Чтение онлайн

Люди за столом улыбались, и их радость и надежда невольно передались и Инге.

Мужчина сел на свое место. Обнял жену.

На середину комнаты вышел щуплый невысокий брюнет в очках.

— Наша история более прозаичная, — хитровато улыбнулся он. — Мы с Риммой познакомились десять лет назад на курсах астрологов. С тех пор мы вместе. Мы много общаемся с людьми, интересующимися астрологией и магией. В Долину Скал мы пришли по объявлению… небольшому объявлению в газете. «Хотите обрести себя? Интересуетесь психологией и эзотерикой? Приходите к нам». Незадолго до этого в той же газете мы прочитали другое похожее объявление, но в тот раз всех, кто стремится к духовному росту… Кажется, так там и было написано…

— Нет, немного не так, Рома, — перебила мужа сидящая рядом с ним меланхоличная женщина, идеально дополнявшая своего подвижного супруга. — Там было написано — всех тех, кто стремится к саморазвитию и к самосовершенствованию, приглашает клуб прикладной психологии «Третий глаз».

— Да, так, — закивал головой астролог. — Оба объявления нас заинтересовали. Мы стали регулярно посещать оба клуба. Но в Долине Скал, как мы потом сами окрестили наш клуб, было гораздо интереснее, чем в «Третьем глазе»…

— Астрологи? Это уже что-то. Во всяком случае, неплохое начало. Если вы десять лет серьезно занимаетесь астрологией, значит, можно сказать почти наверняка, часть знаний вам уже открыта. Но помните: это только часть. Вы знаете тайну звезд, но есть еще множество тайн, приобщиться к которым вам еще только предстоит — тайна земли, тайна воды, тайна воздуха, тайна трех цветков и, наконец, тайна трех камней, в которой и заключается разгадка бессмертия. Только немногим дано получить эти знания. Но вы достойны того, чтобы стать посвященными, достойны того, чтобы узнать Истину.

Гуру Тан был уверен, что раздвигать границы сознания можно до бесконечности, но вместо этого он создал в своем воображении свой странный мир. И мы, как те Слепцы из Долины Скал, не видели и не хотели видеть ничего вокруг. Когда… когда я узнал, что Великий Гуру не бессмертен… я испытал настоящий шок. А потом неожиданно для самого себя — облегчение. И я вдруг увидел весь ужас того, что он делал с нами… Власть гуру Тана была неограниченной, принимала уродливые формы… И он постоянно испытывал, насколько сильна его власть.

Мужчина опустил глаза, страдальчески поджав губы. Несколько секунд тишины, такой звенящей, как будто ударили по хрусталю серебряной ложечкой, казались вечностью.

— Когда у меня обнаружили ВИЧ, — поднял голову мужчина, — моя реакция была, наверное, такой же, как у каждого из вас. Я отказывался верить. Но… гуру Тан… Сергей Аникшин… — произнес мужчина с усилием. В первый раз за вечер кто-то назвал парапсихолога его настоящим именем, и от этого воздух в помещении стал стеклянным, звенящим, и вдруг разлетелся на осколки. — Он заставил меня поверить, что это лишь недоразумение, что скоро я снова буду здоров. А когда… когда я узнал, что его больше нет, моей первой реакцией был страх… ужас. Я подумал: «Все. Конец. Теперь никто не сможет мне помочь».

Мужчина снова сделал паузу, собираясь с силами. Вздохнул, как перед тем, как прыгнуть в первый раз с парашютом.

— Но теперь, — выдохнул он с облегчением, — теперь я знаю, что мы сможем, вместе мы сможем начать новую жизнь, не смотря на все ошибки, которые совершили. Теперь мы свободны, и каким будет наше будущее, зависит от нашего выбора здесь и сейчас. У меня все, — поправил он очки и слегка наклонил голову, как артист, когда собирается раскланяться после удачного выступления. — Может быть, Римме есть что добавить.

Роман вопросительно посмотрел на супругу.

— Можно я с места? — скромно улыбнулась она, и, не дожидаясь ответа, продолжала, все также улыбаясь. Женщина говорила очень быстро, как будто боялась забыть то, что хотела сказать. — Рома уже все рассказал. Мне нечего добавить. Мы считали себя посвященными, а на самом деле были рабами.

— … Но что есть Истина? Чтобы узнать, что есть жизнь, нужно пройти через смерть. ВЫ ГОТОВЫ РОДИТЬСЯ ЗАНОВО?

Его слова все еще преследуют меня, — женщина поправила очки таким же жестом, как ее супруг, отчего впечатление сходства между ними усилилось. — И я не знаю, когда мне удастся освободиться от его голоса, который зовет меня обратно, в Долину Скал. Этот голос стал моим внутренним голосом, но теперь я знаю, он принадлежит не мне. И еще… я поняла главное. Я не хочу обратно в Долину Скал. Это не мой мир. Передо мной как будто открылась новая дверь, и я не знаю еще, что меня ждет за ней, но я предчувствую, что стою на пороге чего-то, что принесет мне радость.

Я первой узнала, что у меня ВИЧ, когда была беременна. Я убедила Рому также сделать анализ крови, и оказалось, что у него тот же диагноз. Когда я, наконец, почувствовала себя свободной, моей первой реакцией была ненависть. За то, что он сделал с нами. Но сейчас… Я прощаю его… Да… я прощаю его, — повторила женщина, и меланхоличное выражение на ее лице сменилось радостью.

Умиротворенное молчание, которое нарушали только тиканье больших позолоченных настенных часов и детские голоса, разрядилось аплодисментами, как праздник долгожданным фейерверком.

— Ну что, кажется, теперь моя очередь, — с извиняющейся улыбкой начала женщина со стрижкой. По-видимому, она была старше всех за этим столом. — Если позволите, я тоже не буду вставать.

— Ладно, Ольга Егоровна, — снисходительно улыбаясь, махнула рукой хозяйка дома. — Давайте, как кому удобно.

— Вы все знаете, кроме «новенькой», — Ольга Егоровна посмотрела на Ингу, — что я заведую этой самой библиотекой. Когда Аникшин пришел ко мне и сказал, что хочет организовать здесь клуб парапсихологии, я не увидела в этом ничего плохого.

Вот все «выступавшие» рассказывали о том, как пришли в этот клуб… У меня тоже есть своя предыстория, — женщина выражала свои мысли несколько косноязычно, с извиняющейся улыбкой, но при этом с налетом театральности. Впрочем, все собравшиеся говорили, пожалуй, несколько выспоренным слогом, как актеры со сцены.

— А потом… — женщина часто-часто захлопала ресницами. — Потом заболела Сонечка. Мы повезли ее в больницу.

Врачи поставили диагноз «лейкемия». Тогда я и обратилась к Аникшину…

— Значит, у вашей внучки рак крови… — мужчина в белом задумчиво качает головой.

— Я так растеряна… что же нам теперь делать, Сергей… простите, пожалуйста, забыла ваше отчество…

— Александрович…

Мужчина обводит рассеянным взглядом пыльные полки с проштампованными библиотечными книгами, аккуратно рассортированные.

Нервно перебирая пальцами, стучит по столу. Встает. Подходит к ближайшей этажерке «Азбука классики». Проводит рукой по верхней полке. Пальцы скользят вниз. Наклоняется. Берет книгу наугад.