Чтение онлайн

– Нет! Как ты смеешь так обращаться с Книгой Душ? Да падет на тебя семь казней…

Но дверь с грохотом закрылась. Послышался шелест воды.

– Нет! Нет, о благороднейший из людей! Рахид пошутил! Он будет хорошей книгой… Хочешь прокляну твоих врагов? Хочешь персиков? Я знаю хороший базар в Хазреме…

Вздохнув, Силантий взял метлу и принялся ликвидировать это безобразие. Вот-вот к ним пожалует Инквизитор, а разгром тут такой, будто здесь всю ночь заседал клуб любителей общения с Изнанкой.

Пока он заметал всю грязь под ковер, и думал, как бы отмыть письмена, из туалета слышались звуки вырываемых страниц, а также отчаянные крики Книги Душ.

На улице.

Добравшись до ремонтный лавки, Лаврентий посмотрел на часы. Было без трех восемь. Спать хотелось зверски, а ведь день еще только начинался.

Детей благополучно удалось доставить по адресу, и только это было хорошей новостью. Человека с мешком он не нашел, однако его уверенность в том, что под его личиной скрывается Иван Обухов никуда не девалась. Но увы – кроме чьих-то слов и догадок железных доказательств не было.

– И снова там, откуда и начал… – пробурчал Лаврентий, вытащив из кармана монету.

Может, кольца помогут ему вывести этого странного парня на чистую воду? Уверенность в том, что Иван это один из тех самых нелюдей-убийц, не покидала его, однако оставалось слишком много «но», чтобы арестовать мальчишку.

В первую очередь мотив. У Обухова было слишком много шансов убить Королеву, однако он не только этого не сделал, а еще и встал на пути у другого убийцы. Он же несколько раз защитил ее внучку, да и вообще вел себя как абсолютно лояльный дворянин.

Почему? Отчего? В рядах нелюдей назрел раскол?

Не придя ни к какому решению, Инквизитор подождал пока на часах не будет ровно восемь и направился к двери. Он не любил приходить раньше. И позже тоже. Инквизитор приходил либо внезапно, либо тогда, когда условлено. Минута в минуту.

На двери висела табличка «Закрыто». Но не только эта безалаберность не понравилась Лаврентию – изнутри ощутимо пахло магией.

Только он подумал о том, чтобы вынести дверь с петель, как она сама собой открылась перед ним. Там показалась длинная борода артефактора.

– А вот и вы! – и на его лице появилась ненатуральная улыбка. – А я как раз закончил! Заходите!

Нахмурившись, Инквизитор зашел. На столе лежали его кольца – одно к одному, сверкающие на солнце, словно только отлитые. Вокруг же держался устойчивый запах магии, но Лаврентий никак не мог понять, откуда…

Он огляделся. Вокруг был прежний беспорядок, однако явно, что мебель и прочий хлам специально двигали с места на место. А еще пыль – очевидно ее заметали на скорую руку.

– У тебя в лавке странно пахнет, артефактор, – заметил Лаврентий, поглядев на хозяина. Тот развел руками.

– А как еще может пахнуть в лавке, где чинят магические предметы? Ну не розами, это уж точно!

И он захихикал. Довольно фальшиво.

– В прошлый раз, запах был другим… – проговорил Лаврентий и поглядел в сторону подсобки.

Почему-то ему показалось, будто они не одни. Словно кто-то следил за ним.

– Мне пришлось применить особую технику очистки ваших колец, мессир, – закивал артефактор. – Некоторые совсем плохие были, вот и расчехлил пару старых снадобий…

Он замолк. Их молчание длилось какую-то минуту, и все это время Лаврентий пытался побороть свою паранойю. Наконец, дернув щекой, он надел кольца на пальцы. Сжав кулак, осмотрел руку со всех сторон. Удовлетворенно кивнул.

– Отлично. Ты неплохо справился, артефактор.

Тот закивал.

– Благодарю, ваша ми… – и он осекся. На стол упала пухлая пачка денег. Тут было втрое больше, чем они усваивались.

– Сдачи не надо, – сказал Инквизитор и, забрав остальные кольца, направился к порогу. – Ах да…

И он обернулся.

– Сир Обухов. Он часто сюда приходит?

– Вы о том юноше, который привозил свое бельишко? Бывает, захаживает… А что?

Задав этот вопрос, артефактор буквально уменьшился в размере. Лаврентий смотрел на него, не мигая.

– Передайте ему, чтобы принес на проверку все свое золото. Иначе ему грозят очень серьезные проблемы.

И ухмыльнувшись, Инквизитор направился на выход. Его шаги еще долго стучали в тишине лавки.

– Ну Лаврентий… Ну жук… – шипел я, пока Силантий перематывал мое лицо бинтами, под которые он же закладывал одну монету за другой. – И ведь не отвяжешься от него…

Одновременно лежать, не двигаясь, на диване и зарычать от боли было непросто. А все этот проклятый взбесившийся шмель – уж он поработал с Рахидом от души. Вернее, не совсем с Рахидом, а с телом бедного безвозвратно сгинувшего Ивана.

Переместившись обратно, я думал, что это все пустяки, но на деле оказалось нет. Через пять минут, стоило мне прийти в себя, я понял, что мое лицо, руки и все остальное, до чего смог добраться шмель, сильно опухло. Через пятнадцать, моя голова начала напоминать дыню, а пальцы – сосиски, а вот через полчаса…

– Ничего-ничего, Иван! – приговаривал Силантий, выкладывая на мне очередную «дорожку» золотых. – И оглянуться не успеете, как опухлости пройдут… Вам нужно только лишь добраться до «Котла»!

Это да. Но тут возникла одна небольшая проблема. Ноги опухли тоже, и ходить мне было совсем непросто.

Ох, видел бы меня Иван… Наверное, умер бы со смеху. А мне было даже жаль его. Сколько не звал этого недотепу, но он больше не откликался. Земля ему пухом.

– Ой, бинт закончился! – и Силантий побежал в подсобку. – Подождите, я сейчас!

Проводив его взглядом, я вздохнул.

Ладно, думаю, одна ночь на золоте меня восстановит, только бы добраться до своего дивана. И как можно быстрее, пока сюда снова не нагрянет Лаврентий, не появится какой-нибудь монстр, или очередной псих.

Взззып! – и мне на ботинок сел проклятый шмель. Дернув ногой, я попытался его согнать, но тот прыгнул на носок другого ботинка.

– Брысь!

Но эта мелкая зараза только взвилась у меня над головой. Летел шмель настолько быстро, что поймать его нечего было и думать. Когда это летучее несчастье пролетело у меня над ухом, мне отчего-то показалось, что оно…

Смеется?!

Вскинув голову, я внимательно поглядел ему в след. Странно… Мне же показалось?..

Неважно. Короче, нужно быстрее бежать, а то… Над дверью за моей спиной звякнул колокольчик, и в лавке прозвучал знакомый голос: