Чтение онлайн

Многие исследователи оспаривают в принципе саму возможность безграничного развития цивилизаций. «Как конечен всякий конкретный процесс в бесконечном движении материи, – писали в 1966 г. В.И. Свидерский и А.С. Кармин, – так конечен и процесс человеческой истории. Духу марксизма чужда всякая абсолютизация какой бы то ни было конкретной формы бытия материи. Всё существующее достойно гибели, на всём и во всём видит диалектика печать неизбежного падения, и Энгельс абсолютно прав, распространяя эти общие и основные положения диалектического мировоззрения также и на человеческое общество как определенную конкретную форму движения материи» (Свидерский В.И., Кармин А.С. Конечное и бесконечное. Философский аспект проблемы – М.: Наука, 1966, с. 245–246).

Характерно, что крупнейшие представители негеоцентрической философской концепции рассуждали тогда, по существу, чисто геоцентрически. Да, геоцентрическое человечество, человечество, неразвивающееся путём освоения мощных негеоцентрических процессов, обречено на исчезновение, достойно гибели, неминуемо задохнется от недостатка ресурсов и загрязнения. Спасение человечества не в застое, не в самоограничении, – хотя и элемент самоограничения сегодня, безусловно, необходим, – а в движении вперёд, в более глубоком и разумном преобразовании мира для блага человека, в реформировании социальных основ человеческой цивилизации. В мнении о неизбежной конечности существования любой цивилизации отразилась геоцентрическая ограниченность классического марксизма.

А.А. Казаков отвергает самую возможность потенциальной бесконечности общественного прогресса именно как сверхоптимистическую доктрину. «Почти все авторы, – отмечает он, – говорит о бесконечности общественного прогресса как о чём-то само собой разумеющемся. Когда-то этот вывод делали, исходя из утверждения о всеобщем и абсолютном характере поступательного развития материи… Но само исходное положение ошибочно. В последнее время многие авторы правильно доказывают, что идея поступательного развития по отношению ко всей материи так же несостоятельна, как и противостоящая ей идея всеобщего регрессивного развития мира» (Казаков А.А. Бесконечен ли общественный прогресс. – В кн.: Проблемы исторического материализма. Вып. I. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1971, с. 124).

Сверхоптимизм по вопросу о возможности потенциально неограниченного развития цивилизаций несостоятелен, прежде всего, потому, что он исходит из представления о прямолинейности прогресса, из возведения в бесконечность нынешних особенностей развития человеческой цивилизации. И сверхоптимисты, и финитисты (от лат. финис – конец), предрекающие конечность развития каждой цивилизации, по существу, абсолютизируют ту геоцентрическую форму развития цивилизации, которую они находят в краткое время своей жизни. Только сверхоптимисты абсолютизируют позитивную сторону этого развития, финитисты же – негативную. Сверхоптимизм поэтому столь же философски наивен, сколь и финитизм, а финитизм так же ограничен в изображении бесконечности, как и сверхоптимизм. Потенциально бесконечной в своем развитии цивилизация может стать, лишь переходя в принципиально новое качество, усложняясь не только геоцентрически, но и негеоцентрически, превращаясь из объекта, земного по происхождению и развитию, в негеоцентрический объект.

С точки зрения А.Д. Урсула, да и многих других исследователей, возможность выживания и неограниченного развития цивилизации зависит главным образом от природных, в особенности – космологических процессов. Эта возможность либо есть, либо её нет, и определяется это тем, какова природа космоса, а не тем, какова собственная природа и особенности самой цивилизации. По Урсулу, модель расширяющейся бесконечной Вселенной даёт основания для заключения о возможности неограниченного распространения по космосу социальной формы движения материи. Но если исходить из другой модели – «осциллирующей Вселенной» – тогда говорить о бесконечном развитии человечества или цивилизации, зародившейся в любом другом месте космоса, не имеет смысла. «Ведь человечество было и всегда останется частью бесконечной природы, – пишет Урсул, – оно не сможет воздействовать на всю Вселенную в целом, направляя течение космогонических процессов по благоприятному для себя руслу» (Урсул А.Д. Человечество. Земля. Вселенная – М.: Мысль, 1977, с. 213).

