Чтение онлайн

Удивленный, Эрагон наблюдал, как Сапфира вытянула свою голову вперед и повернула над местом, где только что были Эльдунари. Они исчезли, целиком и полностью, как если бы они никогда не существовало, и все же он и она все еще чувствовали умы драконов под рукой.

Как только вы покинете Хранилище, сказал Умарот, вход в этот кармашек пространства будет всё время оставаться на определённом расстоянии над вами и позади, за исключением тех случаев, когда вы будете в ограниченном пространстве, или кто-нибудь будет проходить мимо. Вход – не больше, чем игольное ушко, но значительно более опаснее, чем любой меч; он перережет вас насквозь, если вы коснётесь его.

Сапфира фыркнула: Даже ваш след исчез.

Пораженный, Эрагон спросил: Кто узнал, как это сделать?!

Отшельник, который жил на северное побережье Алагезии одну тысячу двести лет назад, ответил Умарот. Это – ценная уловка, если Вы хотите скрыть что-то в простом виде, но опасно и трудно сделать это правильно. Дракон был затих на мгновение после сказанного, и Эрагон мог чувствовать, что он собирается с мыслями. Потом Умарот сказал, есть еще одна вещь, которую ты и Сапфирa должны знать. Когда вы пройдёте через большую арку позади Вас – Ворота Vergathos – вы начнете забывать о Циароке и яйцах, скрытых здесь, и к тому времени, когда Вы достигнете каменных дверей в конце туннеля, вся память о них исчезнет из ваших умов. Даже мы,Эльдунари, забудем о яйцах. Если мы преуспеем в том, чтобы убить Гальбаторикса, то ворота восстановят наши воспоминания, но до тех пор мы должны остаться неосведомленными о них. Умарот, казалось, грохотал. Это… неприятно, я знаю, но мы не можем позволить Гальбаториксу узнать о яйцах.

Эрагону не понравилась идея, но он не мог думать о разумной альтернативе.

Спасибо за сообщенное(сказанное) нам, сказала Сапфира, и Эрагон в своей благодарности присоединился к ней.

Тогда великий металлический воин, Циарок, поднял свой щит с пола, выхватил меч и подошел к своему древнему престолу и сел на него. Он опустил голое лезвие на колени и, опираясь на свой щит с противоположной стороны престола, положил ладони на свои бедра и застыл, так неподвижно, как статуя, за исключением танцующих искр в его темно-красных глазах, которые пристально смотрели на яйца.

Эрагон дрожал, когда он повернулся спиной к трону. Было что-то преследующее в виде одинокой фигуры в противоположной стороне палаты. Знание, что Циароку и другим Эльдунари, которые оставались, возможно, придется остаться там в течение другой сотни лет – или дольше – мешало Эрагону уезжать.

Прощайте, сказал он мысленно.

Прощай, Драконий Всадник, ответили пять шепотов. Прощай, Бьяртскулар(огненный язык). Удачи Вам.

Тогда Эрагон расправил плечи, и вместе, он и Сапфира, шагнули через Ворота Vergathos и таким образом вышли из Хранилища Душ.

Эрагон зажмурился, когда вышел из туннеля на свет полуденного солнца, освещавшего поляну перед Скалой Кутхиан.

Ему казалось, что он забыл что-то важное. Он попытался вспомнить, что, но ничего не приходило на ум, только чувство пустоты, что неурегулированные его. Если бы это делать с… нет, он не мог вспомнить. Сапфиры, ты… он начал говорить, то затих.

Что?

Ничего. Я просто подумал… Ничего, это не имеет значения.

За ними, двери в туннель захлопнулись, линии и символы на них сошли на нет, а грубый, поросший мхом,пик вновь оказался твердым куском камня.

Ну же, поехали, – скзал Умарот. – Солнце уже высоко, а между нами и Урубаеном немало лиг.

Эрагон оглядел поляну, до сих пор ощущение, как будто он что-то отсутствует, а потом кивнул и забрался в седло Сапфиры.

Когда он застегивал ремни вокруг своих ног, жуткое трещание теневой птицы раздалось откуда-то из елей справа. Он посмотрел туда, но не обнаружил существо. Эрагон состроил гримасу. Он был рад, что посетил Врёнгард, но не менее рад был его покинуть. Остров был недружелюбным местом.

"Полетели?" – спросила Сапфира.

Давайте, сказал он с чувством облегчения.

Со взмахом крыльев Сапфира оторвалась от земли и полетела над яблоневой рощей к очищенному от деревьев пространству. Она быстро взлетела над долиной, имевшей форму чаши, покружила над руинами Дору Ариба и поднялась выше. Когда она взлетела достаточно высоко, чтобы перелететь через горы, она повернула на восток и направилась к континенту и Урубаену, оставив за собой остатки некогда великой крепости Всадников.

Солнце стояло в зените, когда Вардены подступили к Урубаену.

Кто-то во главе колонны Рорана, взбирающейся по хребту на вершину горы, закричал. Охваченный любопытством он оторвал взгляд от мелькавших перед его носом пяток впередиидущего гнома, и, оказавшись на вершине, остановился, как и все воины перед ним, чтобы всмотреться в открывшийся взору город.

Земля простиралась внизу на несколько миль, гладкая широкая равнина была усеяна фермами, мельницами, и великими каменными имениями, они напоминали ему город Эроуз. Около пяти километров было усыпано зданиями на равнине перед наружными стенами Урубаена.

В отличие от тех Драс-Леоны, стены столицы охватывали весь город. Они были высокие – даже на расстоянии Рорану было видно, что стены Драс-Леоны и Арогса – карликовые по сравнению с ними. Он догадался, что стены были не менее трехсот футов высотой. После широких зубцов, он заметил баллисты и катапульты установленные на равных промежутках.

Этот вид взволновал его. Машины будет трудно вывести из строя – без сомнения они защищены от магических атак – и по опыту он знал как смертоносно такое оружие может быть.

За стенами находилась странная смесь из структур, построенных людьми и тэльфами. Самыми заметными из строений эльфов были шесть высоких красивых башен, сделанных из малахитово-зелёного камня, которые располагались по дуге в т старой части города. У двух из шести башен отсутствовали крыши. Кроме того, Эрагону показалось, что он увидел обрубки ещё двух башен, частично погребённых в неразберихе домов вокруг.

Но больше всего его интересовали не стены и здания, а факт того, что большая часть города лежит во тьме под огромным каменным выступом, который, должно быть, был более полумили шириной и и не менее пятисот футов толщиной. Выступ образовывал один конец массивного, скошенного холма, который простирался на северо-восток на несколько миль. На скалистой губе выступа находилась еще одна стена, как та, что окружала город, а так же несколько толстых пожарных вышек.

За разрывом в выступе находилась огромная цитадель с большим числом башен и парапетов. Цытадель возвышалась над остальным городом настолько высоко, что этого было достаточно, чтобы почти задевать нижнюю часть выступа. Наиболее пугающими были главные ворота крепости: огромная, зияющая дыра, выглядевшая более чем достаточной, для того, чтобы Торн и Сапфира могли пройди в нее бок о бок.

Внутренности Рорана сжались. Если ворота были каким-то признаком, то Шрюкн был достаточно велик, чтобы в одиночку истребить всю их армию. "Эрагону и Сапфире лучше поторопиться", подумал он. " И эльфам тоже". Из того, что он видел, он мог судить, что эльфы могли достаточно долго продержаться против дракона короля, но и они, если даже очень постараются, вряд ли смогут убить его.