Эта лавка не продается, мой лорд!
Шрифт:
И как тут не влюбиться?
Кхм… То есть… То есть, я не влюблена. Он просто человек хороший. Вот и всё.
Тряхнув головой, отогнала странные мысли и занялась делом — ужином!
Время пролетело незаметно. Дети без стеснения общались с лордом и совершенно его не боялись. Задавали смелые вопросы, громко смеялись над шутками.
— А ты придешь ещё? — спросил Джон под конец.
— Если хозяйка разрешит, — протянул Александр, бросив в мою сторону вопросительный взгляд.
— Будто тебя когда-то останавливал мой отказ, — насмешливо отозвалась я. — Я всегда буду рада… видеть тебя, — договорила, позорно запнувшись.
Соберись, Элизабет!
Калиостро весело фыркнул и сообщил с грустной улыбкой:
— Мне пора домой.
Дети скисли. Даже Джимми приуныл. Я же уговорила его выпить с нами чай, а после проводила его до дверей.
— Спасибо, — прошептала, отчего-то крайне смущенная. — За заботу, за цветы и за ужин. Спасибо… за все.
Мужчина накинул плащ на плечи и взял меня за руки.
— Мне не сложно. Я буду рад помогать тебе. Во всем.
Проговорив это, он притянул мои руки к губам и поцеловал костяшки пальцев.
Щеки вспыхнули. Я тут же отвела глаза в сторону и принялась с интересом изучать деревянный порожек.
К слову, его бы протереть… Завтра придут покупатели, а у меня порог грязный! Ужас.
Ой! А ведь ко мне никто не придет. Ни завтра, ни послезавтра. У меня нет товара. Совсем.
Собравшись с духом, произнесла сиплым голосом:
— Не сочти за наглость, но мне и правда нужна твоя помощь.
На лице предпринимателя отразилось любопытство.
— Все, что угодно. Говори.
Я вкратце рассказала о поездке в павильон и о том, что все поставщики отказались работать со мной.
— И вот… В общем, мне совсем нечем торговать. Вообще нечем.
Калиостро подарил мне уверенную улыбку.
— Я тебя услышал, Лилибет, — он сделал небольшой шаг навстречу и склонился к моему лицу. — Товар будет. Обещаю.
А после он меня поцеловал. Быстро, невесомо и очень нежно. Его губы скользнули по моим, обдав приятный теплом.
— До встречи, моя дорогая невеста, — прошептал Александр, покинув дом.
Судорожный вздох вырвался наружу. Я привалилась к стене и прикоснулась пальцами к пылающему лицу.
61
— Дорогая невеста… — повторила себе под нос и улыбнулась, почувствовав приятное тепло в груди.
На полу возник Евлампий. Судя по его сверкающим глазам, он все-все слышал и совершенно точно все-все видел.
— Мне уже нести тряпку или ты пока не собираешься растекаться розовой лужицей? — поинтересовался демон учтиво.
— Да иди ты… в пень! — фыркнула я и отправилась убирать стол.
Остаток вечера дети крутились вокруг меня. Они без устали говорили об Александре и спрашивали, когда «дяденька Калиостро» придет снова.
— Лили, а вы же поженитесь? — наивным тоном спросил Джек.
Благо, к этому момент я уже протерла всю посуду и в моих руках не было ничего хрупкого.
— А?
Честное слово, я была уверена, что мальчик спросил о чем-то совершенно невинном, а мой уставший, взбудораженный мозг сыграл забавную шутку.
Но нет:
— Ты и Александр поженитесь? — настороженно переспросил мальчик.
— З-з-зачем?
— Было бы здорово! Муж и жена обычно живут вместе. Он бы переехал сюда и стало бы ещё веселее! — выдал вполне логичный ответ Джек. Джон принялся согласно кивать, а Джимми насмешливо фыркнул и продолжил убирать посуду в шкаф.
— Кхм… — я не знала, как ответить на это. Потому просто бросила быстрый взгляд в сторону часов, напустила на себя беспокойный вид и заохала: — Уже ночь! Юные джентльмены, а не пора ли вам в кровать? Пора, определенно пора! А ну-ка кыш, кыш! Чистим зубки и бай-бай!
Джон и Джек послушно убежали наверх, а я продолжила наводить порядок на кухне.
— Не воспринимай их слова всерьез, — проговорил Джимми внезапно. — Они просто мечтают о семье. Очень мечтают. У них никогда не было родителей, ни мамы, ни папы. Только я.
Я понятливо кивнула и задумалась. Мне хотелось развить этот разговор, но не знала, стоит ли.
— По лицу вижу, что тебя раздирает от любопытства, — юноша улыбнулся и махнул рукой, — давай уж, я готов.
— Думаю, ты и сам прекрасно понимаешь, что я хочу узнать.
— Как мы оказались на улице? — дождавшись моего кивка, он продолжил: — Очень просто. Мой отец умер. Мама поняла, что не сможет прокормить себя, меня и двух младенцев. Не долго думая, она решила начать жизнь заново. Без нас. Я не очень хорошо помню то время. Помню, что в какой-то день она просто исчезла… А потом в нашу жалкую квартирку пришли незнакомые люди и выгнали нас. Так и началась наша тяжелая жизнь.
— Какой ужас, — я прильнула к стене и покачала головой. — Мне так жаль…
— А мне нет. Мы живы. С нами все хорошо. А значит, нужно поблагодарить Бога и идти дальше, — заключил Джимми сурово, хлопнув дверцами шкафа.
— Ты герой, — сказала серьезно. — Ты молодец.
— Не правда. Нам помогали добрые люди. Первые три года мы вовсе жили у одной доброй бабушки, пока её внуки не выставили нас. А потом…
— Ты — герой, — припечатала я. — Просто знай это.
Юноша вяло улыбнулся и отозвался тихо.
— Спасибо, Лили. — Он неуверенно посмотрел в мои глаза и выдохнул: — Прости меня, Лили. За моё ужасное поведение, за пожар… И вообще…
Закатив глаза, сделала шаг навстречу и обняла щуплого паренька.
— Я не злюсь, Джимми. Я понимаю тебя. И обещаю — больше вас никто не выставит на улицу.
— Ты самый замечательный человек, Лили… — прошептал Джимми, хлюпая носом. — Я больше никогда тебя не предам.
Ну вот, снова слезы! Что ж такое!
— А ну не раскисай мне тут, молодой человек. Соберись! — я продемонстрировала ему кулак. Тот улыбнулся, приосанился и тоже сложил руку в кулак. Мы ударились, как это делают мальчишки при встрече и принялись тихо смеяться.
После наконец разобрались с порядком на кухне и разошлись по спальням. Так и закончился этот странный, но такой теплый день.