Возразить академику Урсулу можно следующее. Да, человечество – часть природы. Но оно – высшая форма развития природы, делающая, в свою очередь, природу своей собственной частью и условием поступательного развития. Поэтому человечество в принципе способно стать космогонической силой, точно так же как оно стало уже сегодня геологической силой. Другое дело, что эта способность может не реализоваться в силу внутренних противоречии самого человечества. И если в попеременно расширяющейся и сжимающейся Метагалактике большой космогонический процесс окажется не по силам всё ещё недостаточно развившемуся человечеству, или же ему будут явно угрожать другие негативные космические силы, оно должно будет организовать своё развитие с учётом этих сил, либо переселиться в другие места Космоса. Даже если само по себе человечество не сможет влиять не космические процессы в благоприятном для себя направлении, нет никаких оснований утверждать, что этого не сможет сделать сообщество цивилизаций. Сообщество, включающее цивилизации как низкого, так и более высокого, чем земная, уровня развития.

Проблему возможности безграничного развития цивилизаций нужно решать не вообще, не сточки зрения некоей раз и навсегда данной и незыблемой натурфилософской истины, а путём обращения к конкретным данным, взвешивая и обсуждая все реально существующие тенденции. Без перспективы потенциально безграничного развития человечества жизнь каждого отдельного человека бессмысленна и неоправданна: её цель сводится к потребности жить, чтобы породить череду обречённых на неминуемое вымирание поколений. Тотальная катастрофа обессмыслила бы существование всех: умный приравнялся бы к глупому, добрый к злому, достойный к недостойному. Благо человечества было и остаётся высшим оправданием морали, целью исторического процесса, если всё кончится – всё окажется бессмысленным, все цели и побуждения обратятся в прах. Сейчас мы подошли к рубежу, на котором решается для нас всё. Или-или: или неизбежная смерть в результате неспособности к развитию, или развитие путём преодоления пределов, поставленных современным состоянием цивилизации. Третьего не дано. И четвертого тоже.

В той форме, в какой человечество существует сейчас, в геоцентрической форме, оно не может обеспечить сколь угодно длительное развитие. Цивилизация может сохраниться лишь при условии, что она вовремя сможет переходить на более высокие уровни развития. Лишь безграничное поступательное развитие может явиться предпосылкой безграничного существования. И лишь Космос способен дать материальные предпосылки этого безграничного развития. Он, как писал К.Э. Циолковский, «сам рождает себе силу, которая им управляет. Она могущественнее всех остальных сил природы» (Циолковский К.Э. Монизм Вселенной – Калуга, 1931, с. 81).

А.Д. Урсул и Ю.А. Школенко отмечают, что в человеке заложены колоссальные возможности организации, усложнения, противостоящие дезорганизации и разрушительным силам природы, и с учетом этих возможностей ныне уже нет необходимости «приговаривать» человечество к неотвратимой гибели (Урсул А.Д., Школенко Ю.А. Обитаемая Вселенная – М.: Знание, 1976, с. 56–57). Конечно, выживание на маленькой планетке, обладающей чрезвычайно ограниченными ресурсами и мизерным пространством обитания – очень нелёгкая задача.

Сама Земля может оказаться недостаточной предпосылкой для выживания и безграничного развития человечества. А отсюда и природа человека как земного существа может стать препятствием к обеспечению приемлемого будущего для человеческого рода. Но и для земной цивилизации всё будет зависеть от конкретных обстоятельств её истории, от способности выжить и создать общественные системы, пригодные для дальнейшего развития, от умения преодолевать неизбежные кризисы и противоречия своего собственного существования. А, кроме того – и от способности преодолевать геоцентризм в мышлении и на практике, переходить из геоцентрического состояния в негеоцентрическое.

Чрезвычайно важной в теории взаимоотношений цивилизаций является проблема их социально-политической совместимости. Безопасен ли контакт? Не погубят ли цивилизации друг друга после своей долгожданной встречи? Не уничтожит ли более развитая из них вольно или невольно менее развитую? Не вспыхнет ли космическая война – война миров? Не превратят ли космические пришельцы нашу Землю в колонию, а землян – в бесправных рабов по аналогии с тем, как они сами поступили в своё время со своими менее цивилизованными народами? Все эти вопросы продиктованы отнюдь не праздным любопытством, ибо, если бы существовала подобная опасность для столь слаборазвитой цивилизации, как земная, было бы чистейшим безумием для неё само проведение широкого поиска и обнаружения себя в Космосе.