Чтение онлайн

– Спасибо вам, лекарь, - наконец повернулась она к мужчине.
– Я надеюсь, вы не оставите мою подругу в столь трудный для неё час, а окажете всю возможную и невозможную помощь.

– Что вы, что вы, Ваше Высочество, это мой долг, - закивал головой тот.

– Не волнуйтесь, Корона оценит ваши действия по заслугам. Но у меня к вам одна просьба, - посмотрела внимательно, понимает ли мужчина, кто к нему обращается, а то складывалось впечатление, что ему не терпится вернуться к больной, а весь этот разговор - досадная тому помеха, долг выполнил - сказал, а теперь... Как говорится, у каждого свои игры и свои куклы.
– Не сообщайте о сказанном мне больше никому во избежание, так сказать, кривотолков. Кому надо и когда будет надо, я скажу сама. Договорились?

– Да, Ваше Высочество, - казалось, лекарь проникся.

Выйдя во двор, Лидия глубоко вздохнула, зажмурилась и подставила лицо выглянувшему солнцу. Загадки загадками, а погодка действительно чудесная.

– Что думаешь?
– спросила Брада. От неё не очень приятно пахло, но не отправлять же наставницу переодеваться, когда она стоит, её ждёт.

– Как ты сказала, так и сделаем. Не думаю, что Оливия пойдёт с нами, - поджала губы с сожалением.
– Поправится, вряд ли потом догонит: день - два постоим в лагере, а потом скорым маршем к границе - не хочу отстать от королевского войска. Хотя может оставить пятёрку бойцов?
– посмотрела на наёмницу.

Та покачала отрицательно головой.

– Не стоит распылять силы. В преддверии войны просыпаются и вылазят из всех щелей разные недобитки с кашей вместо яиц, расправляют крылья, которые давно пора свиньям скормить... Учти, что основная масса частей агробарского гарнизона уйдёт на запад - уже сейчас многих перебросили в сторону Вербара. Хотя, мне кажется, это не очень умно, - добавила тихо.
– И, несмотря на усиленное патрулирование, на дорогах станет опасно. Шестеро молодых девушек - лакомый кусочек. Стоп!
– властно подняла руку.
– Вы уже многое умеете. Но главного испытания ещё не прошли - кровью. Имею в виду не царапины, вывихи, порезы, а настоящую, обильную, страшную, с мясом и костями - так, чтобы яйца морщились от боли, кровь, - квадратное лицо наёмницы было достаточно внушительно и впечатляюще.

– Хорошо, - легко согласилась Лидия, - больше никого не оставляем. Тем не менее, до вечера подождём...

– А как же мы?
– обиженно спросила Лана.
– Мы давно готовы к выходу...

– Мы?
– перебила принцесса и улыбнулась, несмотря на нехороший осадок, связанный с Оливией.
– Или несколько повозок с бочонками отборного шисского, отдыхающих в трактире у Западных ворот?

Лана потупилась неожиданно, заинтересовавшись носком сапога. Русоволосая Карина залилась краской - да так, что ярче проступили веснушки. А рыженькая Деметра переводила с одной подруги на другую понятливый взгляд, а потом, не изменяя себе, звонко прыснула, довольная их смущением.

– Поступим так. Раз уж готовы к выходу, Лана возьмёшь десяток амазонок - поведёшь свой обоз плюс загрузишь на них дополнительный запас наконечников к стрелам, болтов арбалетных, несколько палаток...

– Нет, - коротко бросила Брада и уточнила.
– Пусть волокут вино, а дополнительное имущество и оружие захватим мы. Не доверяю я им - начнут пробовать ещё в дороге.

– Согласна, - Лидия без улыбки посмотрела на Лану.
– Часть вашего сюрприза рекомендую потребить сразу до моего прибытия, потому как потом остальное я реквизирую на нужды отряда, - лицо Ланы недовольно вытянулось.
– Предупреждаю: на марше никаких попоек. Максимум - чашка на ночь для хорошего сна для не заступающих на дежурство. Всё ясно?
– мягко, но так, что Лана невольно подтянулась, спросила.

– Да, Ваше Высочество.

На губах Брады мелькнула чуть заметная улыбка - будет из девочки толк.

