Чтение онлайн

В течение только сравнительно недолгого времени удалось даже такому мудрому и бесстрашному полководцу отбивать атаки римлян, их союзников и сателлитов. Император Адриан был вынужден отозвать наместника в Британии, своего лучшего полководца Юлия Севера, и направить его в Палестину для подавления восстания иудеев. Для борьбы с ними вместе с Юлием Севером были направлены четыре полных легиона и отдельные когорты и центурии еще восьми. Кроме того, привлечены многочисленные вспомогательные отряды, в полном составе участвовал в кампании сирийский военный флот.

Показательно, что во время боевых действий под руководством Бар-Кохбы все иудеи его небольшого царства проявили сплоченность и дисциплинированность; в войсках, да и в городах среди населения не было раздоров и междоусобиц. Объяснить такое положение можно просто: в отличие от Иудейской войны, с ее неимоверным количеством группировок и лидеров, в это время у иудеев был только один вождь, один полководец, к тому же — весьма талантливый и твердый.

Однако противостоял ему тоже отнюдь не слабый Юлий Север, располагавший к тому же военной силой, намного превосходившей еврейские отряды и численностью, и выучкой. На протяжении долгого времени он не предпринимал никаких операций на суше, внимательно наблюдая за действиями, изучал тактику иудейских отрядов. За это время сирийский флот по его приказу блокировал их гавани и уничтожил корабли повстанцев, лишив их подвоза оружия и продовольствия.

Римская армия, сосредоточенная в Кесарии, дважды имитировала начало наступления, но каждый раз, достигнув границ Иудеи, возвращалась в свои лагеря. И когда армия Севера выступила в боевой поход, бдительность иудеев была притуплена; даже такой опытный полководец, как Бар-Кохба, решил, что и на сей раз это — тоже демонстрация. Воспользовавшись внезапностью своего наступления, Север сумел сравнительно быстро выбить евреев из городов и Иерусалима.

Осознав, что в открытом бою ему не одолеть римские легионы, Бар-Кохба увел свои отряды в район Иудейских гор, где его оплотом стала мощная крепость Бейтар, в 15 километрах юго-западнее Иерусалима. Римляне методично сжимали кольцо вокруг этой крепости. Но и отряды иудеев постоянно нападали на них, иной раз захватывая врасплох и нанося тяжелые потери.

Однако, постепенно сужая кольцо окружения, римские легионы подошли в конце концов к стенам Бейтара и приступили к его осаде по всем канонам тогдашней осадной науки. Осада продолжалась долгое время, так как у иудеев было достаточно продовольствия и воды, горная твердыня была неприступна, а уж мужества в обороне воинам Бар-Кохбы не занимать было. Но, как не раз уже бывало, успех осады решило предательство.

На сей раз самаритяне, проживавшие неподалеку от Бейтара, в Шомроне, указали римлянам тайную дорогу в крепость по водоводу. И римские легионеры, ворвавшись в цитадель, после долгих и ожесточенных боев в самой крепости смогли все же сломить сопротивление ее защитников. В одном из последних боев погиб, сражаясь, сам Бар-Кохба — Сын Звезды, последний военный вождь евреев на их родине в первом тысячелетии нашей эры. И с ним вместе ушла в небытие последняя еврейская армия, защищавшая свое отечество. И долгие годы и века не было ее у еврейского народа. Бейтар пал летом 135 года в день Девятого Ава, в тот же самый день, когда разрушен был Храм.

После его падения последовала жестокая расправа с защитниками и населением. Почти полностью были они все истреблены. Различные источники приводят различные цифры, но все согласны, что истреблено было не менее полумиллиона евреев. Оставшиеся в живых переполнили невольничьи рынки в Палестине и других странах и краях империи. Иерусалим был отстроен, но не как еврейский, а как греко-римский город. Его даже переименовали, назывался он в те времена Элия Капитолина, в честь римского императора Публия Элия Адриана. Евреям проживать в нем было запрещено. И только один-единственный день могли они быть допущены в свой священный город. Этим днем был девятый день еврейского месяца Ава, день разрушения Храма, день падения Бейтара, и евреи допускались в Иерусалим оплакивать уничтожение своей святыни.

