Чтение онлайн

Эльф вышел на поляну. Пришедший встал, с достоинством поклонился.

– Владыка Баэлхар, - сказал спокойно и даже несколько сдержанно.

Естественно, он знал о родстве, что глава Поющего Леса - его какой-то там прадед. Но родственников как таковых у Владыки было немало (даже среди полуэльфов - ведь он в молодости тоже был не против покинуть Лес и покуролесить, да и к родственным связям это, пожалуй, было уже сложно отнести). И потом, требовалось соблюдать приличия.

– Здравствуй, Каэлен, - благосклонно кивнул старший, с любопытством вглядываясь в лицо молодого эльфа, а точнее, по крови на три четверти, ведь, несмотря на весь чудесный набор высокорождённого: красоту, стиль, долгожительство, бабушкой его была обыкновенная человеческая женщина.

Хотя, по чести сказать, назвать "обыкновенной" ту, что завладела сердцем и разумом его второго сына, который до самого её старения и смерти сохранил о ней светлые чувства, и даже - поговаривают (но Владыка-то знал наверняка!) - не изменял ей (что для эльфов вообще считается нонсенсом, ибо подобную "измену" они вообще считают человеческим изобретением), а дочь свою Амаари, полуэльфийку редкой красоты, признал официально и относился с такой заботой и нежностью, что многие старшие пожелали высказать ему упрёк, а заодно и Владыке, не проведшему профилактическую вразумительную беседу. Глава Поющего Леса позволил себе рассердиться, но было уже поздно. Даэлон вместе с дочерью и небольшим отрядом приближённых и семенем мэлорна покинул Лес. Они, по договору о совместных действиях в случае войны и мира с королём Брежии, небольшой лесистой страны на юго-восток от Поющего Леса, основали поселение. Которое, как знал Владыка, уже изрядно разрослось, впитывая в себя очень многих, "неполных" эльфов, а также, как ни странно, чистокровных, других светлых и людей. Получилось довольно-таки интернациональное сообщество, очень даже военизированное и жёсткое по отношению к внешней угрозе. Совместно с брежианской королевской армией они не единожды нарушали захватнические планы соседей: трёх крупных людских королевств и страны дроу, с которыми умудрились впоследствии договориться о вечном перемирии и торгово-союзнических отношениях. Брежианская королевская фамилия (это было уже восьмое поколение, подтверждающее союз с эльфами) значительно укрепила свои позиции (как же! при дворе постоянно присутствуют высокорождённые, чем совсем не каждый может похвастать, готовые по необходимости делиться сильной природной магией и опытными отличными воинами) и занялась экспансией на тех же соседей. Естественно, часть лесов отходила союзникам, расширяющим границы Леса Острых Стрел (многозначительное название?). И вот уже молодой мэлорн уже поднялся над лиственно-хвойными рядами, исподволь меняя структуру леса, создавая будущее Священное место, опутывая живительной магией растения, животных и разумных, расположившихся в тени его кроны.

– Твой путь был лёгок?

Владыка точно всё знал о последнем караване у Хостии: о шамане конкурирующего торгового дома, наведшего разбойников на купцов, и эльфе (для удобства будем называть его так, ибо внешне Каэлен им был, и кроме чистокровных жителей Леса наличие и процент человеческой крови в нём определить вряд ли кто смог), подрядившемся в охрану, меткими выстрелами обезглавившем банду - умение определять вожаков и потенциально опасных соперников - очень полезное качество; о семействе болотных троллей, заглянувших совершенно безбоязненно однажды вечером на огонёк по причине пустого брюха - и опять же, улыбчивый эльф, в отличие от присоединившихся к каравану чистокровных собратьев, сумевший задурить тёмным головы и увести из опасного места уверенных в собственной силе и неуязвимости глупых созданий, уговорить перебить аппетит до утра кореньями и ягодами - на утро он таки одарил их молодым кабанчиком, и расстаться с тёмными... ну почти друзьями; о деревенском колдуне, не шуточно рассерженном на эльфа за обиженную дочь, хотя вломившиеся на сеновал караванные охранники спустя мгновение боевого клича испуга на лице полураздетого "нарушителя морали" не наблюдали, а сам объект "нанесённой обиды" со злостью шнуровала корсет, на чём свет обкладывая драконами папашку, "быстрого, как понос", который, кстати, лежал рядом с безмятежным видом, закрытыми глазами и наливающейся шишкой на лбу и, естественно, ничего не мог слышать; молоденькая ведьмочка чуть позже таки отблагодарила Каэлена двумя не самыми слабыми амулетами от человеческой магии. Ну и так далее - ещё много любопытных эпизодов, на первый взгляд не привлекающих внимания, на самом деле несущих существенную информацию о разумных существах. В первую очередь о представителе Леса, в силу своей коммуникабельности, обаяния, а также непоседливости и везучести являющегося добровольным связным между разбросанными эльфийскими конклавами.

– Да. Ничего сложного или интересного для Владыки кроме самого послания от Хранителя Хрустального Леса, - и он достал из поясной сумки зелёную веточку - магическую крупинку священного дерева - таким вот образом передавалась информация. Прочесть, расшифровать, пытать связного, что всё же иногда происходило, для получения сведений было бесполезно, ибо "читать" подобное послание могли лишь посвящённые, то бишь, сами старейшие: Владыки и Хранители Лесов, а также возможно кое-кто из особо посвящённых.

– Хорошо, отдыхай. Тебе предстоит далёкий путь.

– Куда?
– оживился эльф, чуть ли не перебивая старшего.

