рывшая пол, опустила голову. Эрагон почувствовал, что хочет прыгать и кричать, иначе праздновать, но вместо этого он произнес:"Мой меч ваш…"

"И мои зубы и когти", – сказала Сапфира.

– До конца наших дней, – закончили они в унисон. – Что вы хотели бы от нас, Эбритхилар?

Умарот был удовлетворён их ответом, и он сказал:"Теперь, когда вы нашли нас, мы не будем скрываться более. Мы будем вместе с вами бороться, поможем вам убить Гальбаторикса. Настало время, когда мы покинем наше логово раз и навсегда, чтобы противостоять предателю! Без нас он сможет поработить ваш ум также, как и мы. Ведь он имеет много Эльдунари под своей командой.

Я не могу унести всех вас, сказала, Сапфира.

"Ты и не должна", – сказал Умарот, – "Пятеро из нас останутся, чтобы следить за яйцами, вместе с Цуароком. Если мы не сможем поразить Гальбаторикса, то они будут ждать того момента, когда снова драконам будет безопасно в Алагейзии. Но вам не стоит беспокоиться, мы не должны быть бременем для вас, потому что мы сами будем предоставлять силы для передвижения нашего веса в пространстве."

"Как много вас?"-спросил Эрагон, осматривая комнату.

Сто тридцать шесть. Но не думайте, что мы будем способнее лучших Элдунари, которых поработил Гальбаторикс. Мы – лишь немногие, и те, кто был выбран, чтобы быть помещенным в пределах этого хранилища, мы были или слишком стары и слишком ценны, чтобы рисковать в борьбе или слишком молоды и слишком неопытны, чтобы участвовать в сражении. Именно поэтому я решил присоединиться к ним; я обеспечиваю связь между группами, пунктом взаимопонимания, которому иначе не было бы. Те, кто являются более старыми, действительно мудры и влиятельны, но их умы блуждают по странным путям, и часто трудно убедить их сконцентрироваться на чем-либо за пределами их мечтаний. Те, кто моложе, более неудачны: они расстались с их телами прежде, чем нужно было; таким образом их умы остаются ограниченными размером их Эльдунари, который никогда не может расти или расширяться, как только он покидает тело. Пусть это будет тебе уроком, Сапфира, не извергай свой Эльдунари, если ты не достигла представительного размера или если сталкиваешься с самой страшной из чрезвычайных ситуаций.

“Таким образом, нас все еще превосходят,” сказал Эрагон мрачно.

Да, Драконий Всадник. Но теперь Гальбаторикс не может заставить вас встать на колени тогда, когда он видит вас. Мы не в состоянии быть лучше их, но мы в состоянии удерживать его Элдунари достаточно долго, для тебя и для Сапфиры, чтобы вы могли сделать то, что вы должны. И надейтесь; мы знаем много вещей, много тайн, о войне и волшебстве и о строении мира. Мы будем учить Вас, тому,что мы можем, и может случиться так, что некоторая часть нашего знания позволит Вам убить короля.

После этого Сапфира спросила об яйцах и узнала, что были спасены двести сорок три. Двадцать шесть из них должны были предстать перед кандидатам во Всадники, остальные были несвязанными. Затем они перешли к обсуждению полета на Урубаен. Пока Умарот и Глаэдр советовались с Сапфирой относительно самого быстрого способа добраться до города, дракон, возглавляющий человека, вложил меч в ножны, положил щит, и, один за другим, начал вынимать Эльдунари из их ниш в стене. Он поместил каждый из драгоценных шаров в шелковый кошелек, на котором они лежали, а затем складывал их аккуратно на полу рядом со светящейся ямой.Обхват крупнейших Эльдунари был настолько огромен, что дракон с металлическим телом был неспособен полностью обхватить его руками.

Пока Циарок работал, и в то время как они говорили, Эрагон продолжал испытывать чувство ошеломленной недоверчивости.Он едва смел мечтать, что были любые другие драконы, скрывающиеся в Алагезии.Все же здесь они были, остатки потерянного возраста. Это было, как будто истории старых сказителейожили, и он и Сапфира были пойманы посреди них.

Эмоции Сапфиры были более сложными. Знание, что ее раса больше не была обречена на исчезновение, сняло тень от ее ума – тень, которая лежала там столько, сколько Эрагон мог помнить – и ее мысли взлетели с радостью, столь глубокой, это, казалось, заставило ее глаза искрится ярче чем обычно. Однако оборонительная позиция умерила ее восторг, как ели бы она была застенчива перед Элдунари.

Даже не смотря на своё изумление, Эрагон знал о перемене настроения Глэедра; он, казалось, полностью не забыл свое горе, но он был счастливее, Эрагон чувствовал его с тех пор как умер Оромис. И в то же время когда Глаэдр не был почтителен к Умароту, он рассматривал другого дракона с тем уровнем уважения, которого Эрагон не видел у него прежде, даже когда Глаэдр говорил с королевой Имиладрис.

Когда Циарок почти справился со своей задачей,Эрагон подошел к краю ямы и заглянул в нее.Он видел круглую шахту, которая углублялась в камень более чем на сто футов, затем открывающуюсь(расширяющуюсь или образующую) в пещеру, наполовину заполненную морем пылающего камня. Густая желтая жидкость пузырилась и брызгала как горшок кипящего клея, и хвосты циркулирующих паров поднимались с его поверхности, совершая вертикальные колебания.

Ну, Эрагон, сказал Умарот, когда человек с головой дракона установил последний из Эльдунари, которые должны были поехать с ними, на груду. Вы должны бросить заклинание сейчас. Слова следующим образом -

Эрагон хмурился, когда он слушал. “Каково завихрение… во второй линии? Я что, как предполагается, кручу, воздух?”

Объяснение Умарота оставило Эрагона еще более запутанным.Умарот попытался повторить еще раз, но Эрагон все еще не мог понять концепцию. Другие, более старые Эльдунари, тоже вступил в разговор, но их объяснения давали(несли) еще меньше смысла, так как они пришли, в основном, как поток перекрывающихся изображений, ощущений, и странных, тайных сравнений, которые оставили Эрагона безнадежно изумленным.

Несколько к его облегчению, Сапфира и Глаэдр, казалось, так же озадачены, хотя Глаэдр сказал, я думаю, что я понимаю, но это все равно что пытаться поймать испуганную рыбу; всякий раз, когда я думаю, что я ее поймал, она выскальзывает между моих зубов.

Этот урок оставим на другое время, сказал Умарот. Вы знаете, что делает заклинание, если даже не знаете КАК. Этого достаточно. Возьмите от нас необходимую силу и используйте ее, и затем давайте будем выключены(станем незаметны, неактивны).

Возбужденный, Эрагон установил последовательность слов в уме, чтобы избежать ошибки, и затем он начал говорить. Когда он произнес ряд слов, он вытянул запасы из Эльдунари, его кожа покалывала, поскольку огромный поток энергии лился через него, как река воды, и горячей, и холодной.

Воздух вокруг неравного множества Эльдунари слегка колебался и мерцал; тогда груда, казалось, сворачивалась внутрь себя, и она исчезла с глаз долой. Порыв ветра взъерошил волосы Эрагона и мягкий, унылый, глухой стук, отраженный всюду по палате.