Чтение онлайн

Эскадренный миноносец “Уранами”

Пять единиц (№№ 35-390 были заказаны по программе 1923 года, а следующие четыре (№№ 40-43) по специальному распоря­жению в ноябре 1925 года. После некоторых не­увязок, вызванных финансовыми затруднения­ми, заказы продолжились, и по программе 1927 года заложили 15 единиц (две в 1927-28 гг., пять в 1928-29 гг. и по четыре в 1929-30 и 1930-31гг.).

В 1928 г. японский флот отказался от ну­мерации эсминцев, поэтому в строй они вступа­ли под именами. Так как строительство кораб­лей растянулось более чем на пять лет, реаль­ные модификации начались уже с этого време­ни, поэтому всю серию принято условно разде­лять на три группы.

Первые десять единиц (№№ 35-44) полу­чили спаренные установки типа “А”, имевшие угол возвышения 40°, но имели недостаточно эффективную и недоработанную систему управ­ления огнем, размещенную на носовой над­стройке, а также бросавшиеся в глаза воздухо­заборники котельных отделений, обвивавшие дымовые трубы. Вторая группа (№№ 45-54) ос­нащалась модернизированными 127-мм уста­новками типа “В” с углом возвышения 75°, улучшенной системой управления огнем, что за­ставило сделать дополнительный уровень над ходовым мостиком, и менее заметными возду­хозаборниками.

Заказанные по программе 1927 года пос­ледние четыре корабля (тип “Акацуки”) имели всего три котла вместо четырех, а их носовая труба была гораздо тоньше кормовой. Помеще­ние первого котельного отделения было при­способлено для других нужд. Они также полу­чили защитные щиты на торпедные аппараты.

В процессе постройки устаревшие 40-мм автоматы “Викерс” и 7,7-мм пулеметы исклю­чили из состава вооружения, для их замены предназначались 13,2-мм пулеметы, но, так как последние не были готовы, пришлось вернуть слабые 7,7-миллиметровые.

Когда в августе 1928 года “Фубуки” — го­ловной корабль серии вступил в строй, его по­явление серьезно обеспокоило ведущие морские державы, прежде всего США и Великобрита­нию, поскольку они не имели эсминцев совре­меннее, чем заложенные еще в 1917 году “четырехтрубники” или их более молодые собратья типа “А”. Теперь же и те, и другие по своим так­тико-техническим характеристикам были ос­тавлены далеко позади; и это при том, что ни американцы, ни англичане не знали о примене­нии 610-мм торпед. Все же удивительно, что западные аналитики не усомнились в деклари­руемом водоизмещении японских эсминцев, принимая в расчет их мощное вооружение.

“Специальному типу” были свойственны недостатки, типичные для всех японских кораб­лей того времени, прежде всего излишний вер­хний вес и ухудшившаяся из-за этого остойчи­вость. Для достижения выдвинутых флотом высоких требований по части скорости, воору­жения и дальности плавания при ограниченном водоизмещении конструкторским отделам при­шлось проявить недюжинную изобретатель­ность.

Эскадренный миноносец. “Югири”. Вид корабля с марса фок-мачты.

Вес снижался всеми возможными спосо­бами, в частности, за счет создания облегчен­ной силовой установки, использования легких сплавов в конструкции надстроек и широкого применения сварки при сборке корпусов.

Для уменьшения трения и повышения ско­рости днищевые листы обшивки укладывались встык, вместо более распространенного спосо­ба внакрой. Длинный полубак, высокий мостик и орудийные башни дали не учтенные в проек­те 200 т. Еще хуже ситуация была с эсминцами второй группы, так как башня типа “В” оказа­лась на 20 % тяжелее установки типа “А”, а мостики на один “этаж” выше. Кроме того, на их торпедные аппараты установили щиты, что дало дополнительную прибавку верхнего веса.