После Иудейской войны, подавления восстания евреев под руководством Бар-Кохбы из Палестины в чужие края хлынули новые волны еврейских беженцев. Они вливались в уже имевшиеся там общины, существовавшие еще со времен вавилонского пленения. С прибытием этих беженцев, среди которых было немало и воинов, еврейская община диаспоры значительно увеличилась численно, окрепла экономически и политически. Появились даже малые государства, где правили евреи, племенные еврейские объединения, диаспора распространилась на Северную Африку, Грецию, Малую Азию.

Особенно давние, многочисленные и экономически прочные поселения имели евреи в Месопотамии и Аравии, занимая порой главенствующее положение среди тамошних племен и клановых объединений. И в рядах вооруженных формирований и регулярных армий тамошних царей евреи демонстрировали недюжинные боевые качества как рядовые воины или полководцы.

Одно из первых свидетельств об этом приносят нам персидские хроники начала шестого века н. э. Тогда на территории Вавилонии, подвластной персам, проживало немало и еврейского населения, державшегося в основном общинного сообщества. Были эти общины сильны и экономически. Но персы, не удовлетворяясь взиманием немалых налогов, периодически просто грабили евреев, налагали на них различные запреты и ограничения, касавшиеся самого больного — вопросов веры, исполнения религиозных ритуалов.

Наконец, когда тяготы и поборы персидские стали уже невмоготу, евреи Вавилонии восстали. В то время безусловным руководителем всех общин, духовным и светским вождем был экзиларх Мар Зутра. Человек энергичный и просвещенный, обладавший и познаниями в военной области, он и возглавил восстание. В короткий срок Мар Зутра сформировал 17 боевых отрядов из мужчин 20-40-летнего возраста, прекрасных наездников, привычных к обращению с оружием. Небольшая, но надежная армия насчитывала около 7 тысяч бойцов.

Эти войска после нескольких сражений, в которых Мар Зутра умело маневрировал своими отрядами, наносил удары ночью и с неожиданных направлений, изгнали персов из земель еврейских общин. Здесь, в Вавилонии, было создано небольшое, но монолитное еврейское государство, столицей которого стал город Махоза на берегу Евфрата.

В течение семи лет царство, которым правил Мар Зутра, пользовалось полной независимостью и процветало. Но, после недолгого благополучия и спокойствия, в Махазею (так называли это царство) вторглись мощные соединения персидской армии, численность которых доходила до 100 тысяч воинов. Несмотря на героическое сопротивление еврейской армии и искусство ее полководца, она была попросту раздавлена намного превосходящими силами персов. Захваченный в плен Мар Зутра, после долгих издевательств, был публично казнен на главном мосту города Махоза. Еврейское государство в Вавилонии перестало существовать.

Но вскоре возникло другое, подобное Махазее, — в Йемене. Это произошло в 518 году. Основал его человек, необычайный по мужеству, решительности и полководческим способностям, полное имя которого, согласно арабским источникам, звучит так: Ду-Нувас Цура Юсуф ибн-Тубан Асад Абу-Кариб. Евреи же называли его просто Иосиф. Так он и сам называл себя, когда с небольшим, но мощным еврейским отрядом ворвался в столицу Йемена и, убив царившего там развратного и жестокого Каниу Януфа Ду-Шанатира, занял йеменский престол.

Иосиф Ду-Нувас правил в Йемене более семи лет. Царствовал он в основном весьма разумно, по мере сил укрепляя свою страну, побеждая ее многочисленных врагов и в битвах с ними проявляя немалые способности полководца. Одной из таких войн был его конфликт с царем соседнего государства Айдутом.

Любопытно, что война эта началась, в сущности, из-за пристрастия Иосифа Ду-Нуваса к распространению иудейского вероисповедания, верности его канонам иудаизма и защите мирового еврейства. Когда до Иосифа дошли известия о преследовании евреев в Византии, он немедленно приказал схватить всех бывших в то время в Йемене византийских купцов и казнил их. Узнавший об этом византийский император Юстиниан принял меры к запрету для проезда через свои владения всех купцов, которые торговали с Йеменом.