Чтение онлайн

И в последующем европейские евреи нередко с оружием в руках выступали на стороне тех королей, которые в какой-то мере благоволили их общине, не допуская, по меньшей мере, жестокостей и поборов. В войне короля Педро Жестокого против его брата Генриха евреи сохраняли верность Педро и мужественно защищали Толедо, Бургос, а также полностью вверенный еврейскому гарнизону город и крепость Бривиеску.

Тяжкие времена настали для иудеев Европы в годы крестовых походов. Но и в это беспросветное время гонений, убийств и издевательств евреи мужественно противостояли стремлению заставить их отказаться от веры предков. Они прибегали к всевозможным методам самозащиты, в том числе — и к оружию. В Майнце они, под руководством главы их общины Калонимоса, дважды вступали в бой с крестоносцами. Сначала они попытались задержать их у ворот самого города, но вынуждены были отступить и продолжали стоять до конца на стенах своего укрепленного квартала. Однако и здесь иудеи потерпели поражение, ибо не могли они, да и другие горожане, в те времена противостоять профессионально обученным, закованным в броню рыцарям, да еще когда те превосходили их в численности.

В 1182 году, накануне третьего крестового похода, разразились погромы и в Англии. Евреи города Йорка засели в крепости и отказались впускать в нее даже королевских чиновников. Чернь и крестоносцы осадили крепость, и, когда, после геройского сопротивления, у евреев не было больше никакой возможности защищаться, они последовали примеру воинов Масады — умертвили свои семьи и самих себя. Произошло это в 1190 году.

Однако в тех редких случаях, когда правители благоволили им, евреи с лихвой платили за доброту и справедливость. Так было с ними и во времена германского короля Генриха Четвертого. Он был отлучен от церкви эдиктом Папы Римского Григория Седьмого, и его покинули почти все вассалы. Он обратился к евреям, пообещал им защиту, и все, силой обращенные в христианство, немедленно вернулись в лоно своей веры, взялись за оружие и встали в ряды королевских войск.

Вместе с христианами евреи — горожане Вормса доблестно сражались за своего доброго короля и выдержали многомесячную осаду. В благодарность за храбрость и верность, ставши императором, Генрих издал специальный указ об освобождении евреев от налогов во Франкфурте-на-Майне, Дортмунде, Вормсе и других крупных торговых центрах.

Это, пожалуй, последний известный мне случай организованной службы евреев в составе целых войсковых частей в Средние века. Но летописи и хроники тех времен донесли до нас немногочисленные, правда, факты об отдельных воинах-евреях, чем-либо особенно отличившихся. Все они, как правило, были военачальниками или офицерами. Многие переходили на службу к исламским правителям. Так поступил и изгнанный из Испании Фердинандом и Изабеллой и переселившийся в северо-африканский эмират Фец еврей Самуил бен-Аваленси. Он возглавлял многотысячные полки кавалерии эмира и в 1536 году разгромил крупное восстание марокканских негров-рабов, несмотря на то что их 30-тысячное войско втрое превышало его собственное.

Из документов того времени стало известно, что такие еврейские воины-профессионалы, как Самуил бен-Аваленси, изгнанные из Испании, научили арабов и турок пользоваться современным огнестрельным оружием, пушками и мушкетами, тактическими приемами и оперативными маневрами на полях тогдашних сражений, что во многом способствовало впоследствии их победам над христианами.

Весьма знаменательна карьера одного из таких беглецов дона Йосефа Мендеса (Наси), который в начале второй половины XVI века вынужден был, бросив свое огромное состояние, эмигрировать в Турцию из Испании. С помощью султана, принявшего его на службу, ему, однако, удалось выручить и перевести в Турцию почти все свое достояние. В силу присущей дону Йосефу мудрости и предусмотрительности, он обрел огромное влияние при султанском дворе, где ни одно важное решение не принималось без совета и санкции этого министра.

В 1564 году султан Сулейман Второй за заслуги, в том числе и военные, даровал дону Йосефу Тиверию с окрестностями. Через два года он возводит его в герцогское достоинство и дарует остров Наксос с близлежащими островами. В 1570 году дон Йосеф был главным сторонником войны с Венецией, и именно благодаря ему этот город-государство был сокрушен. За разгром венецианских войск султан назначает герцога (Наси) Иосефа правителем Кипра и всей Валахии (нынешняя Юго-Западная Румыния).

Даниил Леви де-Барриос был сыном знатного испанского маррана: еврея, которого принудили под страхом смерти перейти в христианство. Но когда в Брюгге он служил в войсках испанского короля, то открыто объявил себя иудеем. Однако командование, учитывая его выдающиеся военные заслуги, сочло возможным оставить де-Барриоса на королевской службе. Этот «железный еврей», как прозвали полковника рейтаров, славился неукротимой отвагой, сочетавшейся с дерзостью и расчетом, что неизменно приносило его всадникам успех в боях.

