Чтение онлайн

— Вроде. Он это себе под нос буркнул, уже после телефонного разговора.

— Нам вообще-то не положен мобильник, если запалят — отберут, но Андрей его прятал под матрас. Он каждый вечер домой звонил, — быстро добавил маленький.

Парни явно перепутали четверг с субботой, но я не стала их поправлять и только спросила:

— Как вы думаете, куда Андрей мог отправиться, когда вышел из части?

Ребята пожали плечами. В городок нельзя, рассуждали они, там все на виду, да и бессмысленно, не скроешься. Дорога ведет на железнодорожную станцию, но по ней ездят только военные — попутку не поймаешь, а пешком далеко. Вокруг лес на много километров во все стороны. Но через лес можно выйти на городскую трассу и там поймать попутку. Да, скорее всего, через лес он и рванул. И начальство так решило, раз стали искать Андрея в лесу. Ведь целый день лес прочесывали с собаками, да вертушка над лесом летала постоянно.

— А вы нам не поможете? — вдруг подал голос маленький.

И столько в его взгляде было надежды, что врать я не смогла:

— Я попробую, ребята, честно попробую. Но моя работа — это, прежде всего, найти Андрея. Однако, раз уж я здесь оказалась, то вашему психологу мозги вправлю прямо сейчас.

Отпустив повеселевших ребят, я дала задание Ганичу и решительно двинулась к больничке. Воображение рисовало мне этакого монстра без стыда и совести, который как клещ присосался к воинской части. Карьериста от науки, беззастенчиво использующего мальчишек для будущей диссертации. Я шагала мимо плаца, по которому маршировали новобранцы, мимо газонов, где такие же стриженые наголо пацаны с длинными тонкими шеями, торчащими из форменных воротничков, подстригали траву и красили ограду, и пылала праведным гневом, собираясь дать нагоняй этому горе-психологу. Но я и представить не могла, с чем мне предстоит столкнуться.

Я обогнула очередную казарму и мне открылась площадка со стоящим на ней вертолетом. Что-то он большеват будет, — прикинула я, приглядываясь к вертушке. Рассудив, что местный эскулап от меня никуда не денется, я повернула в сторону вертушки.

Это был модифицированный МИ-8 — машина, явно не предназначенная для поиска сбежавших. Меня разобрало любопытство. Оглядевшись вокруг — никого, только пацаны вдалеке красили ограду, я осторожно потянула за дверную ручку. Не заперто. Тогда я скинула туфли, чтобы не мешали, поднялась на ступеньку и заглянула в кабину.

Вот это да! Это был настоящий летающий госпиталь. Первый отсек представлял собой реанимацию: к четырем прикрученным к стенкам носилкам была подведена вся необходимая реанимационная аппаратура — приборы искусственной вентиляции легких, подача кислорода и какие-то иные, неопознанные мной медицинские аппараты. Во втором отсеке располагалась полноценная операционная, с застеленным зелеными простынями операционным столом посередине, специальными лампами, аппаратурой для анестезии, реанимационными и хирургическими приборами. Все в полной боевой готовности, как сказал бы опереточный начальник части, хоть сейчас под наркоз и на стол.

Конечно, в последние годы армию перевооружили-переоснастили, вложили большие деньги, но я никак не думала, что настолько большие. Как-то не по чину маленькой воинской части иметь свой летающий госпиталь. Да и зачем?

— И кто же это тут без спроса по военному объекту шляется? — неожиданно раздался за моей спиной добродушный бас. — Военную технику разглядывает? Дисциплину нарушает?

Я повернулась. Передо мной стоял плотный мужичок средних лет с моими туфлями в руке. Летчик?

— Ваша машина? — спросила я.

— Моя.

Достав удостоверение военной прокуратуры (да, есть у меня и такое, взяла именно для подобных случаев), я потребовала журнал полетов.

— Прокурорская проверка, — коротко ответила я на его недоуменно поднятые брови.

Разбирать каракули в журнале было непросто. Я открыла последнюю заполненную страницу и начала отлистывать назад.

— Что вы ищите? — не вытерпел он. — Скажите, я покажу.

— А вы сами как думаете? Что я могу искать? Что тут у вас недавно произошло? — в моем голосе появилась типично казенная сварливость.

— Так бы сразу и сказали, — погрустнел летчик. Сунув мне мои лодочки, он взял журнал и быстро нашел нужную запись.

— Пожалуйста. У меня все заполнено. Вот первый вылет — 14:45, четверг, осмотрены квадраты 21, 22, 23, — он потыкал толстым пальцем в первую запись на странице. — Вот перерыв для отдыха и дозаправки, затем квадраты 23, 24, 25, — палец опустился ниже. — Вот ночные вылеты. Все по регламенту.

Летчик перевернул страницу.

— Пятница. Утренний вылет 7:20, в 9:45 в квадрате 23 взяли объект на борт. У меня все в порядке.

— Взяли объект на борт? — не поняла я. — Какой объект?

Летчик тоже непонимающе уставился на меня. Постепенно удивление в его взгляде сменилось подозрительностью.

— Жалобы на вас, — нашлась я. — Вы уверены, что взяли того, кого нужно?

— Ну уж не знаю, кого им нужно, — сварливо пробурчал летчик. — Кто по лесам бегал, того и взяли. А как звать — нам не говорят. У нас все по номерам.

Он ткнул пальцем в шестизначный номер в журнале:

— Номер видите? Вот его и взяли. Сам Бродский в машине был, он парня в порядок приводил — два раза дефибриллятор включали, он и сдавал парня в лабораторию, он и с Верховским объяснялся. Мое дело сутки над лесом полетать, объект на борт принять, и в лабораторию Верховскому отвезти.

Лабораторию?

Я вообще перестала понимать, что здесь происходит. Или к Андрею Крылову все это не имеет никакого отношения, или его переправили в какую-то лабораторию. Как говорится, одно из двух. Но зачем тогда часть объявила его в розыск как беглеца?

— Журнал я изымаю, — решительно заявила я, засовывая журнал в сумку. — Без возражений.

Летчик сначала дернулся, но, пожав плечами, отступил.

Повидать доктора Бродского теперь я жаждала с большей силой. Решительно спрыгнув на землю — и как только каблуки не сломала — я зашагала в сторону медпункта.

В тесной приемной маленькой больнички пожилая медсестра листала светский журнал и пила чай. На подоконнике бубнил радиоприемник, передавая мировые новости, которые в последнее время становились все хуже. Как будто, триллер или хоррор по радио читали. В Тихом океане бушевал очередной ураган, Европе досаждали пожары, очередной (который по счету за последний месяц?) банкир выбросился с сорокового этажа, член королевской семьи схватил передоз, а начальник управления военной разведки США застрелился, но перед этим поведал о приближающемся конце света.

Я поздоровалась.

— Приема нет, доктор сегодня в городе, — не отрывая глаз от журнала, буркнула медсестра.

Банальность вырвалась сама собой:

— Вы и с больными столь же вежливы или только с проверяющими из прокуратуры?

Помахав удостоверением перед ее носом, я велела открыть все помещения. Тетка залопотала про отсутствие врача, но я с таким ожесточением глянула на нее, что она замолчала и отправилась за ключами.

Хозяйство оказалось небольшим, но любопытным. Лазарет на шесть коек, ныне пустой, изолятор, процедурная и буфет меня не заинтересовали, помещение со сложной медицинской аппаратурой вызвало лишь удивление, зато в кабинете с надписью «Бродский В.В.» я расположилась надолго. Наверняка здесь меня ждет много интересного. И, прежде всего, шкаф с медицинскими картами.