Эту ферму мне муж купил
Шрифт:
— И куда нас опять тащут, Элли? — мотала головой более темная.
— Куда тащут, туда и доставим, — фыркнула посветлее.
О, видать на обширной территории я слышала голоса животных, если до них дотронусь.
— Господа лошади, — тихонько к ним обратилась, — спасибо за ваш труд. А долго нам еще ехать?
— Элли, человек нас о чем-то спрашивает? — заволновалась первая. — Что ответить? Элли, это человек. Элли, он спрашивает.
— Эдди, заткнись. Я сама все слышала. А нам откуда знать? Куда ведут, туда и везем.
Я закашлялась. В моем мире лошади считались очень умными животными. И данные как-то не сходились.
— Вы не в курсе, куда мы едем?
— Мы не в курсе, куда вы едете. Сами ответьте, а когда будет обед?
— Когда вы нас довезете? — предположила я.
— А когда мы вас довезем? — поставила меня в тупик кобылка.
Мир рушился. В моем понимании, лошади были умнейшими существами на планете, уступавшие в интеллекте людям, собакам и дельфинам.
С другой стороны, знавала я парочку людей, так там и до дельфина далеко. Да и Буран не ученый. Жизнь хаски состояла из трех направлений деятельности: пожрать, поспать и повыть. И когда тот выл, живые завидовали мертвым.
В общем, беседу с животным отложила. Буду расспрашивать Аспиду.
К счастью, девушка разъяснила, что до городка осталось всего ничего. Превратила свой хвост в ноги и стала похожа на мою сестренку. Сдается мне, рыжие в Хайклере должны держаться вместе.
На главную улицу мы въехали через тридцать минут. Аспида наградила Эдварда медной монеткой и властным голосом повелела вернуться за нами через три часа.
Стараясь не обращать внимания на поведение девушки, я во все глаза уставилась на городишко.
Он был... ухоженным. Маленьким, уютным, с вымощенными камнем улочками, домиками в два этажа, разными лавками с премилыми вывесками, но с очень странными людьми.
На нас сильно пялились. Дети, взрослые, никто не мог просто пройти мимо. Останавливались, фыркали, кто-то делал жесты, походящие на крещение. Я словно оказалась в средневековье, и меня собирались сжечь за ведьмовство.
— Зои, идем, — Аспида потянула меня за руку. Ей было плевать на обстановку. По-моему, она упивалась вниманием и страхом, потому что на ее коже периодически поблескивала чешуя, и она показывала свои клыки всем прохожим. Хищно улыбалась, клацала, вытаскивала раздвоенный язык. Проще говоря, впечатляла. — Провожу тебя в книжную лавку.
Жуткая жуть.
— Подожди, — я заартачилась. — Может, хотя бы мяса купим?
Вспомнила, что у нагини в запасах ничего кроме травы нет, а я не оборотень и не змеища. Долго на яде, ненависти и сарказме не проживу. Хотя, чего греха таить, Герман с его физиономией как-то подпитывает во мне желание ему отомстить.
Рядом с нами под ветром призывно замоталась вывеска мясной лавки. Оттуда доносился монотонный звук, будто кто-то долбил по дереву.
— Ты так пожалеешь, — скривилась она, поймав мой заинтересованный взгляд, но мы в заведение зашли.
Я боялась, что пожалею, что монотонный звук будет означать что-то жестокое и страшное, но нас встретил дородный, улыбчивый мужчина, облаченный в белоснежный фартук с пусть и кровавыми следами. Зато работящий. Он вытер об ткань руки, провел ладонью по усам, подкрутил их.
— Ба... Кого я вижу? Аспида, выползла на солнышко?
— Фе... — поморщилась девушка, — кого я вижу? Выполз на звук денег?
— А они у тебя есть?
— А вторая жизнь у тебя есть?
— Постойте, — вклинилась между толстяком и Аспидой. — Здравствуйте, эм... эээ...
— Росс Хотсуорт, — зашипела нагиня.
— А я Зои Сандерс, — подхватила его руку, тянущуюся придушить мою соседку, и неистово ей затрясла. — Новая жительница. Мистер Хотсуорт, я бы хотела совершить покупки.
Как сложно, оказывается, предотвращать бытовые убийства.
— Зои? — он переводил взгляд с меня на Аспиду и обратно. Видимо, сделал вывод о нашем родстве по яркому цвету волос. — Я повторяю вопрос, деньги у вас есть?
— Ты мне погруби, — напряглась Аспида, и вокруг нее загорелся неясный свет.
И я бы залюбовалась, но интуиция подсказывала, что воинственно настроенная барышня превратится не в принцессу, а в чудовище. А я не готова к ее метаморфозам.
— Она шутит, — не оставляла попыток погасить их конфликт. — Деньги есть. Можно нам... эм... пару тушек куриц?
— Можно, но деньги вперед. Серебряный, — затянул этот усатый Росс.
Признаться честно, мне он тоже не понравился. Какой-то чересчур приторный, медовый. Меня он воспринимал с предубеждением. Но я понятия не имела, торгует ли мясом кто-то еще, и в связи с этим активно общалась и кланялась.
— И что же вас принесло в Хайклер миссис... мисс...
Ум, как занятно он делает предположения о моем статусе.
— Миссис Сандерс, мистер Росс, — пояснила я. — А приехала я, потому что жутко обижена на супруга.
— Обижены? — он облокотился об стеклянную витрину и подпер рукой заплывший подбородок.
— Да, — картинно поднесла платок к носу и фальшиво всхлипнула. — Мерзавец проигрался в карты. Оставил меня в нищете.
— Не уж то, — ахнул мясник, моментально проникаясь ко мне сочувствием.
В своей реальности я выросла в похожем городке, скорее в деревне. И я прочно усвоила, что на сочувствии держатся все отношения деревенских. Ты можешь быть развязной, необразованной стервой, но люди будут тянуться, потому что муж тебя бросил. Всем необходимо проявить помощь, показать, что они лучше, чем есть на самом деле. Походить, посплетничать о тебе, проявить неуемное благородство.
А мне в гордость играть не пристало. Тут какая-то нездоровая кампания против рыжих проводится.
— Ужасный грубиян, — поплакалась я.
— Тогда вам скидка, миссис Сандерс. — проникся мужчина. — И вы, это, заходите еще, — вышел он из-за прилавка. — Только ее с собой не берите, — ткнул в Аспиду пальцем.
Я обернулась на новоявленную подругу. Поймав ее злодейскую гримасу, осуждать Росса за пожелание не стала.
— И чего вы не поделили? — спросила я Аспиду, покинув магазин Хотсуорта, когда дверь захлопнулась.
Но ответ не услышала. Голос нагини перекрыл чужой, женский ор.
— Аспида, Аспида.
— Иди ты в бездну, — выругалась девушка. — Зои, это ты во всем виновата.