Ну, неугомонный! Владыка мысленно усмехнулся. Смысла воспитывать подобного...гм, кадра в эльфийской строгости и сдержанности не было - для его деятельности это неприемлемые качества, укорять тоже глупо. Вот пытаться сберечь - это да. Каждого сына Леса нужно беречь. Но вот со времён падения изоляции вот такие юные существа - очень ценный продукт общения эльфов, людей и прочих рас. Существа, не несущие традиции вековой ненависти.

– Не спеши, позже объясню.

– Но я не видел готовящегося каравана.

– Не видел - не значит, что его нет. Ты пойдёшь вдвоём с человеком. Вначале, как охранники караванные до переправы через Глубинную. А после свернёте на юг - твой будущий напарник идёт наниматься в дружину барона Ансальда.

– Но ведь это же...
– брови его совершенно по-человечески поползли вверх, - пол Веринии.

– Да, - невозмутимо согласился Владыка; прерывать объяснения и сам разговор он всё-таки посчитал не нужным - такие любопытные натуры, как Каэлен нуждаются хотя бы в минимуме информации. И потом, так могло получиться гораздо лучше: вместо любимого чистокровными официоза, посланец Леса сам постарается отыскать будущего попутчика, и учитывая достаточную коммуникабельность обоих и информационную подготовленность (тоже обоих!), встреча должна быть... интересной и продуктивной.
– Ройчи, - а так зовут того, с кем тебе придётся провести бок-о-бок весомое по людским меркам количество времени, очень интересный... человек. В силу того, что он в своё время выполнял некоторые поручения Леса, мы о нём знаем многое, большую часть которого мы не имеем права тебе разглашать без его ведома в силу наших договорённостей. Могу тебя лишь уверить в том, что этот разумный, - чуть проакцентировал последнее слово, что в дополнение к предыдущим интригующим словам много что говорило младшему, ибо, как известно, эльфы к иным относились мягко говоря пренебрежительно, не взирая на статус: друзья, враги или союзники, - достоин доверия детей Леса. То есть, - усмехнулся губами, - спину он тебе прикроет.

Каэлен озадаченно, насколько можно было судить по отсутствующему взгляду, молчал. Он был даже немного... разочарован, что ли.

Человек в попутчиках? Даже достойный доверия? Какой-нибудь угрюмый лесовик (согласен, и среди людей, этой молодой и коротко живущей расы, существуют умелые следопыты, всё равно не сравнимые с эльфами по части слияния с Лесом), которого придётся терпеть чуть ли не полгода? Это не большая команда, где легко либо затеряться, либо найти компанию для веселья или интереса. И не путешествие в одиночестве, где он сам себе хозяин, и волен выбирать места ночлега... тёплые, уютные... с очаровательными хозяйками... Да-да, такова была основная слабость Каэлена - его неудержимо влёк к себе так называемый слабый пол, и довольно доступные человеческие самочки во всём своём внешнем многообразии, различии характеров, неизменной темпераментности и чувственности давали ощутимую фору долгоживущим чистокровным, следующим неким ритуалам и схемам общения эльфийкам. А теперь, небось, придётся передвигаться одними лесными тропами, дабы избегать многолюдных мест, не привлекать ненужного внимания всякой швали, чтобы выполнить...

Он поднял глаза.

– А зачем мне его сопровождать?
– удивился Каэлен.
– Есть интересы народа у этого... барона?

– Нет, что ты, - старейший получал истинное удовольствие от разговора: подвижная мимика младшего, его чувства, как раскрытая ладонь - это было так... волнительно, он уже и не помнил себя таким - всю жизнь среди народа приходилось скрывать, контролировать чувства, эмоции.. При встречах с представителями иных народов - тем более.
– Он просто захотел повоевать именно там, на юге. И согласился тебя сопровождать, - Владыка с удовольствием наблюдал реакцию: вытянувшееся в недоверии лицо, расширившиеся в последующем негодовании глаза, сжавшиеся губы. Мысленно опять усмехнувшись, старший эльф продолжил сухо и строго: - Тебе необходимо передать весточку нашим братьям из Леса Золотого Солнца. То есть, человек оставит тебя на эльфийской границе, и дальше пойдёт сам - он решил немного уточнить тамошнюю обстановку. Там сложные отношения между высокорождёнными и людьми, совсем недавно земли были пограничными между светлыми, людьми и уруками, и часто подвергались набегам тёмных. Отчего и изобилие соответствующих полукровок. Но и после того, как король Вали объявил их своими, отогнал уруков, отношения с нашим народом, это, естественно, всё равно не улучшило, - объяснил Владыка и уже мягче завершил: - Не переживай, ты не будешь разочарован общением, - кивком руки отпустил молодого эльфа.

Вдогонку же Каэлен услышал тихое и совсем уж странное:

– Так тебе будет безопасней.

Своего будущего попутчика эльф нашёл очень быстро. И как было не найти того, кто не будучи чистокровным эльфом, наглым образом разляжется на траве чуть ли не в священном месте. Вследствие этого Каэлен не успел остыть, и кипел, будто похлёбка на костре. Плюс само ощущение испытываемого гнева, чувства, совсем ему не присущего, лишь подливало масло в огонь. Его, свободного... члена общества, абсолютно добровольно предложившего услуги народу, в напарники к какому-то неотёсанному... А он, голый по пояс, преспокойно развалился, беспардонно дрыхнет под священными кронами, словно мэлорн обязан укрывать его от солнца. Ещё и храпит!

Раздражение было столь велико, что эльф принялся грубо тормошить человека за плечо, что будучи в спокойном (нормальном) расположении духа вряд ли бы себе позволил.

– А?.. Что?..
– спросонья вскинулся тот, а эльф моментально замер, ибо в кадык ему упёрлось что-то очень острое.

Он потерял дар речи по причинам, которых даже смысла нет приводить.

Взор человека прояснился.