Чтение онлайн

неравенство, равно как и беспрерывная и настойчивая, но

далеко не всегда успешная борьба их с распространением

языческих, другими словами, земледельческих культов туземных ханаанских богов-ваалов представляют собою не что

иное, как именно прежде всего отражение этого процесса

утверждения в стране земледельческой культуры и соответствующих изменений в общественном устройстве. Разложение социального равенства, характеризующего примитивные

условия жизни, и рост имущественного неравенства, сопровождавшийся закабалением массы земледельческого населения, должны рассматриваться не столько в связи с развитием торговли и денежно-хозяйственных отношений, как нередко полагают, сколько именно прежде всего в связи с фактом нарождения крупного землевладения и феодализации

всех общественных и государственных отношений, с которым оба указанные процесса в свою очередь совпадают и

оказываются почти тождественными.

Следы первобытного равенства, свойственного племенному быту, сохраняли еще свою силу в конце эпохи судей и во

время первого царя Саула; сам Саул, принадлежавший к одному из виднейших аристократических родов, даже после своего избрания продолжает вести жизнь скромного земледельца, и, например, послы, извещавшие его о нашествии аммони-

тян, застают его возвращающимся с поля, «позади волов своих»3. Впоследствии он жил, по-видимому, главным образом, доходами со своего небольшого поместья, «доставлявшего ему

хлеб для пропитания»4. Условия жизни отличались еще своей простотой, и жилища и обстановка домов знати мало чем

2 Ср. Jos. Flavius. Antiquit 8, 2, 3, который относит время окончательного утверждения земледелия среди израильского народа к царствованию Соломона и его преемников и видит в переходе к земледельческим занятиям прежде всего залог и причину дальнейшего прогресса: «Удивительно, - говорит он, - как поднялся тогда в своем

расцвете весь еврейский народ и особенно колено иудово, после того

как оии обратились к обработке земли и вообще к сельскому хозяйству». (Перевод Генксля и Израэльсона. М., 1900. Т. I.) 31 Царств 11,5.

4 2 Царств 9, 10.

35

2*

выделялись из среды жилищ остальной менее состоятельной

части населения5.

Но если еще в начале царской эпохи, в царствование Саула и

отчасти Давида, следы первобытного общественного равенства

ие исчезли окончательно, если вместе с этим и в образе жизни в

это время наблюдалась еще первобытная простота6, то, с другой

стороны, уже при первых царях встречаются и первые симптомы начинающегося разложения этих древних отношений. Из

общей народной массы начинают выделяться и играть все более

заметную роль в общественно-политической жизни главы родов -

«старейшины», то есть, другими словами, представители племенной и родовой аристократии7. Они, эти старейшины, «составляют собрания во всех важных случаях, предводительствуют народом на войне, являются его судьями» и т.д.8

Родовой же аристократии, по-видимому, принадлежала исключительная роль при избрании новых царей Саула9 и Давида10. Именно переход на сторону Давида родовой аристократии решил в его пользу соперничество, возникшее между ним

и Избаалом по смерти Саула11. Наконец, и Давид незадолго до

своей смерти, назначая своим преемником Соломона, точно так

же счел необходимым прежде всего спросить согласия на это у

собрания представителей аристократических родов12.

Аристократическое тщеславие и гордость своим происхождением, выражающаяся прежде всего в пристрастии к составлению генеалогических таблиц и являющаяся одним из пока5 Ср. Stade. Band I. S. 374 f.

6 Ср. Буль. С. 13.

7 Ср. Буль. С. 32: «упоминаемые в Ветхом Завете “старейшины”

или “вельможи” суть главы и представители знатных родов, вроде

шейхов арабов».

8 Буль, там же. Ср.: Исход 18, 25-26; Второзаконие 1, 15 и след.; Судей 11, 5-8 и др. См. также родословную князей племен, помещенную в начальных девяти главах 1-й книги Паралипоменон. Leesemann.

Die Acltesten im Alten Testament.

91 Царств 8, 4-5: «И собрались все старейшины Израиля, и пришли к Самуилу в Раму, и сказали ему: вот ты состарился, а сыновья

твои ие ходят путями твоими; итак поставь над нами царя, чтобы он

судил нас, как у прочих народов».

10 2 Царств 5, 3: «И пришли все старейшины Израиля к царю в

Хеврон, и заключил с ними царь Давид завет в Хевроне перед Господом, и помазали Давида в цари над всем Израилем».

111 Паралипоменон 12, 1 и след.; 13, 1.

121 Паралипоменон 28, 1-5; 29, 22.

36

зателей растущего значения аристократии, точно также восходит, по-видимому, к этому времени13 и находится в непосредственной связи с той ролью, какую начали играть старейшины аристократических родов уже при Сауле и Давиде.

Рядом с родовой и племенной аристократией, происхождение

и значение которой восходят еще к предшествовавшей эпохе, в

царскую эпоху начинает усиливаться влияние и значение аристократии собственно придворной, в значительной мере, впрочем, тождественной с родовой аристократией и составляющей в сущности лишь часть ее. Царская власть, говорит Буль, «долго ие

имела столь большого влияния, как можно было ожидать. Царь

довольствовался собираиием податей и правом объявления войны, оставляя старое аристократическое устройство неприкосновенным. Разделение на округа с особыми начальниками при Соломоне… не отмечало новой степени социальной организации.

Естественно, царские чиновники принадлежали к главам родов, но они составляли лишь небольшую часть их, а прочие сохраняли

свое влиятельное положение в силу древнего порядка»14.

Но если родовая и придворная аристократия и по самому

своему происхождению были родственны между собой, то с

течением времени та и другая окончательно сливаются в единую феодальную аристократию, образуя ядро землевладельческой знати, играющей такую видную и выдающуюся роль

как в экономической, так и общественно-политической жизни

времени царств и пророков. Зародыши феодальных отношений, выражающиеся, с одной стороны, в существовании уже в

то время земельных пожалований и, с другой, в иерархическом

порядке вассальной зависимости, мы встречаем еще в царствование Соломона и даже Давида15. Уже при первых царях земле13 См., в особенности, первые девять глав, также главы 23 и 24 1-й

книги Паралипоменон; Jos. Flavius. Antiquit. С. 8. Ср.: Bloch. Die Qucllen des Flavius Josephus in seiner Archaologic. Leipzig, 1879. S.