Чтение онлайн

— Холодище, — жалуюсь я и сжимаю пальцы в перчатках.

Карета медленно въезжает в тупик, где вдоль каменных дорожек вьются жасминовые лозы. Скоро они зацветут жёлтыми цветами. Стриженые кусты преследуют нас, пока карета не достигает кованых ворот и жемчужно-белых колонн.

— Восемь спален плюс четыре комнаты для прислуги внизу, — объясняет Дориан. — Три постоянных слуги на месте, остальные вернутся с нами в замок Эшвуд завтра.

Карета останавливается перед шеренгой людей. Мои нервы на пределе. Уильям открывает дверь и помогает герцогу выйти. Затем, протянутой рукой, Дориан помогает мне спуститься из кареты.

Холод кусается, просачиваясь сквозь ворота, как сквозняк сквозь камень, но я держу себя в руках.

Не сегодня.

Слуги в унисон кланяются, когда мы приближаемся к дому. Их трое, как он и обещал: пожилой дворецкий с сутулыми плечами и запавшими глазами, чопорная горничная в накрахмаленном льняном фартуке и молодой лакей со шрамом на челюсти, который делает его старше, чем он есть на вид. Их молчание почтительно, но взгляды скользят не к Дориану, а ко мне.

Они и впрямь потрясены.

— Позвольте представить Её Светлость, герцогиню Эшвуд.

Пауза, затем шепотки признания. Они кланяются, приседают в реверансах, но не улыбаются.

— Вы будете оказывать ей всяческую учтивость, подобающую её рангу, — говорит Дориан сквозь чуть стиснутые зубы. В его тоне звучит предупреждение. — Не смейте её донимать.

Герцог становится передо мной и продолжает ровным голосом с раскрытой ладонью представлять каждого слугу:

— Это миссис Грейндж, экономка. Мистер Эверли, управляющий. И юный Томас, наш второй лакей.

Руки миссис Грейндж сложены перед фартуком, кивок мистера Эверли скован, а Томас полностью избегает моего взгляда.

Я склоняю голову.

— Приятно познакомиться.

Реверанс миссис Грейндж становится чуть глубже.

— Да, Ваша Светлость.

Мистер Эверли опускает взгляд.

Томас стоит неподвижно, но не может скрыть своего смятения. Ни один из них не смотрит мне в глаза.

Вообще-то, я могу и оскорбиться!

Дориан снова предлагает мне руку.

— Пойдёмте. Я покажу Вам Ваши комнаты. Миссис Грейндж, мистер Эверли и юный Томас, — объявляет Дориан, — завтра сопровождают нас в замок Эшвуд.

Каждый склоняет голову, на что я киваю в ответ. Больше никто слов не произносит.

Напряжение спадает с моих плеч. Я и не думала, что предпочту холодное присутствие собственного мужа.

Внутри дома тепло мерцает от бра9, выкованных в форме переплетённых змей. Прихожая выложена мрамором с чёрными прожилками, с панелями из тёмного полированного дуба. Здесь нет места уюту — только дух доминирования. Внутри темно без цвета, без тепла. Мои туфли скользят по полу — звук эхом разносится по всему помещению. Я сжимаю пальцы, следуя за внушительной тенью Дориана. Это не дом. Это мавзолей, который ещё не понял, что мёртв.

— Покои Её Светлости готовы! — говорит миссис Грейндж у меня за спиной. — Показать Вашей Светлости главную спальню?

Дориан отвечает за меня:

— Да. Я займу соседнюю комнату.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Вверх по узкой багряной лестнице, отделанной золотом, мы поднимаемся в молчании, следуя за миссис Грейндж, пока воздух не становится тяжёлым. Масляные светильники выстроились вдоль каждого коридора — их пламя вытягивается и скользит по перилам. На площадке коридор раздваивается: его дверь — направо, моя — налево.

Мы останавливаемся.

Мгновение никто не двигается. Мы стоим напротив друг друга, разделённые не более чем десятью шагами, но это расстояние — как океан.

Дориан изучает меня пронзительным взглядом. Я в ярости на него, но, возможно, ему всё равно. Но моё тело помнит его и того монстра внутри. Я не колеблюсь, не опускаю глаз, даже когда тело вспоминает те слова, что он говорил.

«Когда мир посмотрит на тебя, он увидит лишь… что ты моя… Я буду трахать твою девственную киску, пока ты не рассыпешься в прах и не распухнешь от моего семени…»

Жар скатывается с плеч и собирается между бёдер. Выдох срывается с губ — предательство. Мои пальцы находят край перчатки, оттягивая шов между большим и указательным пальцем.

Он заметил это. Разумеется.

Он кладёт руку на дверную ручку, поворачивает и открывает дверь. Герцог не оглядывается на меня в последний раз. Дверь закрывается за ним с мягким щелчком.

Трус.

Оставшись в дураках после его ухода, миссис Грейндж молчит, только провожает меня до комнаты и поспешно уходит.

Меня бьёт дрожь, когда я вхожу в свою комнату. Судорога быстро проходит, вместо нее приходит воспоминание: холодные зимние утра, когда снег касался моих щёк, падая с цветущих персиковых деревьев в императорском саду Цинхуа Ванфу.

Дворец Великолепия. Как я скучаю по нему.

Я хочу домой.

Главная спальня огромна: она с бархатными портьерами глубокого гранатового цвета и кроватью под балдахином, украшенной гротескными крылатыми тварями с раскрытыми пастями и пустыми глазницами. В камине горит огонь. Мой дорожный сундук уже принесли, платья развешаны. Кто-то даже поставил у зеркала чашу с лавандовой водой.

И тут я вижуеё.

Соединительную дверь.

Скрытая в стене рядом с туалетным столиком, наполовину заслонённая высоким бюро10, стоит узкая филёнчатая дверь с железным засовом. Она без опознавательных знаков, но ясно, что разделяет наши комнаты. Любопытство ведёт меня вперёд, пока я не оказываюсь прямо перед ней. Кончик пальца касается деревянной поверхности. Я кладу руку на засов и пробую его.

Заперто.

После трёх дней взаперти в море мне хочется больше свободы, однако муж, видимо, считает совершенно иначе. Эта дверь не появилась из ни от куда, значит, Дориан хочет держать меня рядом даже здесь.

С другой стороны раздаётся стук и я подпрыгиваю.

— Чёрт возьми! — кричу я.

Но прежде чем я успеваю пригласить войти, засов поднимается с другой стороны и дверь открывается.

Это он.

Дориан.

Его разноцветный взгляд скользит по комнате, затем останавливается на двери, после чего на мне: я стою перед ней, всё ещё сжимая железный засов.

— Понимаю, — говорит он.

Отвожу руку от груди — мне стыдно, что меня так застали. Нора хорошо меня учила, так что я должна вести себя благоразумнее.