Не так сложилась судьба другого офицера-еврея, капитана конной гвардии португальского короля, маррана Мануэля да Вилла Реаль Фернандеца. Он доблестно и честно служил, не раз отличался в битвах, пользовался неограниченным доверием самого монарха, который назначил его португальским консулом в Париже. Однако, оставаясь в душе иудеем, он втайне соблюдал обычаи своей веры. Это было замечено, и, когда он вернулся в 1652 году в Лиссабон, инквизиция схватила Мануэля и после зверских истязаний его сожгли на костре.

В семнадцатом веке по Украине прокатилось восстание Богдана Хмельницкого. Восстали казаки, собственно против польского владычества, но истреблению подверглись главным образом евреи. Такого зверского и поголовного уничтожения евреев не было больше в мире, вплоть до Катастрофы. Но и тогда евреи, если была хоть малейшая возможность, с оружием в руках до конца дрались с кровавыми казаками Хмельницкого.

Весьма знаменательный эпизод этой борьбы записан в летописи старинного города Тульчина, принадлежавшего тогда Польше. Во время восстания Богдана Хмельницкого в 1650 году этот город осадило 10-тысячное войско под командой Максима Кривоноса. На помощь малочисленному польскому гарнизону встали все мужчины-евреи. Составив четыре отряда, сражались они отчаянно смело, презирая смерть, и все штурмы казачьей вольницы были отбиты с большим уроном. Тогда Кривонос тайно договорился с поляками: они откроют ворота, он выпустит их с оружием и знаменами, а жидов — на казачью волю.

Так не вышло, однако. Казаки, войдя в Тульчин, собрали всех евреев и трижды предложили им на выбор: либо крещение, либо смерть. Но никто из евреев не согласился менять веру, и все они тут же были порублены. Но потом казаки порубали и всех до единого поляков. Максим Кривонос заявил при этом: «Как вы, ляхи, с жидами, так и мы с ляхами».

В Витебске евреи вместе с поляками обороняли город от осаждавших его русских и казачьих полков. Они копали рвы вокруг крепости, укрепляли стены, ходили в разведку и успешно сражались. «…Во время осады, — свидетельствовали польские дворяне, — евреи постоянно отправляли стражу, каждый из них имел вооружение для защиты, свой собственный порох. Они, не жалея здоровья, защищались и отражали неприятельские штурмы… Они позволили разбирать их дома и брать из них материалы, необходимые во время осады… и вообще вели себя мужественно и достойно…»

Но в те времена были и евреи, служившие в польских войсках. Правда, все они были выкрестами, но служили доблестно и с казаками рубились насмерть. Большой известностью пользовался за свою храбрость сотник в кавалерии Верах, сын Аарона га Кадош из Тышовец. Он погиб в схватке с русскими еще до восстания Хмельницкого, зарубив перед этим в 1611 году четырех русских солдат, и был похоронен с почестями. Есть сведения о целой кавалерийской «жидовской сотне», которой командовал сотник Мошка из Канева.

В XVII веке еврейское население Англии можно было, наверное, пересчитать на пальцах, но уже тогда один из них, Симон де-Касерес, славился как великий знаток военного дела, стратег и автор трудов по военной истории, книги которого дошли и до наших дней. Он был близким другом вождя английской революции Кромвеля, и тот пользовался его советами, да и прямым участием в планировании военных операций.

В том же веке, во время Тридцатилетней войны, евреи доблестно сражались в рядах защитников Праги, которую штурмовали шведские войска. В древней пражской синагоге, до фашистской оккупации, хранилось знамя, подаренное императором Фердинандом Третьим евреям за их храбрость, проявленную при обороне города.

И наконец, чтобы закончить с XVII веком, расскажем о Бразилии, которая в то время была португальской колонией. Но и Голландия не прочь была отхватить себе нечто из южноамериканских земель, для чего посылала туда многочисленные военные экспедиции. И, как выясняется, среди голландских солдат и матросов было в те времена немало и евреев, отличавшихся и рвением, и мужеством.

Голландцы овладели португальским фортом Ресифе, близ Пернамбуко, и закрепились там. Когда португальцы решили взять реванш и осадили этот форт, солдаты-евреи во главе с раввином Исааком Абоабом защищались с таким мастерством и героизмом, что им была дарована впоследствии специальная грамота правительства Нидерландов, в которой отмечено, что без стойкости евреев гарнизон форта Ресифе был бы вынужден капитулировать.