С учетом того, что расположенная в ниж­ней части корпуса силовая установка была об­легчена и уменьшен принимаемый боезапас, эти шаги должны были бы вызвать беспокойство японских конструкторов. Тот факт, что у новых японских кораблей не все в порядке с остойчи­востью, впервые проявился 12 марта 1934 года, когда миноносец “Томодзуру” всего через три недели после вступления в строй перевернулся во время маневров при штормовой погоде. ’

Высказывались подозрения, что и новые эсминцы опасны в этом отношении, но прежде, чем что-либо было сделано, случился “инцидент с Четвертым флотом”. Результат был ужасен: “Хацуюки” и “Югири” вернулись домой с ото­рванными носовыми оконечностями, “Акебоно”, “Муракумо” и “Юсио” лишились части надстроек, а “Амагири”, “Оборо”, “Сираюки” и “Усугумо” получили различные повреждения корпуса. Хотя ни один из кораблей не погиб, это продемонстрировало серьезные недостатки эс­минцев “специального типа”.

Результатом “инцидента с Четвертым флотом” стала немедленная программа основа­тельной реконструкции всех кораблей, постро­енных в конце 20-х - начале 30-х годов. В ходе ее выполнения на всех эсминцах “специально­го типа” были проведены заводские работы, заключавшиеся в снижении высоты мостиков и дымовых труб, уменьшении принимаемого бо­езапаса и увеличении запаса топлива (чтобы увеличить вес, приходящийся на нижнюю часть корпуса).

Количество запасных торпед для цент­рального аппарата уменьшили до трех, а во­семь последних кораблей получили новые баш­ни типа “С”, с уголом возвышения стволов до 55° градусов. В дополнение к этому, были суще­ственно усилены корпуса, а в трюм уложен бал­ласт. В итоге водоизмещение возросло до 2090/ 2427 т, а скорость снизилась до 34 уз. После ре­конструкции эсминцы особого типа приспосо­били для применения 610-мм кислородных тор­пед (позднее прозванных американцами “long lance” — “длинная пика”), хотя возможно, что они и не всегда ими снабжались.

В 1932-33 гг. на них исчезли переходные мостики, появились закрытые щиты на торпед­ных аппаратах, а переговорные трубы между ними и постом управления стрельбой заменили электрическими указателями. 7,7-мм пулеметы уступили место 13,2-миллиметровым. По ново­му штату экипаж состоял из 215-221 человек, что усугубило и без того тяжелые условия оби­таемости.

За время военных действий их легкое зе­нитное вооружение постоянно усиливалось за счет увеличения количества 25-мм автоматов. Впервые этот калибр появился в 1937 году, ког­да на эсминцах смонтировали две спаренных установки. В 1942-43 годах, а возможно, и по­зднее, башня “X” была снята и заменена двумя трехствольными зенитными установками. Об­щее количество 25-мм автоматов достигло че­тырнадцати, и, кроме того, имелось еще четы­ре 13,2-мм пулемета. Также установили 4 бом­бомета, а число глубинных бомб доведено до 36.

К середине 1944 года на уцелевших кораб­лях (которых осталось всего двенадцать) зенит­ное вооружение увеличилось до двадцати двух 25-мм автоматов и шести - десяти 13,2-мм пу­леметов, хотя сведений, что все корабли полу­чили их в полном объеме, нет. Экипаж вырос до 250 человек. В конце войны на японских эсмин­цах стали появляться радиолокаторы. Так “Усио” получил радар типа “13”, который был установлен на грот-мачте.

В 1931 г. 12-й дивизион 2-й эскадры эсмин­цев (“Синономе”, “Усугумо”, “Сиракумо”) дей­ствовал в китайских водах. Позже к нему при­соединились и другие эсминцы. “Миюки” погиб 15 августа 1934 году в результате столкновения с “Инадзума” юго-западнее Корейского проли­ва (33°с.ш., 125°30‘ в.д.) во время маневров, так что во второй мировой войне приняли участие всего 23 корабля “специального типа”. Основная часть этих кораблей к началу войны вхо­дила в состав 3-й эскадры эсминцев, первона­чально выделенной для оккупации Малайи. Они были организованы следующим образом: 12-й дивизион — “Муракумо”, “Синономе”, ‘Сиракумо”, “Усугумо”; 19-й дивизион — ‘Исонами”, “Уранами”, “Сикинами”, “Аянами”; 20-й дивизион — “Амагири”, “Асагири”, “Югири”. К той же операции был причастен 11-й дивизион в составе “Сагири”, “Фубуки”, “Хацуюки” и “Сираюки”. Два корабля 7-го дивизиона (“Акебоно” и “Усио”) вошли в со­став отдельной группы, предназначенной для особой задачи — обстрела Мидуэя.