Чтение онлайн

Отрешившись от всего, попыталась просто расслабиться. Рука все еще чесалась, однако уже не так сильно и почти не беспокоила. Через полчаса болевые ощущения вовсе испарились. Еще спустя сорок минут, она просто перестала чувствовать свое тело.

– То, что доктор прописал… Лежала бы и лежала, если бы не…

Лекарство. Пузырек стоял на полочке и странно поблескивал. Потянувшись к нему, она закрутила его в пальцах и не обнаружила ни этикетки, ни инструкции, ни даже названия. Маленький пузырек был абсолютно черного цвета, вунтри бултыхалась мутная водичка.

– Очень странно…

Обычно Могилевич, как и все врачи, выписывал рецепт, а потом отправлял в аптеку. А тут просто сунул лекарство в руки? Он что, стал ортодоксом?

– Может, ну его… – протянула она, и тут почуяла, как нечто стучит о ванну. Свесившись вниз, улыбнулась.

Ее белый шар, подскочив, принялся нарезать круги вокруг ванной. Хихикнув, девушка попыталась поймать негодника, но он проворно увернулся и покатился к кровати. Подпрыгнув, развернулся в полете и обратился снежно-белым щенком, которого она называла просто Пух.

Приземлился он прямо на ее подушку.

– Нет! Только не на кровать! Место! – закричала Марьяна, хлопая ладонями по пенной воде. – Слезь, я сказала!

Заскулив, щенок спрыгнул на пол, а затем снова свернулся в шар. Подкатившись к ней, прыгнул и… Брызги были буквально везде. Визжа, Марьяна пыталась вытолкнуть питомца, но тот упорно лизал ее нос.

– Все, хватит! Хватит! Вылези, негодник!!!

Кое-как убрав любица из ванной, она с горечью принялась наблюдать, как Пух «увлажняет» ее комнату. Потом махнула рукой и попыталась расслабиться, однако щенок все не унимался. Тогда вздохнув, девушка снова свесилась к нему. Он уже был совсем сухой и напоминал ходячий кусок сахарной ваты.

– Соскучился? Соскучился? Знаю, что соскучился!

Он утвердительно тявкнул и опять лизнул ее в нос. Приручить его было непросто, но к счастью она справилась. Ей всегда хотелось завести себе магическое животное, но, увы, у бабушки на них была аллергия.

Интересно, кто вообще придумал, раздавать победителям Испытания этих редких зверушек? В прошлом году такого точно не было.

– А кто же достался Ване? – задумалась Марьяна, осознав, что не видела у него никакого питомца. – Или что он с ним сделал?..

Зная его, он мог просто продать эту бесценную зверушку ради своего дурацкого золота. При одной мысли об этом у Марьяны по спине прошлась волна мурашек. А он вообще в курсе, что это за шары?!

Впрочем, не все ли равно? Всех животных не спасешь.

Не успела она додумать эту мысль, как весь свет в ванной разом погас. В спальне тоже сгустилась темнота.

И тут в коридоре послышалось:

– Всем на боковую! Электричество на деревьях не растет!

Ему в ответ:

– Какого черта, Михалыч? Еще же целый час!

– Ты мне поговори еще, Романов! На улицу захотел?

Вздохнув, девушка ушла под воду и тут в кранах что-то заскрипело. Вот и воду отключили. Похоже, водные процедуры накрылись медным тазом.

Выйдя со щенком на руках, она поняла, что уже стемнело. Когда на столе загорелась свеча, опять увидела свое лекарство. Взяв его в руки, девушка задумалась. Может, все же рискнуть? Это наверняка обычное успокоительное, чего бояться?

Однако стоило только подумать о том, чтобы открыть пробку, как Пух неожиданно зарычал.

– Ты чего это?.. – удивилась она, а зверек как с цепи сорвался. Спрыгнув у нее с рук, принялся носиться вокруг, скаля зубы. – Ты чего?!

Попятившись, она страшно перепугалась. И что это с ним?!

Тут в кармане плаща, висевшего на вешалке, зазвонил телефон. Спрятав пузырек в шкафчике, Марьяна направилась отвечать.

– Кто это?.. – пробурчала она. Увидев абонент, тяжело вздохнула. – Бабушка…

На этот звонок не ответить было нельзя.

– Ба, привет… Да, нормально. Да, сегодня на работу, – сказала она, присев на подоконник. – Питомец? Щенок… Ах, как я не догадалась! Все твои делишки! Нет, я благодарна. Спасибо! Он такой ми-и-илый…

Скосив глаза, увидела Пуха, который смирно сидел напротив шкафчика, где она спрятала лекарство. И еле слышно рычал. В тишине комнаты этот звук звучал довольно жутко.

– Что, Ваня? Мы с ним пересеклись в ремонтной лавке, а потом он…

Вдруг за окном показалось какое-то движение. Там было уже совсем темно, однако с ее места хорошо просматривался задний двор. А также две темные фигуры, пытавшиеся перелезть через забор. С ними был белый-белый котенок.

– … Он в порядке, – вздохнула Марьяна, узнав в одном из них Ваню, а в другом Игоря Илларионова. Короткими перебежками они двигались к зданию общаги. – Пожелал мне спокойной ночи и ушел к себе в «Котел». А что?..

Бабушка на миг замолчала.

– Раз он ушел в «Котел», то и хорошо, – сказала она. – Я бы предпочла, чтобы эту ночь он вообще не высовывал носа. Сидел тихо, как мышь.

Нахмурившись, Марьяна хотела спросить, отчего, и тут в окне показалась еще одна тень. И нет, целых две, а затем три.

Это были черные автомобили, и они брали их общагу в кольцо.

В одном из черных автомобилей.

Свет в окнах общежития погас. Весь и сразу, как и было условлено с их комендантом. Теперь наступала пора действовать.

Лаврентий убрал бинокль и повернулся к Григорию, сидевшему за рулем автомобиля. Последние пять минут он как мог пытался избавиться от шмеля, который носился по их салону как ошпаренный.

– Да оставь ты его! Список готов? – спросил Лаврентий и получил бумагу в руки.

Там был список из нескольких десятков имен, и все сплошь дети аристократов, у которых, по сведениям Доминики, имелось на руках золото Башни. За каждым были грешки, которые с одной стороны можно было простить, но с другой – использовать в нужный момент, как повод для ареста. А арест нужен для того, чтобы их родители быстрее «вспоминали», куда члены их рода девали свою коллекцию запретных монет.

Просмотрев список, Лаврентий покачал головой.

– Попова? С ума сошел?

– Это другая, – сказал Григорий, пытаясь выгнать шмеля газетой. – Наша Марьяна, а эта Марина.

– Смотри у меня. Если к нам попадет та самая… Уволят, считай повезло.

– Обижаешь!

Вжикнув, Шмель уселся прямо на список и четко на имя под номером «22»: «Амадей Иоганович фон Фауст. 19 лет. Подозрение: игры с Изнанкой». Отогнав насекомое, Инквизитор повернулся к своему коллеге.

– Этого… – и он постучал пальцем по списку. – Нужно брать в первую очередь.