– А как же я?
– вклинилась в паузу недоумённая Карина.

Лидия, несмотря на проснувшееся командирское настроение, не смогла сдержать улыбку - столь непосредственна и ярка палитра эмоций на лице подруги Ланы: удивление, обида, растерянность. Они действительно были практически неразлучны: в жизни, в быту, в спарринга, в постели.

– А что, я не говорила, что ты пойдёшь главной обоза? Будешь следить за её, - кивок в сторону Ланы, - поведением.

– Ура, - Карина повисла на шее подруги, и они закружились.

.

Эльф притаился за дверью. Он чувствовал, что там, в темноте, кто-то есть. Но особой опасности не ощущал, словно не страж замер там, а... а... а кто-то другой. Большой - с человека - с тяжёлым чесночным прерывистым дыханием, будто и не думающий прятаться.

Листочек досадливо поджал губы. И чуть не рассмеялся посетившему его чувству. Вместо того, чтобы исходить от волнения по Рохле, он словно отключился от действительности, погружаясь в грёзы о премиленькой Оли, помимо дворянских корней, которые умела перечислять с придыханием, она имела весьма заманчивые и любопытные прелести - достойные, кстати, эльфийских стандартов, изучить которые эльфу и помешала проклятая действительность - его грубо вырвали из сферы грёз на некую акцию возмездия, или чего-то там подобного. Короче, отыскался след тролля, и нужно было выяснить, в каком состоянии (живой ли?!) твердолобый малюточка, и провести показательно-воспитательную работу с нехорошими дядями.

Нет, всё правильно, Листочек не против, мало того, прислушавшись к себе, он мог при желании отыскать отголоски праведного гнева в отношении неких тёмных личностей, обидевших их младшенького. Но помимо того, что он всё-таки не до конца верил, что кто-то мог серьёзно навредить троллю, его нет-нет, да и встряхивало, и перед глазами всплывали недоцелованные губы, недотроганные... формы, так и просящиеся в ладонь, словно гриф лука, удивительной девушки, очаровательной аристократки, амазонки, в которую он безнадёжно влюбился, лишь увидев на гарцующем коне в лучах солнца... О, эта улыбка, способная растопить его сердце, будто масло горячий камин, этот миниатюрный ротик, способный одними уголками губ выпить это масло! А великолепная, достойная лучших эльфийских Мастеров рука, обнажённая от плеча, сжимающая саблю, словно некое убийственное оружие соблазнения, являющееся продолжением изящного тела, упакованного в отнюдь не целомудренные оковы ремней и эпизодов кожи с изобилием холодного оружия. М-да.

Девушка действительно произвела на эльфа самое благоприятное впечатление. И он дошёл до того состояния, что мог признаться сам себе в этом честно. Конечно, эпизоды общения с прекрасным полом никогда не проходили для него, как рядовое событие - каждая девушка, привлекшая внимание - это цветок, который нужно любить, лелеять, нюхать его, любоваться им и... срывать. Он испытывал влюблённости ко всем им, но также легко и уходил, оставляя на память лёгкое приятное воспоминание и отсутствие сожаления. Но сейчас он потерял голову, и это было что-то новое. Восхитительно тревожное и... влияющее на его действия... Это следовало обдумать в спокойной обстановке.

Мало того, этим утром Оли, будучи действительно амазонкой - чтобы это в конце концов не значило - должна была отбыть с принцессой королевства, по совместительству являвшейся организатором и командиром Отдельного Кавалерийского полка на какие-то манёвры... Сумасшедшие девицы, нелепые забавы! Впрочем, есть в этом некая экзотика. Всё-таки те же эльфийки легко становились воинами, и при необходимости всегда наравне с мужчинами выходили на защиту Лесов.

Эльф тяжело вздохнул. Естественно мысленно, а то не хватало подобным образом сообщить миру о собственной чувствительности и особой мужской уязвимости, живо откликающейся на женскую красоту. Особенно явно недостойному слушателю! Ну как может существо, жрущее чеснок в таких количествах, оценить тонкости общения с прекрасной половиной - в данном случае - человечества? Соединение душ в лунном свете, плавно переходящее...