Чтение онлайн

Глубоко вздохнув, я набираюсь сил и нажимаю на кнопку вызова.

Когда она звонит, мне требуется каждая унция силы воли, чтобы не завершить звонок до того, как она ответит.

— Алло?

— Привет, мам.

— О, привет, дорогая. — Похоже, мой звонок застал ее врасплох. — Что-то случилось? Тебе нужно, чтобы отец прислал тебе денег?

— Нет, мам, я звоню не поэтому. — Я закусываю нижнюю губу, пытаясь адекватно сформулировать свои мысли. — Я хотела напомнить тебе о моей выставке в галерее «The Artist» в ближайшую субботу. Было бы очень важно, если вы с папой смогли приехать.

Меня трясет, когда я произношу эти слова.

— Что за выставка? Ты не упоминала о ней. — Говорит она, похоже, в замешательстве.

— Я рассказывала тебе о ней в прошлом месяце. — Я сохраняю ровный тон. — Ты спросила, могу ли я прислать тебе подробности по электронной почте, что я и сделала — дважды.

Наступает продолжительное молчание, прежде чем она наконец отвечает.

— О, да, я их видела. Должно быть, я забыла отправить тебе ответное письмо. Послушай, дорогая, ближайшие выходные нам не подходят. В пятницу вечером у нас запланирован ужин с группой выпускников университета, а ты знаешь, как твой отец относится к Нью-Йорку.

Я опускаюсь на пол, с трудом сдерживая слезы. Не знаю, почему я так эмоциональна. Не то чтобы я этого не ожидала. Мои родители не приходили ни на одно из моих шоу и не любят выезжать за пределы Калифорнии. Мне просто хотелось бы, чтобы в этот раз все сложилось иначе…но так не бывает.

— Все в порядке, мам. Я понимаю.

— Мне очень жаль, дорогая. Почему бы тебе не приехать к нам в ближайшее время? — Предлагает она. — Только, пожалуйста, не бери с собой собаку. Ты знаешь, что у меня аллергия, и он слишком шумный.

Мои родители не встречались с Ваффлзом лично, но мы общались по видеосвязи вскоре после того, как я его усыновила. Моя мама выразила беспокойство по поводу того, как я могу позволить себе кормить его на зарплату художницы, а мой отец усомнился в моей способности заботиться о собаке, когда я едва могу позаботиться о себе. В результате я редко упоминаю Ваффлза во время наших нечастых разговоров.

— Следующие несколько месяцев будут для меня очень напряженными, но я посмотрю, что смогу сделать.

Я уже давно не навещала родителей и не планирую ничего менять.

— Послушай, дорогая, мне нужно закончить проверку стопки бумаг, так что я должна идти. — Резко говорит мама.

— О, хорошо. Пожалуйста, передай папе привет.

— Передам. Пока, Марлоу.

— Пока, мам.

Непролитые слезы текут по моему лицу, как только я кладу трубку.

Ваффлз прибегает со своей собачьей лежанки в углу и прыгает ко мне на руки. Он прижимается ко мне, скулит и лижет мое лицо. Я всегда ценила его необыкновенную способность улавливать мои эмоции.

— Я в порядке, мальчик. Я обещаю.

Я крепко обнимаю его. По словарным меркам у меня было идеальное детство. Меня вырастили в уютном доме в хорошем районе и дали самое лучшее образование.

Мои проблемы связаны с тем, что любовь моих родителей была обставлена определенными условиями. Они постоянно подталкивали меня к тому, чтобы я вписывалась в определенную форму, потому что мои мысли и поступки часто отличались от тех, кто меня окружал. И они отмахнулись от меня, когда поняли, что я никогда не стану той, кем они хотели меня видеть.

Я напоминаю себе, что я сильная, смелая и независимая женщина, не говоря уже об успешной художнице. Моя семья может не понимать меня, но мне повезло, что мои друзья оказывают мне непоколебимую поддержку.

В такие моменты я мечтаю о возможности создать свою собственную семью. Семью, которая будет любить меня всем сердцем, без всяких условий и оговорок.

Недавно я мечтала о возможности стать частью семьи Лолы и Дилана. День, который мы провели втроем, дал мне представление о том, каково это — быть частью чего-то по-настоящему особенного, и я чувствую, что хочу этого больше всего на свете.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

— Кто-нибудь может объяснить мне, почему мы идем в художественную галерею в субботу вечером? — Ворчит Кэш. — Мы в Нью-Йорке, нам надо в клуб или еще куда-нибудь.

— Потому что мама купила нам билеты. — Укоряет его Харрисон, пока мы идем по тротуару в сторону «The Artist», местной художественной галереи, о которой нам рассказывала мама.

Кэш испускает тяжелый вздох.

— Ладно. Я останусь максимум на час, а потом уйду.

Жаль, что у меня нет обычной офисной работы с фиксированными часами в такие дни, как сегодня. Из-за заминки с проектом «Vanburen» мне пришлось в последнюю минуту снова отправиться в Нью-Йорк.

На этот раз Кэш и Харрисон должны были присоединиться ко мне, поэтому мама воспользовалась шансом организовать семейную поездку к Пресли и Джеку, поскольку наши встречи были сегодня и в понедельник утром. Должно быть, они были в восторге, когда мама объявила, что вся семья приедет в гости.

Она настояла, чтобы мы с братьями и сестрой пошли гулять, поскольку сегодня суббота, а они с папой остались у Джека и Пресли, чтобы присмотреть за Лолой.

Не то чтобы им не хватало места. Когда они съехались в прошлом году, Джек настоял на том, чтобы взять на себя поиск жилья. Результат? Огромная квартира площадью восемь тысяч квадратных футов, которая занимает весь девяностый этаж небоскреба и из которой открывается захватывающий вид на Центральный парк.

Квартира продавалась вне рынка с несколькими заинтересованными сторонами, поэтому Джек сделал предложение, не посоветовавшись с Пресли.

Сказать, что она была расстроена, было бы преуменьшением. Когда он сообщил ей эту новость, она отчитала его перед всем отделом маркетинга компании «Stafford Holdings». Моя мама была на грани срыва, думая, что из-за этого они расстанутся.

Все это было довольно комично, потому что они помирились в тот же вечер и два дня не выходили из дома Джека. Ничто не могло разлучить этих двоих.

В итоге они переехали в квартиру, но Джек усвоил урок, что нельзя делать дорогие покупки, не посоветовавшись с моей сестрой. И сообщать ей новости, когда они находятся в офисе.