Чтение онлайн

Соответственно, и любые представления о позитивном характере эволюции человеческой цивилизации, по мнению авторов, столь же утопичны, они базируются лишь на проекции человеческих надежд и желаний, они опираются не на науку, а исходят «из мировоззренческого представления о человеке, не требуя теоретического обоснования» (Там же).

Л. Фесенкова и Е. Дерябина правы в одном: нельзя научные прогнозы и научно-эволюционное мировоззрение строить на принципах хэппи-энда, счастливого конца, который фатальным образом ожидает человечество, которое рано или поздно возьмется за ум, вспомнит о своей гуманной природе и построит идеальное общество всеобщего сотрудничества и справедливости. Подобные представления действительно построены лишь на вере, и притом на утопической, а не научной вере. Научное прогнозирование и научные представления об эволюции человеческой цивилизации должны учитывать сложившиеся глобальные угрозы и вероятность наступления их негативных последствий, чтобы формировать реалистичные стратегии их предупреждения и преодоления.

Последствия утопической веры в идеальное общество будущего мы уже испытывали на себе, живя в обществе, которое строило коммунизм посредством тотального насилия над свободой и правами человека. Мы и сейчас еще испытываем последствия и преемственность этой утопии. Всякая утопия, будучи реализована, обращается в антигуманную антиутопию, за исключением разве что тех утопий, которые призваны как-то реально украсить человеческую жизнь (например, утопия города-сада, созданная архитекторами XX века).

Однако авторы статьи далеки от понимания того, что любые утопии носят антиэволюционистский характер, что неутопические, эволюционистские представления о перспективах человечества построены совсем на иной основе и включают совсем иную, связанную с научно-эволюционным миропониманием, реалистическую веру. Такие представления отражают результаты реального прогресса в природе и обществе, рассматривают человечка не только как разумное, но и прогрессирующее по мере прогресса цивилизации существо.

Неверно утопически трактовать и прогресс, ибо всякий прогресс неизбежно связан с неким относительным регрессом, а всякое развитие – с определенной деградацией. Да и могло ли быть иначе: ведь всякому движению вперед в эволюции неизбежно сопутствует изменение того, что было до этого, а значит, и нарушение того, что устоялось ранее. Развитие инновационного общества влечет за собой расставание с многими преимуществами общества традиционного, что травмирует консервативное сознание. Но это не означает, что мы должны останавливаться и перестать двигаться вперед. Более того, любое замедление интенсивного развития цивилизации, продиктованное стремлением ограничить научно-технический прогресс, повлекло бы за собой в сложившихся условиях лишь дальнейшее ускорение экстенсивного развития, расширения устаревающих производств, что привело бы к еще более тяжким последствиям для состояния биосферы.

Авторы статьи считают неэффективными все меры, реализуемые в мире для защиты природной среды, и непродуктивными, недостаточными, даже чисто паллиативными усилия, предпринимаемые для улучшения ситуации в этой сфере. В мире нет недостатка в проведении разнообразных широковещательных мероприятий. Постоянно проводятся экологические конференции, совещания, симпозиумы, дискуссии о правах природы, публикуются призывы лидеров ведущих стран мира, авторитетных политиков, ученых, представителей культуры, издается множество книг и журналов экологического направления, создаются различные консультативные правительственные и неправительственные органы по охране окружающей человека среды. Во всем этом, как считают авторы, проявляется больше «экодемагогии», чем реальных результатов.

Но несмотря на это, глобальная экологическая ситуация на планете продолжает ухудшаться. По мнению авторов, человечество уже перешло пределы роста и не может сохранять принципы устойчивого развития, поскольку находится вне области устойчивости. «Отмечена нарастающая деградация окружающей среды: истощение озонового слоя, изменение климата, потеря биоразнообразия, активизация процессов опустынивания и обезлесения. Это значит, что антропогенные воздействия на окружающую среду, которые не должны превышать определенного предела – хозяйственной емкости биосферы, были превышены» (Там же, с. 483).

Таким образом, экологический апокалипсис не только на подходе, он согласно авторам, уже наступил, хотя его заметили только экологисты. Соответственно характеризуются и реальные достижения в области экологии, которые даже самые консервативные экологисты не могут не признавать:

«В мире произошел огромный сдвиг в создании инфраструктуры по охране окружающей среды. Развиваются мощные национальные программы по глобальной экологической политике в большинстве стран. Создана государственная программа «Глобальные изменения природной среды и климата» и в России. И тем не менее экологическая общественность вынуждена констатировать, что результаты этих масштабных мероприятий непродуктивны» (Там же).

Кто же виновен в непродуктивности всех мероприятий – и реальных, и идеологических? Наряду с философами, верящими в возможность разумно организованного прогресса, виноваты, по мнению авторов статьи, прежде всего представители крупного бизнеса. «Призывы беречь природный мир остаются лишь на бумаге. Научные разработки, доказывающие губительность революционного самоуправства по отношению к природе, не принимаются во внимание руководством большинства стран мира. Интересы монополий оказываются сильнее… Сегодня нужно говорить не о разумности человечества в целом, а о групповых интересах промышленных магнатов планеты – главных виновников агрессии против природы» (Там же, с. 484, 482).

Здесь проявился основной стержень апокалиптических рассуждений по поводу экологических проблем. Он выходит за пределы собственно экологии и пролегает в области антикапиталистической ментальности, которая широко распространена в традиционалистской ментальности во всем мире и очень популярна в постсоветской России с ее весьма своеобразным развитием предпринимательства и сохранением множества мешающих нормальному развитию тоталитарных предрассудков. Техногенная цивилизация, проникнутая духом предпринимательства, инноваций и прогресса, источник благосостояния народов, спаситель от холода и голода, производитель высококачественных товаров и услуг, материальная основа человеческого комфорта, удобства, быта, удовлетворения потребностей, процветания экономики, мощи государства объявляется врагом человечества, разрушителем его существования, предпосылкой его неизбежной гибели

При этом сами радикальные экологисты отнюдь не отказываются от благ цивилизации, которые создают и предоставляют конкурирующие между собой «монополии», «промышленные магнаты», использующие в полной мере достижения научно-технического прогресса, инновационного менеджмента, обеспечивающие работой и высоким заработком миллионы наемных работников, а своей налогооблагаемой базой – финансирование социальных программ и тем самым – реализацию той социальной справедливости, какая только возможна в рыночной экономике без массового распространения иждивенчества на шее у налогоплательщиков.

Согласно убеждению авторов статьи, никакой научно-технический прогресс в принципе неспособен привести к улучшению или хотя бы к стабилизации сложившейся ситуации. Наоборот, он только будет усиливать дальнейшую техногенную экспансию в окружающую среду, распространение в ней ранее неведомых для нее веществ и т. д. «Сознание общества, – восклицают они, – загипнотизировано техническим прогрессом. Современный человек находится во власти технократического мышления, которое порождает идею неограниченных возможностей преобразования не только природы, но и собственного, и телесного, и психического статуса» (Там же, с. 486).